Чтение онлайн

– Приведи их обоих, заставь заниматься любовью и свяжи цепями. Не позволяй их разъединять.

Так и было сделано. Их приковали цепями к колонне, когда они занимались любовью, нагими. Но если вы прикованы к женщине или к мужчине цепями, как долго вы сможете любить эту женщину или этого мужчину? Вот почему в браке любовь исчезает. Вы скованы цепями, узами, вы не можете убежать. Но это был эксперимент.

Через несколько минут они начали ненавидеть друг друга. Через несколько часов они испачкали друг друга – потому что вы не можете терпеть, кишки должны двигаться, урина должна выводиться из мочевого пузыря. Что делать? Несколько часов они сдерживались, чувствуя, что это будет нехорошо. Но есть точка, за пределами которой вы не можете ничего сделать. Кишки зашевелились, мочевой пузырь опорожнил себя, они испачкали друг друга и возненавидели еще больше. Они закрыли глаза, они не хотели больше видеть друг друга. И это длилось двадцать четыре часа – марафон! Через двадцать четыре часа их освободили. Говорят, что больше они никогда не виделись. Они сбежали из дворца, как только их отпустили, и скрылись в разных направлениях. Они никогда больше не виделись.

Все стало уродливым. Браки становятся уродливыми, потому что они следуют принципу этого мудреца.

Должен быть ритм сближения и расставания, пребывания вместе и в одиночестве. Если вы можете свободно сближаться и снова отдаляться, возникают голод и насыщение. Если вы, не переставая, едите двадцать четыре часа в сутки, тогда не будет ни голода, ни насыщения. Ешьте и затем голодайте! Английское слово для обозначения утренней еды, breakfast, очень удачное. Оно означает «прервать пост»: всю ночь вы постились. Вы должны голодать, если хотите наслаждаться едой. В этом – скрытая гармония противоположностей.

Прохладное становится теплым, теплое охлаждается,

влажное высыхает, высохшее увлажняется.

Недуг делает приятным здоровье…

Так что иногда очень и очень хорошо поболеть. В этом нет ничего плохого. Здоровый человек неизбежно иногда будет болеть. Но у вас другие убеждения: вы думаете, что здоровый человек никогда не должен болеть – это очень глупо. Это невозможно. Только мертвый человек никогда не болеет. Здоровый человек должен иногда болеть. Пройдя через болезнь, он снова обретает здоровье, тогда его здоровье – свежее. Проходя через болезнь, проходя через противоположное, он опять становится новым. Вы когда-нибудь наблюдали? После длительной лихорадки, когда вы выздоравливаете, в вас появляется свежесть, девственность, все тело кажется обновленным.

Если вы будете оставаться здоровыми непрерывно на протяжении семидесяти лет, ваше здоровье будет похоже на болезнь, на смерть, потому что оно никогда не обновлялось, никогда не освежалось. Противоположность всегда дарит свежесть. Оно станет затхлым, если вы никогда не будете болеть, ваше здоровье станет тяжелой ношей. Иногда заболеть – прекрасно. Я не говорю о том, чтобы оставаться вечно в постели, это тоже было бы плохо. Постоянно болеть – это плохо. Все, что становится постоянным, – плохо. Все, что движется и перетекает в другое – хорошо, в этом есть жизнь.

Из-за подобных изречений Аристотель и назвал Гераклита немного неполноценным – неполноценный характер, неполноценная физиология, как-то биологически неполноценный… потому что кто станет говорить, что болезнь – это хорошо? Аристотель логичен. Он говорит, что здоровье – это хорошо, а болезнь – плохо, что болезней необходимо избегать, и если получится совсем избежать их, это будет великолепно. Этим и занимаются ученые всего мира – пытаются полностью искоренить заболевания. Они следуют за Аристотелем. Но я говорю вам: чем больше наука пытается избежать болезней, тем больше их появляется.

Существует масса новых заболеваний, которых не было в мире раньше. Когда вы закрываете одну дверь для болезни, природа сразу же должна открыть другую – потому что без болезни невозможно здоровье, вы делаете глупость. Вы закрываете одну дверь, больше нет малярии, нет чумы – но где-то в другом месте должны были открыться две двери. Если вы будете помешаны на закрывании дверей – а наука закрывает все двери – тогда возникнут более опасные заболевания, потому что, если вы закроете миллион дверей для болезней, природа будет вынуждена открыть очень, очень большую дверь, чтобы сбалансировать миллионы. Так появляется рак. Вы излечиваете легкие заболевания, но создаете заболевания неизлечимые. Рак – новое явление, его раньше не было в мире, и он неизлечим. Почему он неизлечим? Потому что природа отстаивает свой закон. Вы все время лечитесь от всех болезней, поэтому должно быть создано что-то неизлечимое, иначе человечество будет мертвым. Без болезней никто не будет здоров. И это, кажется, произойдет. Похоже, что однажды рак будет излечен, но тогда природа мгновенно создаст что-нибудь еще более неизлечимое.

