Берсерк. Живущий вопреки
Шрифт:
Стреляй, враг! У тебя нет другого выхода!
Рывок. Брызги крови, багровым шлейфом отмечающие мой путь. Тело уже давно перешло свой предел и все быстрее разваливается на части. Все больше становится каркас АТ-поля, скрепляющий мое тело изнутри. Вот только он неподвижен и значит - затрудняет движения.
Двести метров до противника. Я начинаю стремительно сминать остатки его АТ-поля. И тут наконец-то глаза Ангела вспыхивают ярко-белым светом.
Попался!
Едва видимый сгусток света ударяет в выставленный между нами щит и мгновенно пробивает его, оборачиваясь слепяще-белым огненным валом. Все, что я успеваю - это нагнуть голову, прикрывая единственный уцелевший глаз. И море огня, должного прожарить меня до костей, лишь на мгновенье обжигает, все-таки пробившись через тонкую пленку АТ-поля, покрывавшую мое тело. Огонь испепеляет ближайшие постройки, испаряет и спекает почву, пережигает мой питающий кабель, но я продолжаю мчаться вперед, вновь формируя щит перед собой и пленку АТ-поля поверх брони.
Рассудок переполняет радость.
Не ждал такого? Что теперь, Ангел?!
Сто метров до Ангела. Стена АТ-поля вновь срывается с места, попутно нейтрализуя чужое, и буквально сталкивается с Ангелом. На единственной уцелевшей руке формируется короткое полупрозрачное лезвие. Рывком, не обращая внимания на протестующее тело, ухожу в сторону.
Вовремя - вновь вспыхивают белым светом глаза Ангела. Но на этот раз поток огня проносится мимо, задевая меня лишь самый краем.
Глупость!
Мысль переполняет чувством превосходства. И тут же следует вторая:
Он выстрелил уже после моего рывка! Так почему в сторону?!
Ответ приходит незамедлительно. Скрытые яркой вспышкой ленты обвивают мои голени, резким движением сбивая с ног. Но не гася скорость. Удар головой и грудью о землю едва не ломает мне позвоночник. Переворот и удар спиной. Удар, удар, удар. Хрустят броня и кости, брызжет в разные стороны кровь.
На очередном перевороте приземляюсь на ноги, которые все еще обвивают оборванные куски серых лент и пробегаю несколько шагов вперед, гася остатки скорости. Трещит измученное тело. В голове мутнеет - Пилоту плохо.
Терпи! Мы победим! Мы убьем его!
Ведь это все, что нам остается - утащить врага за собой.
Со сдавленным рыком формирую позади себя новую стену АТ-поля и только после этого разворачиваюсь к Ангелу сам. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как вновь вспыхивают его глаза. Намного сильнее, чем раньше. Еще один рывок в сторону.
С новой вспышкой боли и хорошо ощутимым щелчком в толчковой ноге что-то обрывается и вместо прыжка в сторону я нелепо заваливаюсь на землю. И все, что успеваю сделать - это немного усилить АТ-поле поверх собственной разбитой и обожженной брони. Я не успел даже упасть, как меня накрыло вражеским ударом. Исполинским полыхающим молотом он отшвыривает меня назад. Разбивает и плавит броню, проникает в каждую из многочисленных трещин. Сжигая мою плоть и последний уцелевший глаз. Давно покалеченную кисть просто срывает с руки. Впрочем, сама рука сейчас, как и ноги - всего лишь куски обожженного мяса, покрытые остатками раскаленной брони. Но...
Я - жив!
И вокруг моего тела формируется купол АТ-поля, о который снаружи тут же что-то ударяется. Потом еще раз. И еще.
Я - жив. Я - жив,– стучит в голове в такт ударам. Но что я могу сделать?
Еще больше мутнеет сознание. Чуть слабеет преграда АТ-поля, окружающая меня.
"Но я не собираюсь здесь подыхать!"
Больно. Еву почти разобрали на части, времени осталось совсем мало. Что я могу? Зверь, как думаешь?
Тут я понимаю, что вновь ощущаю себя не Ноль Первым, а Икари Синдзи. Только по-прежнему не мог понять, какое из умирающих тел - мое. Наверное, оба.
"И я не хочу, чтобы умирало хоть одно из них, слышишь, Зверь?!"
Замутненный, переполненный болью и давящей всепроникающей усталостью, разум вновь заполняет знакомый образ - я, стоящий перед покрытым трещинами зеркалом, и мое отражение - Зверь. Так похожий на меня самого!
Провожу рукой по гладкой поверхности. Зверь в точности повторяет мои движения.
– Слабы по отдельности, сильны вместе...
– кто из нас это говорил? Кто повторял? Кто повторял сказанное когда-то Ангелом?
– Если я выпущу тебя, как думаешь, вместе сумеем победить? Действительно вместе?
По одежде расплывались пятна крови. Мы умирали. Оба.
– Пробить несокрушимое, чтобы спастись...
– ухмылка. Воспоминание.
– Но ведь она действительно неразрушима, так?
Зверь не ответил. Только пристально глядел на одну из многочисленных трещин. А потом злобно оскалился и посмотрел мне в глаза. Я ответил ему тем же.
– Если она неразрушима, то какого хрена она такая разбитая?
– мы произнесли это одновременно.
А затем с одинаково злобной улыбкой одновременно ударили по стеклу. И трещин стало на одну больше.
Кацураги Мисато.
Я как раз успела вернуться в командный центр к началу боя. Тот длился недолго. Стремительно, почти размываясь в воздухе, рванулась вперед Ева-01. Замерцали перед Ангелом столкнувшиеся АТ-поля. Два выстрела, последовавшие один за другим, - и вот уже Ева, сбитая с ног, летит кувырком, оставляя за собой след из крови и разрушенных домов. И от третьего выстрела Ева уже не увернулась. Плазменный вал накрыл свою цель.
На этот раз Ангел не стал ставить все на единственный выстрел. И вновь переиграл нас.
"Все бесполезно. Я должна была сразу отправить Синдзи в бой. Тогда мы бы победили. Но как я могла это сделать? Все-таки я никудышный командир. Хотя это уже не важно".
Дым от взрыва рассеялся. В метрах ста от Ангела начиналась проложенная выстрелом широкая и длинная проплешина сплавленной земли. И посреди нее - обугленные остатки, отдаленно напоминающие Еву-01.
"Конец".
И как в доказательство моих мыслей прозвучал выкрик Макото: