Чтение онлайн

— И пропустим все самое любопытное? — Бри, видно, всерьез усомнилась в здравости моего рассудка. — Вот еще, обойдутся!

Разве тут поспоришь? Вот и я не стала.

Зато Марлекс дело это совсем не считал бессмысленным.

— Беренике по проклятым кладбищам шастать не позволю! Она мне еще нужна.

Бриалина окинула его изучающим взглядом и медленно кивнула. Эй, а меня кто-нибудь спросил?!

— Наставницу одну не отпущу! — Я встала у двери, намереваясь не то Бриалину из дома не выпускать, не то за ней увязаться. Первое, конечно, предпочтительнее, но и нереальнее тоже.

— Кулен, прогуляться не хочешь? — Это был не вопрос, скорее жесткий приказ.

Тот уже знакомо материализовал в руках оружие и указал Бриалине на дверь:

— Думаю, начать лучше засветло.

А я так и осталась косяк подпирать.

Странная у них дружба все-таки. Один повелевает, другой послушно исполняет. Марлекс подавляет рыжего. Наверное, если бы Кулен хоть иногда пытался его осадить, смотрелось бы это все несколько иначе. Все же Марлекс и нас достать успел. Но рыжий не сопротивляется, на место нахала поставить не пытается, скрипит зубами и молча делает, что приказано. А еще не особенно беспокоится за здоровье «друга». Знает, что с ним ничего не случится? Или тихо надеется, что случится?

— Ты всегда такой?

— Брось, Дымка, у меня есть еще и темная сторона…

Случайно не та, которую я вижу, касаясь его ауры? Но продолжать разговор поленилась, все равно он слова лишнего не скажет.

Раньше завтрашнего утра наших покорителей умертвий ждать не придется. Как я поняла, они собрались обойти погост при свете дня, чтобы уж совсем ничего не пропустить. Потом будет еще один обход ночью, возможно с развлекательной программой. Только вернуться Бриалина с Куленом даже после этого не смогут, ибо ворота на ночь закрывают. Можно, конечно, изыскать способ просочиться, но вот зачем, если куда проще заночевать прямо в У жевке.

Ох, чувствую, ночь будет длинная…

— Волнуешься?

Такого участия я не ожидала, а потому вздрогнула и подозрительно скосила глаза на Марлекса. Он тоже меня разглядывал, приподнявшись на локте.

— С чего ты решил, что от Кулена вообще будет толк? С мечом против нежити…

— Поверь, это не самое жуткое, что видел его меч. — Раненый устало вздохнул и попытался устроиться поудобнее на жесткой лавке. — Ничего с твоей наставницей не случится.

Хочется думать так же. Но с ее ветрами ни в чем быть уверенной нельзя!

— Госпожа колдунья! — отвлек меня от размышлений знакомый голос (божиня, а я ведь и забыла о нем!). — Ника, выходи!

Наверное, слишком явно радость отобразилась у меня на лице, потому что одна темноволосая вредина не смогла не внести свою каплю яда:

— Это еще кого принесло? Что за хмырь?

— Сам такой, — разобиделась окончательно и помчалась встречать Даанда.

Сегодня он был одет в зеленое: строгий камзол, из-под которого выглядывал ворот рубахи на тон светлее, и узкие штаны. Волосы идеально уложены, на губах цветет обаятельная улыбка. А чуть поодаль глодает куст дикой малины лоснящийся, пегой масти жеребец.

— Вот, как и обещал… — Улыбка получилась чуть смущенной.

Я невольно почувствовала себя предательницей. Сама ведь звала! Как можно было забыть?

— Прости, я, кажется…

— Завертелась? Да на тебе лица нет! Совсем наставница продохнуть не дает? Ой! — В песок у его ног упал небольшой круглый камешек.

Что ж, звучит правдоподобно.

— Осень… Заготавливаем зелья впрок.

И словом не соврала!

— Ай! — Еще один камень. Вдобавок и конь нервно всхрапнул.

Натянуто улыбнулась и незаметно покосилась на распахнутое окно. Марлекса за занавеской не видно, зато на подоконнике разложил пушистый хвост вместе со всем прилагающимся Тима. Ну доберусь я до этих шутничков!

— Да что у вас здесь творится?!

Все уши пообрываю! И усы!

— Это все я, — свесила покаянно голову и старательно заулыбалась. — Колдовала весь день, вот теперь дар немного и шалит…

Пушистый «дар» повернулся к солнышку другим боком и демонстративно потянулся, выпустив внушительных размеров когти. В доме придушенно хрюкнули.

Вот же поганцы! Не могут безучастными к чужой личной жизни остаться!

— Прости, у меня там зелье убегает, — отговорилась я, в уме прикидывая, сколько содрать с подопечного за разрушенную личную жизнь. И плевать, что мы точной суммы обычно не назначаем. Для него я сделаю исключение. Только-только свидание на горизонте замаячило — и на тебе!

— Я так понимаю, погулять не получится? — участливо спросил дальф. В его светлых глазах мелькнула легкая грустинка.

А хотелось бы! Еще и верхом…

— Давай как-нибудь в другой раз? — спросила с надеждой и ловко отбила летящий в собеседника очередной снаряд.

— Как пожелаешь, — галантно поклонился Даанд. — Когда этот раз наступит, дай знать. А пока — вот, это тебе…

И протянул мне… букет полыни, аккуратно перевязанный желтой ленточкой.

Хм. Все-таки странные у некоторых вкусы… Но поскольку и без того проштрафилась, пришлось восторженно округлять глаза, улыбаться и рассыпаться в благодарностях.

— Вы что творите?!

Даанд уже скрылся за деревьями, а следовательно, слышать нас не мог. Вот я и дала выход злости, даже вспыхнула местами.

— Тонко намекаем.

Самое досадное, что ни один из троих никакой вины за собой не чувствовал. Ладно Марлекс, но Тима с Шашей… И где я была, когда они совесть потеряли?

— Тебе сейчас не до женихов, — заметил практичный кошак, выныривая из-за шторы. А потом и вовсе к Марлексу на лавку прыгнул.

О-очень интересно…

— А то я сама не догадалась!

Чтобы хоть как-то успокоиться, принялась пристраивать букет в вазу. Невзрачный, конечно, так других мне отродясь не дарили. Вообще никаких не дарили.

Шаша потянул носом, чихнул жалобно и поспешил отлететь подальше, по дороге мазнув кончиком хвоста мне по щеке.

— Так к чему тогда истерика? — буднично осведомился темноволосый нарушитель привычного порядка. — Только не говори, что этот мальчик — твоя первая любовь.

— А если скажу?

— Не разочаровывай меня, Дымка.

Тупик, полный. Еще и нечисть почему-то на его стороне.

Оставшееся до вечера время я действительно посвятила зельям, книгам и прочим домашне-колдовским делам. Даже ужин приготовила. Долго думала, что бы такое сварганить, чтобы кое-кому жизнь медом не показалась, но потом здраво рассудила, что самой ведь тоже придется это есть. Да и другой, более действенный способ воспитания придумала.

— Я проголодался… — многозначительно сообщил Марлекс, отдавая мне пустую тарелку.

— Прости, но сегодня ты на голодном пайке. — Внутри осторожно шевельнулось торжество. — Я не могу подпитывать того, на кого злюсь.