Чтение онлайн

Мауна как дисциплина предназначена для ограничения ум­ственной активности, сопровождающей речь. Если ум контроли­руется каким-нибудь другим способом, то дисциплина мауны не является обязательной, поскольку мауна при этом становится уже обычным состоянием.

Видьяранья сказал, что двенадцать лет принудительной мауны приводят к абсолютной мауне, т. е. делают человека неспособным говорить. Это больше похоже на немоту животных, чем на что-нибудь другое. Это не (подлинная) мауна.

Мауна – это постоянная речь. Отсутствие активности означает постоянную активность.

6 июля

54 [61]. Г-н Эканатха Рао: Как практиковать дхьяну – с откры­тыми или с закрытыми глазами?

М. Это можно делать любым из этих способов. Главное состоит в том, чтобы держать ум обращенным вовнутрь и в то же время активным в преследовании своей цели. Иногда случается, что при закрытых глазах скрытые мысли врываются с огромной силой. Но с открытыми глазами может оказаться трудным обратить ум во­внутрь. Это требует силы ума. Когда ум вбирает в себя объект, он становится нечистым. Если ум этого не делает, то сохраняет чисто­ту. Основное требование при дхьяне – держать ум активным в его поиске, не вбирая внешние впечатления и не думая о другом.

55 [62]. Г-н Эканатха Рао: Что такое спхурана [неописуемое, но ощутимое чувство в Сердечном центре]?

M. Спхурана ощущается в отдельных случаях, таких как страх, возбуждение и т. д. Хотя она и присутствует всегда и везде, но чувствуется в определенном центре и в определенных случаях. Также её связывают с причинами в прошлом и путают с телом, тогда как она совершенно одна; она – Атман. Если ум фиксиру­ется на спхуране и человек чувствует её постоянно и непроизволь­но, то это и есть Реализация.

Кроме того, спхурана – это состояние, предшествующее Реализа­ции. Она чиста. Субъект и объект развиваются из неё. Если человек ошибочно принимает себя за субъект, то обязательно возника­ют объекты, отличные от него. Они периодически то исчезают, то проецируются вновь, создавая видимый мир на радость субъекту. Если же, наоборот, человек чувствует себя экра­ном, на который проецируются и субъект и объект, то уже не может быть никакой путаницы и человек способен оставаться наблюдателем их появления и исчезновения без какого-либо бес­покойства для Атмана.

56 [63]. Некий высокопоставленный чиновник спросил: Если молодых людей продвигают по службе, то их ум приходит в смя­тение. Может ли исследование "Кто я?" помочь человеку успоко­ить ум при таких обстоятельствах?

М. Да. Именно так. Исследование "Кто я?" обращает ум во­внутрь и успокаивает его.

П. Я верую в мурти дхьяну [почитание образа]. Разве это не поможет мне добиться джняны?

М. Безусловно, поможет. Упасана [медитация] помогает кон­центрации ума, ибо он освобождается от посторонних мыслей и наполняется медитируемой формой. После этого ум становится единым с объектом медитации, что делает его совершенно чи­стым. Тогда спросите себя, кто поклоняющийся. Ответ будет "Я", то есть Атман. Таким образом Атман завоевывается окончательно.

Теперешняя трудность состоит в том, что человек считает себя делателем. Но это – заблуждение, так как всё делает Высшая Сила, а человек – только Её инструмент. Приняв такую точку зрения, он освобождается от волнений, в противном случае – добивается их. Рассмотрим, например, скульптуру в основании гопуры (храмовой башни), как бы несущую всю тяжесть башни на своих плечах. Её поза и взгляд выражают огромное усилие, которое создаёт впечатление, что она удерживает всю нагрузку. Но подумайте, так ли это. Башня построена на земле и опирается на фундамент, тогда как скульптурная фигура – ее часть, выпол­ненная так, словно она несет всю тяжесть гопуры. Разве это не смешно? Но так же выглядит и человек, чувствующий себя дела­телем.

(Здесь один из преданных прочитал специально для этого посе­тителя Улладу Нарпаду на языке малаялам.)