И запомните: в этой схватке наука не может и не должна победить. Природа всегда будет победителем. Природа мудрее, чем все ваши ученые вместе взятые.

Посмотрите: отправьтесь в примитивное общество, где не существует медицины, где нет врачей, нет науки, которая бы лечила их. Они менее больны и более здоровы. Болезни распространены, но не неизлечимы. До сих пор еще существуют некоторые примитивные общества, которые абсолютно не верят в медицину. Они ничего, в действительности, не делают, по сути, все, что они делают, – это утешают пациента. Мантры, магические приемы – это не лекарства: они просто помогают пациенту пережить это время, потому что природа излечивает сама. Говорят, что если выпить лекарство от простуды, то она вылечится через семь дней, а если не пить – то через неделю.

Природа излечивает сама. На самом деле, природа лечит. Нужно дать ей время, необходимо терпение. Английское слово, обозначающее больного человека, прекрасно (англ. patient — «пациент»; «терпеливый»). Оно означает, что необходимо терпение, что нужно ждать. В действительности, функция врача – помочь пациенту быть терпеливым. Когда ему дают лекарство, это утешает его, он думает: «Теперь что-то делается, скоро меня вылечат». Ему помогают ждать. Врач больше ничего не может сделать. Поэтому работает так много «патий» – гомеопатия, аллопатия, аюрведа – работают тысячи патий, даже натуропатия. Натуропатия означает не делать ничего или делать что-то, что, по сути, ничто. Поэтому даже Сатья Саи Баба имеет успех. Необходимо утешение – работу делает сама природа.

Гераклит не неполноценный, а вот Аристотель – да. В его психологии и биологии чего-то недостает. Но весь западный ум следовал и продолжает следовать за Аристотелем. Если же вы дойдете до самого логического конца, который заключается в том, чтобы сделать человеческое тело абсолютно здоровым, безо всяких болезней, логическим завершением будут пластмассовые органы. Обычное сердце, естественное сердце, должно иногда болеть, уставать, утомляться, требовать отдыха. Пластмассовое сердце не нуждается в отдыхе, оно никогда не устает. А если случится какая-то неполадка, вы можете просто заменить эту часть. Вы можете просто отправиться в пункт технического обслуживания и заменить эту часть, можете носить с собой запасные части. Рано или поздно, все тело – если Аристотель будет иметь успех до самого конца, а Гераклита не будут слушать, не вернут назад в человеческое сознание, – если Аристотель не остановится, логическим завершением будет пластмассовое тело с запасными частями, в венах будет течь не кровь, а какой-нибудь химический состав, который можно выкачать и залить новый.

Но что это будет за человек? Конечно, не будет болезней, но и здоровья тоже не будет. Представьте себе такого человека: что у вас все из пластмассы – пластмассовые почки, пластмассовое сердце, все пластмассовое, пластмассовая кожа, внутри вы тоже полностью из пластика – вы будете здоровы? Вы когда-нибудь сможете хорошо себя чувствовать? Нет, вы не будете болеть, это так. Комары не будут вас кусать – вы можете медитировать, не отвлекаясь на них, они не смогут вас укусить. Но вы будете заключены в капсулу и полностью отрезаны от природы. Не нужно дышать, потому что все может работать на аккумуляторах. Просто вообразите себя полностью заключенными в некий механизм – вы будете здоровыми? Вы никогда не будете болеть, это так, но и здоровы вы никогда не будете. И каждый раз, влюбляясь, вы не сможете положить свою руку на сердце, потому что там нет ничего, кроме пластмассы. Это случится, если Гераклита не услышат. Аристотель неполноценен, а не Гераклит. Аристотель неправ, не Гераклит.

Недуг делает приятным здоровье,

зло делает приятным добро…

Он становится все более и более трудным. Мы можем даже нехотя согласиться: сказать «хорошо, да, без болезни не будет здоровья», но дальше он говорит, что зло делает приятным добро, Бог становится приятным благодаря Дьяволу, благодаря грешникам так прекрасны святые. Если грешники исчезнут, исчезнут и святые. Если же есть настоящий святой, он неизбежно должен быть также и грешником. Для этого существуют только две возможности. Я становлюсь святым, а ты становишься грешником. Это то, чем занимаются религии. Просто разделение труда – ты выполняешь работу грешника, а я делаю работу святого. Но в лучшем мире, в мире, более ориентированном на Логос, а не на логику, хорошо ли заставлять кого-то другого быть грешником, а себя заставлять быть святым? Хорошо ли быть святым за счет кого-то другого? Нет. Тогда в лучшем мире святой также будет и грешником. Конечно, он будет грешить очень свято, это так, это становится все труднее. Тогда он будет похож на Гурджиева: одновременно и грешник, и святой.