Чтение онлайн

Княжич появился в детской уже ближе к вечеру. Дочь поцеловал, Марике улыбнулся криво и заявил:

— Уехать мне надобно по важным делам. Надолго ли, не знаю. Седмицы на три, может, дольше.

Сердце у ведьмы заколотилось: неужто Зимогора искать поедет?

— Варька, няньку свою слушайся во всем, я тебе подарков привезу. Марика, пойдем, разговор есть.

Едва дверь в горницу затворилась, княжич сгреб женщину в охапку, уткнулся носом ей в волосы и быстро заговорил:

— Волхва найти сейчас долго и сложно. Людей своих я отправил за ним. Сам поеду еще к одному колдуну. Может, и справится он с твоим проклятьем. Ты только не убегай, ладно?

— Да куда ж я от тебя денусь, глупый? — придушенно пробормотала Марика. — Ты всегда такой резвый, скажи? Вчера не замечал меня, сегодня любимой назвал, завтра уж уезжаешь…

— А то ты не знала. Когда меня по лесу тащила, должна бы догадаться. Если уж я задумал что, то не сверну.

Не стал говорить, что ему самому нужно было время, чтобы подумать над жизнью своей, над судьбой, над тем, что врагов успел нажить, сам того не зная. Рядом с ведьмой думы только о ней и были, а ему так нужна свежая голова и дружеский совет!

— Одно только прошу: поклянись, что ты меня не околдовала.

— Что ты, Олег, во мне и сил таких нет. Я только и могу травы чуять да немного лечить. Клянусь, ничем тебя к себе не привязывала, не колдовала, не привораживала.

— Со мной сегодня спать будешь, — была у Ольга мысль одна, да он не стал ее вслух произносить.

— Варька одна боится, — покачала головой ведьма. — Успеем еще, Олег. Куда нам спешить?

Княжич нахмурился, едва зубами не скрипя, задумался:

— Вот приедут от Лисяны Матвеевны стражницы, пусть они с Варькой ночуют. Ты моей будешь.

Марика кивнула, опуская глаза. Ей хотелось засмеяться от счастья. Неужели это все же случилось? Неужели у нее будет шанс на счастье? Так невероятно, и великолепно, и просто волшебно!

Поутру Ольг собрался в дальнюю дорогу. Положил в седельные сумки еду и смену одежды, раздал указания, оставил за главного Никитку, поцеловал в лоб Варьку, горячо поглядел на Марику, вскочил на своего могучего коня и уехал.

— Только с бером больше не братайся! — крикнула ему вслед Марика, улыбаясь.

Чувствовала, будто мужа любимого провожала: и грусть в груди, и нежность, и тревожное волнение, и предвкушение скорой встречи. Кто бы мог подумать, что она сама научится так любить мужчину? А ведь полюбила ведьма княжича всей своей женской сутью, он один в ее сердце был. Наверное, с самого того дня полюбила, как он в ее домишке ожил.

Никитка мрачно стоял и смотрел вслед Ольгу. Все уж разошлись по своим делам, неугомонные дети убежали в дом, народ, что на княжича поглазеть выбежал, тоже рассеялся, а молодой воин стоял и ждал все чего-то. Марика тоже не уходила. Наконец, Никитка повернулся к ней, сплюнул на землю и тихо сказал:

— Чтобы сегодня же ноги твоей тут не было, ведьма.

— Чего? — ахнула женщина.

— Вон, говорю, пошла. Убирайся прочь. Княжича околдовала, совсем ему голову заморочила. Вздумал он, что ты девица молодая, что тебя спасать надобно. Ольг Андриевич доверчив дюже и добр, ну так я не такой и в сказочки не верю. Убивать не стану, все ж жизнь ты ему спасла… Но ежели сама не уйдешь, взашей выкину.

— Да куда ж я пойду? — растерянно спросила Марика. — Избушка моя сгорела, в городе я никого не знаю. Да и Варька…

— А это уж твое дело. И Варькой не прикрывайся, я уже Катьку обратно позвал. Давай, выметывайся. Да спасибо скажи, что я одежу теплую не отбираю.

Марика поглядела на него и поняла: не отступится. Вот ведь баран, и в самом деле думает, что княжича спасает… Просили его спасать-то?

И что же теперь Марике делать, куда идти?

Ольг был молод, горяч и порывист. И он верил в любовь. Не мог не верить — самые близкие его друзья-степняки любили и были любимы. И Ольг хотел так же.

Хан Баяр обожал свою Дженну, просто таял каждый раз, когда смотрел на неё. А Дженна, ядовитая и колючая со всеми вокруг, расцветала рядом с мужем, у неё даже голос менялся. А Наран, рыжий Ольгов учитель? Он был влюблён без оглядки в Лисяну Матвеевну. Его любовь не была взаимной, но она была, и как-то Наран обмолвился, что ни за что не променял бы своё разбитое сердце на пустоту без чувств.

Ольг ни разу всерьез не влюблялся ещё в своей жизни. Женщины ему нравились, порой даже очень, но он их не рассматривал, как «своих». Совершенно ясно было, что ни одна степнячка не возьмёт его в мужья, он для них был диковинка, игрушка, а замуж они пойдут за того, у кого есть шатёр и бараны. Ольг соглашался на их правила, его вполне устраивал такой расклад. Все были довольны.

В Лисгороде было сложнее. Велеслава, Варькина, между прочим, мать, княжича не на шутку увлекла собой. Затащила в постель, закружила голову… Вот только почему-то надоела быстро. С ней даже поговорить было не о чем, все, что Вельку волновало — это деньги, сплетни и наряды. Ольг, сначала такой восторженный, поначалу ей поддакивал, потом старался разговоров избегать, правда, от постели не отказывался. А когда Велеслава заявила, что выходит замуж и более они с Ольгом встречаться по ночам не могут, княжич выдохнул с облегчением.

Марика была совсем другой. С ней можно было разговаривать о чем угодно. Она умела слушать. А ещё — шутка ли, заколдованная дева, жертва злого волхва! Загадка, тайна, сказка! И в постели Ольг ее уже опробовал: подходят они друг другу, как стрела к луку, как упряжь к коню, как лист к дереву.

Как тут не влюбиться по уши?

Ну и жизнь она ему спасла. Дважды. Этот куплет из песни не выкинешь.

Он ехал и мечтал о том, что будет дальше: конечно, расколдует свою прекрасную княгиню, женится на ней, любить будет долго и страстно, а потом детки пойдут… К Варьке Марика хорошо относится, к дому его уже привыкла, все должно быть ладно.

А потом, погодите, про них будут лицедеи баять, театры кукольные ставить (Ольг уж об этом позаботится), сказки рассказывать и песни слагать. Шутка ли, история такая чудная! Княжич знал силу людской молвы и планировал использовать ее сполна: ему это очень пригодится в будущем. Словом, дело оставалось за малым: расколдовать Марику, а дальше все само сложится.

Для этого Ольг и придумал отправиться в Кох. Там жил второй известный княжичу колдун, шаман — Аасор. Зимогора поди отыщи, за ним по лесам можно всю зиму гоняться, а Аасор всегда на месте, всегда в своём маленьком потрепанном шатре. Ольг шамана немного побаивался — когда-то получал от него палкой по хребту, но сейчас он уже не мальчишка безродный и глупый, а княжич как-никак, к тому же раза в три невысокого старика крупнее. Врешь, палкой такого уже не пристукнешь!