Бес. Порочная страсть
Шрифт:
— Нужны. Даже очень. Но… Ай, ладно. — Все же сдался. Не выношу женских слез! — Если так желаете, то можете и дальше тут работать. — Женщина тут же встрепенулась, быстренько вытирая мокрое от слез лицо тыльной стороной руки и теперь внимательно слушая меня. — Но при одном условии!
— При каком? — И голос-то сразу взбодрился!
— Вы наймете проверенных моими ребятами людей и просто будете ими руководить, но сами ни за что не возьметесь за тяжелый труд! У вас отдых! И это не обсуждается! — Ага, еще и нахмурился для пущей убедительности.
— Хорошо, Кирюша! — всхлипнула она, улыбнувшись.
— Вот и договорились, — довольно произнес я, отходя от женщины и садясь обратно в свое рабочее кресло.
— Я только вот тут сейчас уберу, — выдала она, склоняясь над разбитой чашкой кофе, — а потом, честно-честно, найму новых людей для работы по дому.
— Вы невозможны, — хмыкнул я, широко улыбаясь женщине. — Ладно, как пожелаете, Мария Владимировна. Но прошу вас, не переутруждайтесь.
Она кивнула и, собрав осколки разбитой чашки, направилась к выходу, но я, кое-что вспомнив, поинтересовался:
— Скажите, — она обернулась, вопросительно приподняв бровь, — а няня девочки прибыла?
— Да, конечно, — кивнула она, явно пытаясь скрыть улыбку, которая так и хотела появиться на этом добром, но таком хитром лице. — Вот только…
— Позовите ее сюда. — Отдал приказ.
— Но она…
— Сейчас, Мария Владимировна, не потом, а именно сейчас. Пусть явится немедленно! И приведет с собой девочку — нужно познакомиться с ней.
— Ну, — хмыкнула она, явно чем-то довольная. Странная реакция, вот честно. Похоже, ей и правда пора уйти на покой. — Как скажете, Кирилл Дмитриевич. Я ей передам… ваш приказ.
И она покинула кабинет, оставив меня задумчиво взирать на закрывшуюся за ней дверь.
Ладно, пока эта аппетитная нянечка не пришла, поработаю немного. Жаль, что кофе нет…
Через десять минут в мой кабинет влетела самая натуральная фурия. Волосы собраны в высокий хвост, на лице ни следа макияжа, но оно при этом сияет свежестью и… праведным гневом, столь яростно отражавшегося в ее зеленых глазах. Одета точно так же, как и вчера: коротенькие шортики и топ. Ух, хороша, зараза!
— Так это ты! — прорычала она, громко захлопнув за собой дверь. — Это ты тот самый придурковатый хозяин!
— Э-э-э, — только и смог вымолвить я, удивленно вскидывая брови вверх.
— Ты, идиот чертов, — прокричала она, уперев руки в бока, став еще более воинственной, чем была до этого, — какого фига ты приказал выкрасить комнату в этот ужасный, просто отвратительный розовый цвет?! Ты за кого меня принимаешь? За Барби?!
— Погоди, — попытался остановить этот гневный поток. — Не понял… еще раз повтори. Ты о чем, вообще?
— Ты! — рыкнула она, сделав шаг по направлению ко мне. — Приказал подготовить комнату, выкрасив ее в РОЗОВЫЙ!
— И? — не понял предъяв.
— Ты что, считаешь, что я дура безголовая? — Ух, сколько гнева во взгляде.
— Погоди, а при чем тут ты-то? Я ж для Родионовой приказал все подготовить, а ты…
— А я — и есть та самая Родионова! Валерия Николаевна! — рявкнула она, топнув ногой. — А ты… Ты тот самый придурковатый хозяин этого дома! И мне очень… очень неприятно с тобой познакомиться!
И вот после ее тирады я реально «выпал в осадок».
Какого хрена? А разве она не нянечка? И зачем-то задал этот вопрос вслух. Лучше бы этого не делал!
— А-а-а-а!!! — закричала она. — Дебил!
И, резко крутанувшись на месте, выскочила за дверь, снова хлопнув ей так, что по дому прокатилось раскатистое эхо.
— Что-то я вообще ничего не понял, — мотая головой из стороны в сторону, пытаюсь сообразить все, что только что произошло.
Но когда смысл сказанных ею слов все же дошел до моего уставшего мозга, вот тут-то я и приобалдел — это и есть та самая «девочка», которую я должен был приютить.
— Вот я дебил, — произнес я, оперевшись локтями на стол и хватаясь за голову. — Я приставал к дочке Родионова! — и уже сокрушенно добавил: — Пиздец!
Глава 14
Лера
Вбежала в отвратительную розовую обитель, чуть ли не с ноги вышибая дверь — я злая! Нет, я ОЧЕНЬ ЗЛАЯ!!
Господи! Никогда не считала себя истеричкой, но тут… Не понимаю, что на меня нашло, чтобы я вот так сорвалась на этого… этого… нет, но он ведь действительно придурковатый!
— Сволочь недоразвитая! — рычу, грозно топая по ворсистому ковру… Розовому, что б его! — А-а-а-а!
Закричала, сжимая ладони в кулак. Все в этой комнате неимоверно бесило. А больше всего — хозяин дома!
— Да кем он себя возомнил? Как вообще додумался до… — поджала губы, нахмурив брови и сопя, как бешенный бык. — Нянечка? Для кого? Он что, и правда думал, что я еще ребенок?! Или он издевается?! А что за приставания на кухне? Если принял за нянечку, то, получается, это с его стороны домогательство к персоналу? А если знал, что я та, кого он принял в качестве своей гостьи по маминой просьбе, то, получается, издевался?
От досады и непонимания, пнула ногой по ножки кровати. Да-да! Додумалась, блин! И заверещала, хватаясь за ушибленное место.
— Сволочь! — обиженно выдала я, рухнув на ковер и баюкая ногу. — Что б тебя, придурок! Это все твоя вина!
А перед глазами насмешливый взгляд и эта наглая ухмылка хозяина дома! Р-р-р!
— Лерочка, — раздался встревоженный голос со стороны входа в комнату, — у тебя все в порядке?
Обернулась, чтобы наткнутся на участливый взгляд Марии Владимировны.
— Нет, — кивнула, шмыгнув носом.
— Что случилось, детонька? — тут же охнув, бросилась она ко мне.
— Я ногу ушибла. Больно. А во всем этот гад виноват? — пожаловалась ей, точно маленькая девочка. Так хотелось, чтобы кто-нибудь пожалел и приголубил. Боже, как же сейчас не хватало мамы!
— Кто? — удивленно вздернув седую бровь, поинтересовалась она.
— Да хозяин этого дома, — пробормотала, все еще держа ушибленную конечность.
— Кирилл Дмитриевич? — уточнила она.
— Не знаю. Я его имени не спрашивала, — пожала плечами.
— А… а что он такого сделал?
— Вы серьезно? — вот теперь пришла моя очередь удивляться. — Да вы оглянитесь вокруг !И еще, он принял меня за нянечку.
Женщина, пытаясь скрыть улыбку, опустила глаза и произнесла:
— Думаю, просто произошло недоразумение.