Чтение онлайн

Дорога в космос открылась — ив фантастике, и в жизни. В литературу пришла способная молодежь — братья Стругацкие, А. Днепров, А. Полещук, В. Савченко, В. Журавлева и Г. Альтов, А. Громова, несколько позже И. Варшавский, С. Гансовский, Д. Биленкин, К. Булычев и другие, чьи имена упоминались выше при странствии по Стране Фантазий.

«Падает вверх» — предложил бы я назвать тот жизнерадостный период, по названию романа А. Подещука. Такое настроение было в фантастике: в космос мы вышли, идет стремительный взлет, все возможно, все осуществимо. Пожалуй, ярче всего это настроение выражено в произведении братьев Стругацких «Понедельник начинается в субботу» (1965) — развеселой «сказке для младших научных работников».

Но, как бы вступая в спор сами с собой, тогда же одновременно братья Стругацкие выпустили роман «Трудно быть богом». Нет, словно говорят авторы, не «падает вверх», не растет само собой, не творятся чудеса. На самом деле сложно все и противоречиво

«Трудно быть богом» — так и назвал бы я очередной этап фантастики. А начал его несколько раньше ленинградский писатель Геннадий Гор, автор философского романа «Докучливый собеседник» о скучном роботе. До той поры шел в науке спор, возможны ли вообще умные машины, «выйдет или не выйдет?». Г. Гор перевел спор в иную плоскость: «Хорошо ли будет, если выйдет? Стоит ли стараться?».

Спор в фантастике шел активно, книг выходило все больше, пик пришелся па 1965–1967 гг. Потом фантастика сникла, уменьшилась количественно да и качественно изменилась, утратила свой вселенский размах. Казалось, читатели устали от грандиозных космических планов, героических полетов на край Вселенной. Самым характерным да и одним из самых популярных в эту эпоху оказался Кир

Булычев, мы о нем говорили выше, автор милых юмористических рассказов и повестей о маленьком городке Великом Гусляре, серии «Девочка в космосе», сборника «Люди как люди». Фантастика фантастикой, а люди везде остаются людьми — основная идея произведений. И период этот в фантастике можно назвать «Люди как люди».

Другие авторы, пришедшие в фантастику в конце. 50–х — начале 60–х годов, продолжали работать в избранном направлении. С. Гансовский, как и в «Дне гнева», писал о необходимости защищать природу и человека от равнодушной техники и равнодушно — эгоистических ученых («Три шага к опасности» и др.). С. Снегов продвигал своих героев все глубже в пространство и время многомерного мира. О. Ларионова писала о любви, которая важнее всего на свете, важнее всех глобальных и планетарных ученых затей (например, «Сказка королей»).

Особо хочется сказать о творчестве братьев Стругацких — самых популярных фантастов нашего времени. Подобно Ефремову, они — чуткие к переменам жизни писатели, видоизменяющие и развивающие свою позицию от книги к книге. После праздничной «субботы», переполненной осуществленными сказками, пришел трезвый будничный «понедельник». Писатели как бы пришли к выводу, что начинать его следует с уборки, с уничтожения гнили, где бы она ни находилась. Упоминавшаяся повесть «Хищные вещи века» разоблачала развлечения пустоголовых бездельников. Затем были написаны сатирические вещи о самодовольных бюрократах, даже о самодовольном писателе, поучающем молодежь, хотя поучать-то ему нечему. Некоторые из этих произведений вышли в свет только теперь.

Стругацкие полемизируют с теми фантастами, кто наивно верит в благоденствие и прогресс, которые свалятся с неба вместе с соплеменниками пришельцев, будто бы потерпевших крушение в 1908 г. в тайге за Подкаменной Тунгуской. «Пикник на обочине» написан о том, что сверхцивилизации, вероятнее всего, глубоко равнодушны к заботам людей. Земля для них все равно что муравейник. Устроили привал, намусорили, полетели по своим делам, оставили людям возможность десятилетиями гадать об осколках и объедках.

