Чтение онлайн

– Ну ты посмотри на них, мы тут вкалываем, а они себе расселись! – беззлобно произнес Давид Витальевич.

– Давушка, не гунди ты. Опять мне девочку перепугаешь!

– Понял, виноват! Наш бефстроганов будет готов минут через 20.

– Это хорошо, а то Сонечка смотри какая бледная, почти прозрачная и худенькая очень.

– Ничего, откормим, - Давид громко зашагал в нашу сторону, отчего от пола исходили вибрации. – Будет такой же аппетитной, как и ты у меня! – уже тискал за щеки свою жену. – Я так соскучился по тебе. Надо завтра взять выходной!

– Что? – Георгина Витальевна даже меня выпустила из объятий и подозрительно посмотрела на мужа. – Ты не заболел часом? – приложила ладонь к его лбу.

– Здоров, как бык!

– Сонечка, Вы как хотите, но я Вас никуда не отпущу. Вы просто волшебным образом влияете на моих мужчин. Вот Данечка весь светится, в кой-то веке со мной делится своими переживаниями. А мой муж-трудоголик решил взять выходной.

Как раз в этот момент в комнату вошел Даниил, держа в руках графин свежевыжатого апельсинового сока.

– Сынок, где ты нашел этот бриллиант?

– Порой среди тонны графита можно встретить алмазную крупинку. – Даниил сел возле меня. – Прости меня, я не знал, что они приедут! – шепнул мне на ухо.

– Спасибо за то, что они приехали! – ответила я ему. А он облегченно выдохнул.

Даниил

– Кстати, я забыла совсем. Я же твои детские фотографии привезла, Сонечке, наверное, очень интересно посмотреть на тебя маленького? – я чуть не подавился чаем, который мы решили выпить «на десерт».

– Мама! – Соня тихонько хихикала, что я слышал очень хорошо, ведь сидела она рядом со мной.

– Ну что мама! А чем еще свекрови заниматься с невесткой в первый день знакомства, как не перетирать косточки единственному общему знакомому?

– Ну мама! Только не говори, что ты привезла мой детский альбом?

– И не только детский. Давушка, принеси коробку из багажника, ладно? – отец скривил губы и понимающе глянул на меня.

– Вот то же самое делала моя мать, когда только знакомилась с этой женщиной, - указал пальцем на свою жену. – А говорила еще, что моя мама ее чем-то не устраивала. Сама точь-в-точь.

– Когда это я говорила, что София Романовна меня не устраивала, Давушка? Я очень любила твою покойную мать. Вот и Сонечка мне уже заочно понравилась, стоило только услышать ее имя.

– Значит, я что-то напутал! – недовольно буркнул отец и все же подчинился. Мама на самом деле очень любила бабулю со стороны моего отца, а ее смерть стала для нее настоящим шоком. Отец, наверное, просто не хотел за коробками идти, вот и ляпнул первое, что пришло ему на ум.

– Вашу бабушку тоже звали Соней? – шепнула мне на ухо Соня. Пришлось так же шептаться в ответ.

– Во-первых, не Вашу, а твою, я же тебя просил… А во-вторых, моего деда звали Даниилом, как меня. Сонечка, это определенно судьба! – Сонин носик еще сильнее покраснел.

– Да, я же говорю, что вы просто созданы друг для друга. – Подтверждала мама мои слова.

– Подслушивать, между прочим, очень нехорошо.

– А я и не подслушиваю… Ты так громко шепчешься, весь в отца! – рассмеялась мама, отпивая глоток чая. – А вот и он. Давушка, тебя только за смертью посылать…

– Да сплюнь ты… Хотя… Бедная моя спина, такими темпами загонишь меня в могилу раньше времени.

– Давушка… Можно подумать, что эта коробка настолько тяжелая!

– Хирургу нужно руки беречь, а не таскать тяжести. Вот Данька таскал бы, его руки всегда в тепле! – рассмеялся отец, а я боковым зрением следил за реакцией Сони. Боялся, что она решит, что мои родители постоянно подкалывают друг друга. На самом деле, они обычно спокойны. Это сегодня что-то ведут себя как-то слишком весело. Ну да, отец ведь на седьмом небе. Еще если вдруг узнает о том, что Сонька беременна, вообще, у него «крылья за спиной вырастут».

Соня казалась счастливой. Ее глаза блестели. На всякий случай развернулся в ее сторону, чтобы убедиться – блестели не от слез. Переливались счастьем, так что я облегченно выдохнул.

– Так-так… Не этот, не этот, а, вот этот! – достала мама один из многочисленных альбомов. –Ну, Сонечка, доставай лупу, будем рассматривать пипирку этого самца! – снова рассмеялась мама.

– Ну мама! Давай как-нибудь, в следующий раз!

– Все нормально, - Соня снова улыбнулась мне, а потом встала из-за стола и направилась к моей маме. Села напротив меня и увлеченно разглядывала мои детские фотографии.

– Это Данечка на восьмой день после рождения. Смотри, какой у него лобик хмурый. Постоянно так смотрел, поначалу даже его боялась. – Соня улыбнулась, закусила губу, а потом исподлобья глянула на меня, словно сравнивая.

– Сейчас смотрит точно так же…

– Полностью согласна. Я ему говорю, что хоть иногда нужно смеяться. Вечно такая физиономия, будто съел кислый лимон… А это… Здесь ему 3 месяца. Он через пару дней после этой фотографии очень серьезно заболел. Пришлось несколько недель пролежать с ним в стационаре. Слава Богу, все обошлось!

И вот так, рассматривание каждой новой фотографии сопровождалось многочисленными описаниями моей матери. Поначалу меня это даже немного напрягало, но потом я расслабился. Тем более, и Соня как-то расслабилась, перестала то и дело смотреть на часы и просто наслаждалась текущим моментом.

Я даже не заметил, когда они успели пересмотреть все альбомы. А было их немало, целых 7 штук.

Родители засобирались, а мне даже не хотелось их отпускать. Давно мы так дружно не сидели, чтобы всей семьей. Отец вечно торчал на работе. И я, хоть и работал в нашей семейной клинике, почти с ним не пересекался. Потому что хирургическое отделение находится в другом блоке, и отец редко радовал меня своей компанией.

– Сонечка, спасибо Вам за замечательный вечер! – отец галантно поцеловал Сонину ручку.

– Да, Сонечка, Вы очень хорошая девочка. Мне тоже было очень приятно с Вами общаться!

– Спасибо Вам за все! – Соня сама бросилась в объятия моей матери, словно обнимала ее в последний раз.

– Ну-ну, деточка, задушишь… Надо будет еще как-нибудь встретиться, сделать несколько фотографий. Нужно начинать новый альбом, чтобы заполнять страницы вашей истории!

– Не будем загадывать наперед! – Соня глубоко вздохнула и постаралась растянуть губы в подобии улыбки. В один миг ее игриво-веселое настроение переменилось на тревожное.