Чтение онлайн

Оперативный дежурный центра ССБР, спрятанного в ущелье пустыни Невада, пил чай маленькими глотками и смотрел на большой экран монитора. Помешал ложечкой в стакане и спросил помощника, худого невротичного полковника, курившего длинную сигарету чёрного цвета.

— Джеймс, а что это там в центре Киева за сборище собралось? — Он кивнул на экран. — Вы посмотрите, весь город мёртв, а в самом центре стоят столы и, похоже, никто не собирается эвакуироваться. Это что, украинские камикадзе? И самолёт рядом стоит. Неужели, водку пьют. Если да, то они издеваются над нами.

— Они расположились прямо возле входа в метрополитен, — ориентируясь по карте, сказал полковник.

— Ну и что? Почему нельзя пойти пить пиво в метро?

— Наверное, хотят на свежем воздухе.

— Этот воздух может им поддать жару.

— Они ещё и поют.

— Что?

— Поют, говорю. Спутниковая антенна одного из наших офисов даёт звуковую картину на Крещатике. И песня какая-то знакомая. — Полковник вывел звук на динамик. В помещении зазвучало:

"Весь мир насилья мы разрушим До основания, а затем

Мы наш, мы новый мир построим Кто был ничем, тот станет всем"

— Что за песня? — спросил, вслушиваясь, дежурный.

— Что-то знакомое. По-моему, фрагмент рок-оперы "Мировая компиляция". На русском языке. Дежурный связался со штабом, доложил ситуацию и скинул по локальной военной компьютерной сети файл с песней.

— Пусть разбираются, кто и что там поёт перед смертью.

Тяжелый базовый самолёт-разведчик SR-71A системы спутниковой разведки утробно воя на басовой ноте, плыл вдоль городской черты Киева.

В оперативном салоне сидели человек двадцать системных операторов и неотрывно работали на компьютерах. За штурвалом находился первый пилот, рядом с ним — командир экипажа, полковник ВВС США.

— Послушай, Рэй, — обратился командир к пилоту. — Как ты думаешь, бахнет у них бомба или нет?

— Не знаю командир. Но думаю, нет. Как-то во всё это не очень верится. Ядерная бомба пролежала столько лет, и никто её не сдал? Невероятно! Нас опять разводят, чувствует душа старого летающего волка.

— Мда, — задумчиво ответил командир экипажа. — Если разводят, то очень эффективно. Глянь на экран — пустые улицы. И это в центре города, который уже объявили американской фазендой. Фазенда, да не та. — Командир оживился: — Ха! Рэй! Посмотри, двое украинских дураков в самом центре города сидят и пьют. Пиво, наверное. Нашли местечко и времечко!

— Да, командир. Вижу. Они, в общем-то, отморозки. Эти русско-украинцы, или как их там. Что им бомба…

Щёлкнул динамик внутренней связи. Хриплый голос оператора проговорил:

— Полковник, появились русские.

— Координаты, — потребовал командир.

— Высота пятьсот метров, сорок миль на восток. Пункт А-109 по планшетной сетке. Зависли на нашей скорости и позиции не меняют. Два МиГ-37.

— Хорошо, Сэм. Следи за ними и скинь данные в Центр.

— Есть.

— Точно разводят, — сказал пилот. — Наблюдают, как мы тут копошимся со своими разбегающимися батальонами. Интересно, где уже наша дивизия? А?

Командир экипажа пробежался по клавиатуре, вгляделся в монитор, сказал:

— В районе Житомира. Продолжает движение.

— Во-во. В районе Житомира. Наши от Киева, русские в Киев.

— С чего ты это взял?

— Полковник, вы что, не знаете, что восток Украины сменил ориентацию, провозгласил новую столицу Украины и идёт походом на Киев, как в своё время шел на Москву бандит Емельян Пугачёв? Пугачёв, это русский несостоявшийся Вашингтон. А новый украинский Пугачёв - Гинсбург.

— Ты откуда это всё знаешь? — подозрительно спросил пилота командир.

— Да смотрю CNN, вот и всё. Они и сейчас что-то о новой столице рассказывают.

Командир покосился на чёрные очки, в которых был пилот, и сказал:

— Рэй, ты опять нацепил очки — телевизор? Я же тебя просил, не одевай их, когда мы в полёте. Ты хочешь, чтобы мы свалились в штопор? Нет, Рэй, я похож на болтливого идиота? — закричал полковник. — Какого чёрта ты пялишься в свой ослиный телевизор? Тебе мало новостей под нашими ногами?

Пилот быстро снял очки и сунул в карман. Сконфуженно проговорил:

— Хорошо, шеф, Виноват. Вернёмся, прикую их цепью к креслу в спальне. Обещаю.

— Вот так оно лучше…

— А украинские вооруженные силы поддерживают восток, — закончил всё-таки тему лётчик.

— Да какие там силы, — махнул рукой полковник, вытирая со лба пот, выступивший от приступа командного инстинкта.

— Да вот такие: четыре мотострелковых десантных дивизии, три танковых полка, два полка огневой поддержки и 76, нет 78 истребительных вертолётов. Весь корпус прикрывается комплексом "С-400" в количестве 12-ти установок. Прошу прощения, четырнадцати.

— Что ты болтаешь? — уставился командир на пилота.

— Да это не я, полковник. Это данные в мониторе. В него глядите, а не в окно. Появились только что.

— Откуда у Украины столько вооружения? — недоумённо пробормотал командир экипажа, глядя в экран. Откинулся в кресле. — Впрочем, нам всё равно. Мы в воздухе. Необходимо тщательно отслеживать позиции "С-400". — Принялся давать команды в микрофон. Соединился с базой в

Германии. Доложил о передвижении бронетехники на востоке Украины.

— Брэдбери, ты там меньше валяй дурака, а конкретизируй цели. Что это за танки? Украинские или русские?

— Генерал, установок "С-400" в Украине нет. Установки идентифицированы на 100 %. Сорокачетвёрка. Фоти-фо. Ракеты русские, значит и танки тоже.

— Этого не может быть, — уверенно проговорил в эфире голос командующего группировкой ВВС.

— Не путаете ли вы их с украинскими "С-300"?

— Да нет, генерал. Рельефное сканирование опознаёт установки как "С-400".

— Так значит, получается, русские войска вошли на территорию Украины?

— И достаточно далеко. Сейчас уточню. Да, район города Батурин. Около 150 километров.