Чтение онлайн

Я охотно верю, Кононов не прочь оградить меня от всего на свете. И хоть не предлагает уйти в декрет досрочно, радостно воспринял бы эту новость. Однако уже в понедельник муж, которого язык не повернется назвать бывшим, привозит меня к зданию канала. Хорошо, что мы выехали раньше — хватает времени на долгий поцелуй. Глубокие жадные ласки, как будто мы и не проводили выходные вместе. Семен скользит ладонью всего лишь по моей щеке, а по телу бегут мурашки.

— Постараюсь не задерживаться, — шепчет он хрипло.

Кусаю напоследок его губу, отстраняюсь.

— Скоро закрывать год, я все понимаю.

Не хочу, чтобы он постоянно дергался, не обижаюсь ли я. Но мужчина качает головой.

— Я и сам хочу раньше вырваться.

— Не хочу, чтобы ты считал…

Но Кононов прерывает поток моего откровения еще одним поцелуем. Язык мужчины плотно сминает мой, пытаюсь противостоять, но мы только глубже погружаемся друг в друга. В трусиках теплеет, бьет пульс. Хорошенькое начало дня! И как теперь дожить до вечера? Запускаю руку в жесткие волосы мужчины, прихватываю их пальцами. Семен хрипит, меня уже бросило в жар. Даже грудь отреагировала. Она уже хочет в декрет и желательно запереться на недельку с мужем.

— Я тоже не хочу ничего считать, — передразнивает меня мужчина, когда мы, наконец, отлипаем друг от друга, — если получится, я заеду. Остаемся на связи. Пожалуйста, будь осторожна! Если что, сразу звони.

— Обязательно, — шепчу ему и напоследок и целую в уголок плоских губ.

В здание канала не вхожу, а просто влетаю. И это даже не эйфория от свежих чувств к бывшему(?) супругу. Хоть новые искры между нами несомненно летают. Нет, сейчас я просто ощущаю себя предельно сильной и уверенной в себе. Ведь со мной рядом человек, готовый принять меня такой, какая я есть и поддержать. В нашем мире конкуренции и акул это дорогого стоит.

К слову о пираньях, встреча с одной настигает меня уже через секунду. Впрочем, нет, эта рыбка помельче будет. От нее больше вони, чем реальной опасности. Я толком не видела Рыбникова все эти дни. И вот мы сталкиваемся нос к носу у дверей кабинета пиарщиков. Как символично.

Собираюсь просто пройти мимо, но Димасик преграждает мне путь.

— София, как ты?

Вот наглец!

— Твоими молитвами, Дима. Дай мне пройти.

Но Рыбников дотрагивается до моего локтя. Правда, тут же одергивает руку.

— Соня, прости, что так вышло! Я не знал, как себя вести. Мне подсказали… — он вдруг осекается.

Кого имеет в виду это чмо? Хотя я в курсе, он постоянно пользуется услугами спецов по пиару в сетях и СМИ. Хочет пробиться на верхушку, но так и барахтается в средних водах. Бьюсь об заклад, едва сдуются его мускулы, ко дну пойдет и он сам.

— Рыбников, тебе пять лет? Хотя я провела выходные в компании детей, и знаешь, они неплохо соображают. Ты обвалял мое имя в грязи, довел до нервного срыва.

— Соня, я не думал, что ты воспримешь…

— Я не Соня! — так, выдыхаю. — И не надо косить под дурочка. Я в курсе, почему ты изменил версию для публики.

Глаза Рыбникова вдруг загораются.

— Об этом я и хотел поговорить. Давай помиримся, Софа! Сделаем ряд фотографий, отпишемся в постах. Мол, то были эмоции, но сейчас все отлично — мы дружим. У меня после заднего хода пошел спад популярности!

«Задний ход» — это прямо про нашего плейбоя. Он и думает этим местом, и руки у него оттуда произрастают. Честно, я понятия не имею, как было бы лучше для моего имиджа. Просто собираюсь поступить искренне.

— Да иди ты на хер, Рыбников!

Дима морщится.

— Ты и правда нервная, София. Может, тебе уйти на больничный? Или в декрет? Руководство пойдет тебе навстречу. О деньгах теперь можешь не думать…

Мне кажется, или последняя фраза звучит с завистью? Хм, только вот к кому — к Семену, который крепко стоит на ногах, или ко мне, что могу быть рядом с таким мужчиной. Рыбников бы тоже не отказался богатого партнера?..

Вслух такую версию произносить все же слишком, давлюсь от смеха внутри себя. Рыбников щурится.

— Я серьезно, София. Не я один считаю, тебе нужно отдыхать. Короче знай, я хотел как лучше!

— Кто бы сомневался, Дим, — качаю головой.

Мы, наконец, расходимся по своим делам. Я на автопилоте общаюсь с сотрудниками пиар-отдела. Иногда будущие герои программы выходят на меня сами, предлагают взаимовыгодный сюжет. Но тут я все согласовываю со спецами, не беру на себя слишком много. В общем, кое-как заканчиваю разговор.

Не скажу, что стычка с Димой меня сильно расстроила, так, выбесила немного. Повод или нет, но я прохожу к кулеру и набираю номер мужа. Одна фраза Димы меня зацепила.

Кононов берет не сразу, и я немного скисаю. Мужчина занят, зря я его дернула. Всегда можно поговорить дома. Мне надо давать ему больше пространства, особенно в рабочие часы. Пока ругаю себя, Семен отвечает.

— Софа, алло? Тебя не слышно!

Я ничего и не говорила, а только пыхтела в трубку.

— Привет еще раз… Мм… Семен, я тут говорила с Рыбниковым…

— Он нагрубил тебе?! Угрожал?! Что сделала эта тварь?!

Ух, кто-то набрался от меня нетерпеливости. Спешу успокоить мужа.

— Нет, все в порядке. Он извинялся и предлагал замирить. Не это главное. Дима активно советовал мне уйти в декрет и намекал, что это не только его мнение. Может, у меня паранойя, но пахнуло Дубовским.

Кононов молчит несколько секунд.

— Хм… — он размышляет.

— Вы вроде как друзья, — тараторю я, — но мне не по себе.

Семен усмехается.

— Я не считаю Дубовского даже приятелем. Это гнилой человек. Софа, я тебя понял, хотя и сам поставил Толю на карандаш. Ты только не трать нервы! Все будет нормально.

— Спасибо, Семен.

Мне был необходим этот разговор.

— А с Рыбниковым ты помирилась? — очнулся муж.

В голосе подозрительные нотки. Смеюсь.

— Ну, я тоже не дура, Семен. Пусть он плавает где-нибудь подальше.

— Вот это по-Кононовски, — одобряет муж, — представь, что я глажу тебя по голове.

Ласки по телефону в стиле Семена? Прикусываю губу.

— И всё?

Мужчина молчит пару секунд.

— Еще целую… В макушку.

Теперь ржем мы оба.

— Это уже по-стариковски, Кононов.