Выслушав текст, тот спросил: Как понять ссылку на двойствен­ность в процессе практики и единство при достижении цели? [53]

М. Некоторые люди считают, что практика должна начинаться в рамках дуалистического подхода. Этот стих относится к ним. Они говорят, что существует Бог, человек должен почитать Его и медитировать; в конечном счете джива сливается с Богом. Другие говорят, что Высшее Существо и джива всегда разделены и никог­да не сливаются. Но давайте не будем сейчас беспокоиться о том, что может произойти когда-нибудь в будущем. Все согласны с тем, что джива есть. Пусть человек сначала узнает дживу, т. е. свое Я (Атман). Потом хватит времени выяснить, погрузится ли Атман в это Высшее Существо, является ли Атман всегда Его частью или остаётся отличным от Него. Не надо предвосхи­щать выводы. Держите ум открытым, ныряйте внутрь себя и отыщите Атман. Тогда истина сама спустится на вас. Зачем пытаться определять заранее, будет ли конечным результатом абсолютное Соединение, ограниченное Соединение или отсут­ствие Соединения, двойственность? [54] В этом нет никакого смыс­ла. Ваша уверенность в правильности вывода сейчас базирует­ся на логике и интеллекте. Интеллект получает свой свет от Aтмана (Высшей Силы). Как может отраженный и неполный свет интеллекта представлять целостный и первоначальный Свет? Интеллект не может достичь Атмана. Как же он может судить о Его природе?

Таково значение этой ссылки.

П. В одном из стихов говорится, что Писания [шастры], кото­рые так подробно изучаются на ранних стадиях практики, в конце концов становятся бесполезными. На какой стадии это происхо­дит?

М. Когда будет осознана суть Писаний. Они полезны тем, что указывают на существование Высшей Силы (Атмана) и пути к Её достижению. Их квинтэссенция только в этом. Если она усвое­на, то остальное уже значения не имеет. Но Писания весьма объе­мисты и приспособлены к развитию искателя. Как тот, кто подни­мается по лестнице, находит, что пройденные участки оказались только ступенями к более высокой площадке, так можно убедить­ся, что пройденные одна за другой ступени становятся успешно преодоленными доводами оппонента [пурвапакша], пока цель не будет достигнута. Когда цель достигнута, она остается одна, а все остальное уже пользы не имеет. Вот каким образом шастры ста­новятся бесполезными. Мы читаем так много. Помним ли мы всё, что читаем? Но не забыли ли мы главное? Самое существенное впитывается умом, а остальное забывается. То же происходит и с шастрами.

Факт состоит в том, что человек считает себя ограниченным, и отсюда проистекает его беспокойство. Эта идея неверна. Он мо­жет увидеть это сам. В глубоком сне не было ни мира, ни эго (ограниченного "Я", "я"), но также не было и беспокойства. Нечто просыпается, выходит из этого счастливого состояния и говорит "я". Для такого эго и появляется этот мир. Будучи какой-то кру­пинкой в этом мире, оно желает всё большего и становится беспо­койным.

Каким счастливым человек был до появления эго! Только появление эго является причиной нынешнего беспокойства. Пусть он отслеживает эго до его источника, и он достигнет того недифференцированного [55] радостного состояния, которое харак­терно для сна без сновидений. Атман всегда остается тем же самым, пребывая здесь и сейчас. Будучи Им, не остается ничего, что нужно было бы еще обрести. Только из-за ошибочного допу­щения о наличии ограничений и существует необходимость пре­взойти их. Это похоже на историю о десяти глупцах, которые вброд перешли поток, а на другом берегу, пересчитывая себя, обнаружили, что их только девять. Они встревожились и стали горевать о потере неизвестного десятого человека. Некий стран­ник, узнав о причине их горя, пересчитал их и нашел, что их все-таки десять. Каждый из глупцов считал только других, пропус­кая себя. Этот странник стал наносить каждому по удару, попро­сив их считать удары. Они досчитали до десяти и были удовлет­ворены. Мораль такова, что десятый человек не возник заново. Он был всё время там, но неведение стало причиной печали каждого.

Ещё одна история. Женщина носила на шее ожерелье, но забы­ла об этом. Она стала искать его и начала расспросы. Её друг, поняв, что она ищет, указал на ожерелье; оно было как раз на шее его подруги, ведущей поиски. Женщина пощупала ожерелье руками и была счастлива. Приобрела ли она его заново? Здесь опять неведение стало причиной печали, а знание – счастья.

Похожее происходит также с человеком и Атманом. И здесь не надо обретать ничего нового. Незнание Себя, Атмана, является причиной теперешнего страдания; знание Атмана приносит счастье.

Более того, если нечто должно быть обретено заново, то это предполагает, что ранее его не было. То, что в свое время отсут­ствовало, может исчезнуть вновь. Поэтому и спасение оказалось бы временным. Но спасение постоянно, поскольку Атман пребывает здесь и сейчас и вечен.

Таким образом, усилия человека должны быть нацелены на удаление неведения. Кажется, что мудрость должна пробудиться, хотя на самом деле она является естественной и всегда присут­ствует.

Уходя, этот посетитель почтительно простился с Учителем и сказал: Говорят, что жертва, схваченная тигром, уже никогда не сможет вырваться из его пасти.