Берлинский дневник (Европа накануне Второй мировой войны глазами американского корреспондента)
Шрифт:
Мне рассказали, что в августе Вашингтон едва не поверил, что Англия потеряна, и дрожал от страха, что британский флот попадет в руки Гитлера ведь тогда восточный морской фланг Америки окажется в большой опасности. Кроме того, англичане могли бы на коротких волнах без особых проблем сообщить германскому народу на немецком языке о том, как провалилась грандиозная попытка Гитлера покорить Британию. Психологический эффект в Германии оказался бы сокрушительным.
Насколько нам удалось выяснить, произошло, вероятно, вот что. В начале сентября немцы устроили довольно масштабную репетицию вторжения. Они вывели баржи и суда в море, погода оказалась неблагоприятной, британский флот и авиация их обнаружили, подожгли несколько барж, и было значительное число жертв. Необычно большое количество санитарных поездов, заполненных пострадавшими от ожогов, подтверждает эту версию, хотя никакой другой конкретной информации у нас нет.
Может быть, англичане уже предоставили всю информацию, и тогда мои рассуждения, почему не состоялось вторжение в Британию, излишни. Я записываю их как итог того, что известно в Берлине, а этого, конечно, недостаточно. Немцы сообщают достоверные факты в единственном случае - когда они побеждают или уже победили. О своих потерях под водой, например, они не упоминают почти год.
Берлин, 5 ноября
Если все будет нормально, через месяц я уеду отсюда, полечу сначала на самолете "Люфтганзы" до Лиссабона, а оттуда на трансатлантическом лайнере до Нью-Йорка. Сама перспектива уехать снимает ужасный груз забот и мыслей. Чувствую себя отлично. Это будет мое первое Рождество дома за шестнадцать лет, все другие краткие визиты случались летом или осенью. Сегодня вечером пошел на филармонический концерт. Концерт Баха для трех фортепьяно с оркестром под управлением Фуртвенглера, за роялем Вильгельм Кемпф и еще один известный пианист, был действительно хорош. После этого играл на аккордеоне, - святотатство после филармонии и Баха! - но мужчина с неприятным голосом, занимающий соседний номер, не оценил моих стараний и стучал в стену до тех пор, пока я не удалился со своим аккордеоном в ванную. Вероятно, он один из рейнских промышленников, который приехал сюда отоспаться, так как Западную Германию королевские ВВС навещают каждую ночь. Таких полно в отеле, и все они очень нервные.
Берлин, 6 ноября
Рузвельт переизбран на третий срок! Это громкая пощечина Гитлеру, Риббентропу и всему нацистскому режиму, так как, несмотря на то что Уилки почти превзошел президента в своих обещаниях потрудиться на победу Британии, нацисты страстно желали победы республиканцев. Нацистские "шишки" не делали из этого секрета в частных беседах, хотя Геббельс заставил прессу игнорировать эти выборы, чтобы у демократов не было преимущества из-за того, что Уилки поддерживают нацисты.
На прошлой неделе мне звонили по крайней мере трое взволнованных чиновников с Вильгельмштрассе и интересовались, можно ли доверять службе опросов Гэллапа. Они сказали, что только что получили телеграмму из Вашингтона о том, что по результатам опроса шансы Уилки пятьдесят на пятьдесят. Эта новость их чрезвычайно обрадовала.
Поскольку Рузвельт является одним из немногих реальных лидеров, проявивших себя в государствах с демократическим правлением после начала войны (посмотрите на Францию, посмотрите на Англию до победы Черчилля!), и он может быть жестким, Гитлер всегда испытывал к нему огромное уважение и даже немного побаивался его. (Он и Сталиным восхищается за его жесткость.) Своим успехом Гитлер частично обязан тому, что, на его счастье, за судьбы демократии отвечали такие серые личности, как Даладье и Чемберлен. Мне говорили, что, отказавшись от вторжения в Британию этой осенью, Гитлер все больше и больше видел в нем самого опасного врага на своем пути к мировому господству и даже к победе в Европе. И бесспорно, возлагал вместе со своими приспешниками большие надежды на поражение президента. Даже если бы Уилки превратился в заклятого врага Берлина, нацисты рассчитывали, что в случае его избрания в Вашингтоне будет двухмесячный переходный период, в течение которого не будет никаких шагов для оказания помощи союзникам. После этого еще несколько месяцев никакие решения приниматься не будут, до тех пор пока Уилки, не искушенный в политике и мировых проблемах, не войдет в нормальный режим. Нацистской Германии это пошло бы только на пользу.
