Берия, последний рыцарь Сталина
Шрифт:
Итак, посадили в эту комнату.
Держали до 10 часов вечера, а потом на ЗИСе положили сзади, в ногах сиденья, укутали ковром и вывезли из Кремля. Это затем сделали, чтобы охрана, находившаяся в его руках, не заподозрила, кто в машине.
Вез его Москаленко. Берия был определен на гауптвахту, вернее, в тюрьму Московского военного округа. Там находился и во время следствия, и во время суда, там его и расстреляли». [59]
59
Жуков Г. Рискованная операция // Берия – конец карьеры. М., 1991. С. 281–283.
Итак, говоря коротко: что произошло? Первому заместителю министра обороны предложили арестовать одно из первых лиц государства. Причем так предложили, словно и в мыслях не было, что он может отказаться: вызвали в Кремль и велели. Ни словом не объясняя, а за что, собственно. Про Гришу Каминского все забыли, просто-напросто Берия, видите ли, создает угрозу… А какую, простите, угрозу? Как именно он пытается захватить власть?
Впрочем, что бы там ни было с властью, все равно арест, по мнению Георгия Константиновича, будет произведен «за дело», поскольку Берия, подлец этакий, собирался арестовать его самого, маршала Жукова. Да и вообще у них плохие отношения.
Вот только если Берия и хотел его арестовать, то, по-видимому, законными методами, а не хватая за шиворот на заседании Политбюро и размахивая притом стволом… И, кстати, когда хотел? Не во время же войны! А после войны Берия к органам отношения уже не имел… Ну да не генеральское это дело – о законах думать. Генеральское дело – выполнять приказы. Министр приказал, маршал выполнил.
В Нюрнберге, правда, за такую исполнительность вешали, невзирая на оправдания. И нам остается лишь подивиться геройской храбрости прославленного маршала…
Еще один свидетель – генерал Москаленко. Этот орел всю честь активных действий приписывает себе, а Жуков, мол, рядом стоял.
«…В 9 часов утра мне позвонил по телефону АТС Кремля Хрущев Н. С. Поздоровавшись, он спросил:
– Имеются в вашем окружении близкие вам люди и преданные нашей партии так, как вы преданы ей?
Подумав, я ответил:
– Такие люди имеются, и партии они преданы беззаветно.
После этого Хрущев сказал, чтобы я взял этих людей с собой и приезжал с ними в Кремль.
Тут же он добавил, чтобы я взял с собой планы ПВО и карты, а также захватил сигары. Я ответил, что заберу с собой все перечисленное, однако курить бросил еще на войне, в 1944 году. Хрущев засмеялся и сказал, что сигары могут потребоваться не те, которые я имею в виду.
Только тогда я догадался, что надо взять с собой оружие.
Намек Хрущева на то, что надо взять с собой оружие, навел меня на мысль, что предстоит выполнить какое-то важное задание Президиума ЦК КПСС…»
Так, а это уже очень интересно. Стало быть, в описываемое время Советская Армия подчинялась Президиуму ЦК КПСС? А Хрущев, надо понимать, по примеру Сталина, не иначе как Верховный Главнокомандующий?
Правда, потом Москаленко спохватывается и пишет, что ему позвонил еще и министр обороны Булганин, вызвал к себе, и уже от него-то генерал и получил формальный приказ. Причем Булганин сказал, что вызвал его потому, что ему позвонил Хрущев. Это важно: Москаленко, сам того не понимая, выдает полный расклад сил в антибериевской клике.
Кстати, примечательны имена людей, которых Москаленко взял с собой. Запомним их – они не раз еще появятся в этой грязной истории.
«Нажатием кнопки электрического сигнала я тут же вызвал офицера для особых поручений майора Юферева В. И. (фамилии выделены мною. – Е. П.), начальника штаба генерал-майора Баксова А. И., начальника Политуправления полковника Зуба И. Г. и сказал им: надо ехать в Кремль, взяв с собой оружие, но так как его ни у кого не было, то я вызвал коменданта штаба майора Хижняка М.Г. и приказал ему принести и выдать пистолеты и патроны. Так как группа была маленькая, то я позвонил начальнику штаба ВВС (бывшему начальнику штаба Московского округа ПВО) генерал-майору Батицкому П. Ф. и предложил ему прибыть ко мне, имея с собой оружие».
Что было потом?
«И вот часов в одиннадцать дня 26 июня мы по предложению Булганина Н. А. сели в его машину и поехали в Кремль. Его машина имела правительственные сигналы и не подлежала проверке при въезде в Кремль…»
А вот теперь – внимание!
«Вслед за нами на другой машине подъехали Жуков Г. К., Брежнев Л. И., Шатилов, Неделин, Гетман и Пронин А. М.»
Думаю, не надо объяснять, почему «внимание»?
«Всех нас Булганин провел в комнату ожидания при кабинете Маленкова, затем оставил нас и ушел в кабинет к Маленкову.
Через несколько минут вышли к нам Хрущев, Булганин, Маленков и Молотов. Они начали нам рассказывать, что Берия в последнее время нагло ведет себя по отношению к членам Президиума ЦК, шпионит за ними, подслушивает телефонные разговоры, следит за ними, кто куда ездит и т. д. (Наверное, все ж таки не Берия, а МВД? – Е. П.). Они информировали нас, что сейчас будет заседание Президиума ЦК, а потом по условленному сигналу, переданному через помощника Маленкова – Суханова, нам нужно войти в кабинет и арестовать Берию…» [60]
60
Москаленко К. Как был арестован Берия // Берия – конец карьеры. М., 1991. С. 283–285.
Дальше мы цитировать Москаленко не станем, дальше идет описание самого ареста, не шибко отличающееся от описания Жукова. Просто отметьте, что товарищ генерал, в отличие от маршала Жукова, вовсе не умеет держать язык за зубами и о большем проговаривается.
В 1988 году появились воспоминания еще одного участника событий – полковника Зуба. У него своя версия, тоже весьма любопытная: во многих подробностях, которые забыть невозможно, с рассказом Москаленко она не совпадает…
«26 июня 1953 года Иван Григорьевич находился на своей служебной даче в Филях, когда его порученец майор Мартынов сообщил, что приказано прибыть к министру обороны. При этом необходимо непременно иметь при себе личное оружие, без кобуры, в кармане.
– Ты ничего не путаешь? – озадаченно переспросил Зуб Мартынова. – К министру и с пистолетом?
– Именно так передал указание адъютант Булганина. Слово в слово. Выезжайте, вас ждут.