В повести «Жук в муравейнике» пришельцы уже не равнодушны, намерения их непонятны и, может быть, опасны. Герои предпочитают их уничтожить, чтобы сохранить человечество. И продолжение этого мотива — в повести «Волны гасят ветер». Здесь «пришельцы» возникли на Земле, родились от людей нелюди — сверхталаиты. Они еще сами не знают, куда захотят повернуть историю… но лучше пусть уйдут в космос. У человечества свой путь, своя линия развития.

Два десятка лет — долгий срок. Многие из когорты бывшей талантливой молодежи (в писательском мире молодыми считаются до сорока лет, а то и дольше — не по возрасту, а по стажу) покинули нас. Умер А. Днепров, еще при жизни исчерпав свою тему — «новейшие идеи кибернетиков и генетиков». Ушел И. Варшавский, не исчерпав запаса насмешек по адресу фантастики. Безвременно покинул нас трудолюбивый Д… Биленкин — автор доброй сотни рассказов, участник пятиголового коллектива «П. Багряк». Некоторые же авторы покинули или почти покинули фантастику — поскольку книг издавалось немного, надоело простаивать. Так, бывший моряк, ветеран войны Е. Войскунский предпочел писать романы о Военно — Морском Флоте. Е. Парнов, увлекшийся Востоком, много пишет о тамошних поверьях, взглядах, религии, философии, о влиянии ее на современный Запад, о суевериях, средневековых и современных. Г. Альтов, для которого и всегда фантастика была кладезом идей, основные силы посвящает изобретательству, его практике и теории, организует школы изобретателей.

Старшие уходят, сходят или переходят. Естественно, включаются младшие. В следующем поколении ежегодный премией «Аэлита» был награжден С. Павлов — автор романа «Лунная радуга». Это произведение многоплановое, где речь идет, в частности, об осторожности, которую следует соблюдать исследователям планет, чтобы на Землю не завезти что-нибудь вредное. У него исследователи «расчеловечиваются», новые свойства приобретают и вынуждены покинуть Землю, как и нелюди Стругацких («Волны гасят ветер»), У В. Щербакова в «Чаше бурь» пришельцы, злокозненные потомки атлантов и доброжелательные потомки этруссков, возвращаются на Землю и здесь ведут между собой борьбу.

Премию «Аэлита» заслужил и В. Колупаев, инженер-электрик, который, вопреки своей специальности, не пишет о технике и не стремится к научной обоснованности («Фирменный поезд «Фомич» и др.). Мне лично из его вещей больше всего нравится рассказ «Билет в детство». Этакий поезд, межвременной, можно сесть в него и поехать в детство, сверить проступки и поступки, прошлое взвесить. В детство вернуться — голубая мечта каждого взрослого. Вы этому не сочувствуете, вы рветесь вырасти поскорее, скорее — в мир взрослых, скорее — самостоятельными стать.

Интересно, что почти все эти авторы родом из-за Урала: Павлов из Красноярска, Щербаков из Владивостока, Колупаев из Томска. А поблизости в Новосибирске живет Г. Прашкевич — очень разносторонний человек: поэт, переводчик, редактор, прозаик. Геолог в прошлом, он пишет и нефантастику о краях, где работал прежде. Фантастика у него получается лучше всего, когда описываются места, где он побывал сам. Пример — «Великий Краббен», о встрече с живым динозавром на Курилах.

Почему Сибирь так неравнодушна к фантастике? Потому ли, что это самый динамичный край нашей страны, самый перспективный, будущее у него обширное?

Из числа же молодых москвичей международной премией отмечен В. Бабенко — любитель и мастер сложной прозы — за повесть «Игоряша — золотая рыбка». Представьте себе, что вам золотая рыбка предложила выполнять желания! Что вы заказали бы? А Игоряша был человек пустой, и желания у него были пустые — жадные и эгоистичные, все для своего удовольствия.

Государственную премию получил и ленинградец В. Рыбаков, правда, не за повесть, а за сценарий по повести «Пришло время» («Первый день спасения»). Фильм же назывался «Письма мертвого человека», и показывал он мрачную картину голодной и жестокой жизни немногих людей, уцелевших после ядерной войны.