Но теперь нацисты оказываются лицом к лицу с Рузвельтом еще на четыре года. Лицом к лицу с человеком, на которого Гитлер возлагал большую ответственность за упорное сопротивление британцев, чем на кого-либо другого, за исключением Уинстона Черчилля. Неудивительно, что, когда сегодня вечером стало ясно, что Рузвельт победил, у многих на Вильгельмштрассе вытянулись лица.
Берлин, 8 ноября
Мы слышим, что сегодня вечером англичане нанесли мощный удар по Мюнхену. Сегодня очередная годовщина "пивного путча", следовательно, подходящий вечер для бомбежки. Путч произошел вечером 8 ноября 1923 года в заведении "Бюргерброй Келлер" в Мюнхене, и все торжества по случаю его годовщин всегда проводятся там. В прошлом году в этот вечер взорвалась бомба в зале, откуда за несколько минут до этого ушли Гитлер и все нацистские руководители, погибла более мелкая рыбешка. Сегодня Гитлер не дал Гиммлеру шанс подложить под себя еще одну бомбу. Он произнес речь в другой пивной "Лёвенброй". Как всегда, с тех пор как стали прилетать англичане, он начал свое выступление до темноты, чтобы завершить сборище до прибытия бомбардировщиков королевских ВВС. С освещением его сегодняшнего обращения у американского радиовещания возникли проблемы. Ни Си-би-эс, ни Эн-би-си не разрешено передавать его в записи по своим сетям. Когда сегодня во второй половине дня мне позвонили из Германской радиовещательной компании, чтобы предложить трансляцию гитлеровской речи Си-би-эс, мне показалось несколько подозрительным назначенное для вещания время - восемь вечера. Я не предполагал, что фюрер решится выступать так поздно, так как темнеет сейчас рано и англичане вполне могут появиться в районе девяти. Поэтому я поинтересовался, не запись ли они нам предлагают. Высокопоставленный чиновник компании не ответил. Сказал, что это военная тайна.
"Вам не разрешено, - добавил он, - телеграфировать в ваш нью-йоркский офис о ваших сомнениях по поводу того, запись это или нет. Если будете отправлять телеграмму, то надо просто сообщить, что мы предлагаем передать речь Гитлера в Америке".
У меня была возможность очень быстро связаться с Полом Уайтом в Нью-Йорке без помощи частной немецкой радиослужбы, которая первым делом передает мои сообщения цензору. Но на самом деле сегодня вечером это было необязательно. Прежде чем я успел связаться с Нью-Йорком, пришло сообщение, что речь Гитлера вообще не будут передавать по радио сегодня вечером. Ее передадут только завтра. Передаче помешала британская бомбардировка. Позже я выяснил, что немцы знали, что предлагают мне передать в восемь часов запись выступления, так как речь была произнесена в пять вечера. Надо было сообщить об этом в Нью-Йорк.
Забавно замечать в последнее время на столах немецких чиновников, с которыми мне приходится иметь дело, копии моих телеграмм в Нью-Йорк и тех, что я получал оттуда. Разумеется, я давно знал, что они просматривают всю мою входящую и исходящую корреспонденцию, и немало повеселился, отправляя в Нью-Йорк бессмысленные послания с критикой в адрес каждого из них или какими-нибудь небылицами, заставляющими их строить догадки. К счастью, Пол Уайт был человек с юмором и присылал мне соответствующие ответы.
Берлин, 9 ноября
Надо записать несколько анекдотов, которые рассказывают сейчас немцы.
Начальник противовоздушной обороны Берлина недавно посоветовал жителям города ложиться спать пораньше, чтобы урвать часа два-три для сна до начала бомбежки. Кто-то следует этому совету, большинство же нет. Берлинцы говорят, что последовавшие этому совету приходят в убежище после объявления тревоги и приветствуют своих соседей словами: "Доброе утро!" Это значит, что они уже поспали. Другие приходят и здороваются: "Добрый вечер!" Эти еще не ложились. Некоторые входят и салютуют: "Хайль Гитлер!" Это означает, что они спят постоянно.
Другой анекдот. Самолет, на котором находятся Гитлер, Геринг и Геббельс, терпит крушение. Все трое погибли. Кто спасся?
Ответ: немецкий народ.
Один человек из Кельна рассказывает подлинную, по его словам, историю. На улицах сейчас видишь так много самой разной униформы, что разобраться в ней невозможно. И вот случилось так, что английский летчик, офицер, выбросившийся с парашютом недалеко от Кельна, пришел сдаваться. Он ожидал, что полиция или кто-то из военных тут же на улице его и арестуют. Но они щелкали каблуками и отдавали ему честь. У него был с собой банкнот в десять марок, как и, по словам моих знакомых, у всех английских летчиков, летающих над Германией. И он решил попытать счастье в кинотеатре. Попросил билет за две марки. Кассир дал ему девять марок сдачи, вежливо пояснив, что люди в военной форме проходят за полцены. После окончания сеанса он до полуночи бродил по улицам Кельна, пока не нашел полицейский участок и не сдался. Он поведал полицейским, как трудно британскому летчику в полной военной форме заставить себя арестовать в центре города. Полицейские не хотели в это верить, но на всякий случай решили допросить кассира из того кинотеатра.
"Вы продали этому человеку билет на сегодняшний вечерний сеанс?" спросили его.
"Конечно, - захныкал он, - за полцены, как всем людям в военной форме. - Затем, разглядев аббревиатуру RAF{40} на форме летчика, с гордостью добавил: - Не каждый день доводится принимать у нас Reichs Arbeits Fuhrer{41}. Уж мне-то известно, что означает RAF".
В Берлин приезжает Молотов. Более года, - с тех пор как в августе 1939 года Риббентроп летал в Москву и подписал там акт, который соединил двух самых заклятых врагов на этой земле, - ходили слухи, что большевик номер два нанесет ответный визит. Я точно знаю, что как-то летом, готовясь к визиту Молотова, в рейхсканцелярии уже доставали и отряхивали от пыли уйму красных советских флагов. Но визит не состоялся, главным образом потому, что Москва настаивала на приезде полка ГПУ в гражданской одежде, а Гиммлер соглашался только на роту. Потом Гитлер и Риббентроп оказывали всяческое давление, чтобы заставить Сталина послать сюда Молотова до выборов в Америке. Они почему-то считали, что, если поднять необходимую шумиху, это напугает американцев и приведет к поражению Рузвельта. Сталин, очевидно, понял причину и отказал. Но сегодня вечером уже есть официальное сообщение. Молотов прибудет на следующей неделе. Время визита все равно выбрано удачно. Он поможет смягчить удар от победы Рузвельта, что, как смутно догадывались немцы, не было для Гитлера хорошей новостью, и укрепить престиж стран Оси, пошатнувшийся из-за неудач итальянцев в Греции.
Берлин, 11 ноября
День перемирия, который воспринимается теперь как насмешка. В германской прессе ни одного упоминания о нем. В Бельгии и во Франции германские власти не разрешили его празднование. Речь Рузвельта по поводу перемирия была здесь полностью запрещена. Мы передаем за океан любое высказывание Гитлера, а германскому народу не позволено узнать ни слова из того, что сказал Рузвельт. Думаю, в этом одна из слабостей демократии, хотя некоторые считают, что в этом одна из сильных ее сторон.