Чтение онлайн

— Хорошо.

Отпустив приклад автомата, Рогу Уллоев чуть ослабил тело. Боевую позицию здесь, на чердаке дома, с которого хорошо просматривался весь большой перекресток в месте слияния Новоарбатского проспекта и Садового кольца, он занял с девяти утра. Сейчас его часы показывали половину двенадцатого дня, и цель, которую ему поручено поразить, темно-зеленая машина «Плимут-Вояджер», снабженная радиодатчиком, должна была вот-вот появиться. Именно так сказал, перед тем как послать его сюда, Равиль Таллаев. Точно же о появлении цели его предупредят заранее по радиотелефону, так что занять исходную позицию он всегда успеет.

В общем-то, ему было все равно, появится цель или нет. Появится — он выполнит приказ и выпустит по «Плимут-Вояджеру» весь запас патронов в магазине, стараясь, чтобы пули легли равномерно. Не появится — дождется, когда по рации передадут сигнал отбоя, и уйдет. Но если цель появится, он знает: на лежащем перед ним как на ладони перекрестке этому «Плимут-Вояджеру» деться будет просто некуда.

Сколько времени пройдет до появления «Плимут-Вояджера», Рогу сейчас не волновало. Он горец, с детства привык часами лежать в засадах, может несколько дней подряд пробираться по памирским горным тропам под бешеным ветром, случалось ему и попадать под снежные обвалы в горах. Долгое ожидание на точность его стрельбы повлиять не сможет никак.

Но если «Плимут-Вояджер» не появится здесь, а поедет другим маршрутом, который они про себя называют резервным, — он знает, там его накроет точным огнем Бон Муллоджанов. Бон старше его на десять лет, это его наставник, научивший его секретам точной стрельбы из автоматов последних модификаций. От Бона Муллоджанова не уходил еще никто.

Феро пришел без четверти двенадцать. В кабинет он вошел с кейсом в руке, и Седов сразу заметил некоторую напряженность гостя. Показал на кресло:

— Доброе утро, Луи, садитесь.

— Доброе утро. Извините, я немного задержался.

— Ничего страшного.

Положив кейс на стол, Луи сел в кресло. Он явно не спешил начинать разговор. Наконец сказал:

— Алексей, нам надо поговорить. На мне ничего нет, я проверил.

— Ничего нет в каком смысле?

— Никаких мини-микрофонов. Можем говорить в открытую.

Феро явно был не в себе. Помедлив, Седов сказал:

— Хорошо. Давайте говорить в открытую.

— Сейчас. — Луи закурил. Сделал несколько затяжек, положил сигарету в пепельницу. Полез в карман, вытащил плоскую металлическую шайбу. Положил перед Седовым:

— Знаете, что это такое?

— Знаю. Радиодатчик. По-моему, последней модификации.

— Именно, радиодатчик. Его ставят для того, чтобы снайпер мог точно прицелиться по идущей машине.

— Все правильно.

— Это штука была прикреплена снизу к корпусу за задним бампером моей машины. На которой я сейчас езжу.

— Интересно. А какой марки машина?

— «Плимут-Вояджер».

— Когда вы обнаружили радиодатчик?

— Сегодня утром.

— О том, что вы его обнаружили, кто-нибудь знает?

— Нет. Утром я прошел в гараж один. У бокса дежурил сторож, я его отослал. После этого проверил машину вашим детектором, и он среагировал. Радиодатчик был прикреплен к корпусу внизу. Я его снял.

— Сняли — и потом?

— Потом? Ну… — Луи помолчал. — Положил радиодатчик в карман, дождался сторожа и поднялся к себе в квартиру. Выезжать из дому так рано я не собирался. Позже, когда приехала охрана, я ей о радиодатчике ничего не сказал. Но попросил ехать сюда другим маршрутом.

— Сколько охранников с вами обычно ездит?

— Четверо.

— Это одни и те же люди? Или они меняются?

— В основном одни и те же. Замены бывают очень редко.

— Можете назвать их фамилии?

— Авдонин, Богданов, Рачук, Коноплев. Довольно часто кого-то из младших охранников заменяет Гутин — если он не занят другими делами.

— Младшие охранники — это кто?

— Богданов, Рачук и Коноплев.

— Значит, Авдонин — старший?

— Старший моей личной охраны. Старший всей охраны, моей и Анри Балбоча, — Гутин. Все эти фамилии есть в списке.

— У вас есть основания подозревать, что радиодатчик поставлен кем-то из охраны?

— До сегодняшнего дня не было. Но теперь есть.

— Кроме вашей охраны, мог кто-то еще его поставить?

— Конечно. После покушения я оборудовал в подземном гараже дома, где я живу, отдельный закрытый бокс, где стоят только мои машины. Этот бокс круглосуточно охраняется хорошо проверенными мной сторожами.

— Сколько всего этих сторожей?

— Четверо. Они стоят смену по одному, по двенадцать часов, меняясь через сутки.

— Вы говорите, вы их хорошо проверяли?

— Проверял. Но теперь я не верю и им.

— Эти сторожа имеют возможность зайти в бокс?

— Нет, они все время находятся снаружи. Бокс постоянно заперт.

— Бокс запирается надежно?

— Достаточно надежно. Хотя теперь я даже не знаю, что думать. Ведь к любым замкам можно подобрать ключи.

— Вы правы. Хорошо, подведем итоги. Как я понимаю, конкретно подозреваемых у нас с вами сейчас девять человек. Гутин, Авдонин, Богданов, Рачук, Коноплев. И четыре сторожа, охраняющие гараж.

— Выходит, так.

— Думаю, стоит особо выделить из этих девятерых пятерых охранников.

— Почему?

— Радиодатчик, который вы положили передо мной, — последней модификации. Он сделан из материалов, защищающих его от радиодетекторов старого типа. Поставить такой радиодатчик скорее всего мог все же кто-то из охраны, поскольку эти люди проверяют детекторами вашу машину каждый день. И знают, какого типа детекторы не реагируют на новую технику. Из пятерых охранников, которых вы перечислили, есть кто-то, кого вы можете подозревать в первую очередь?

— Я могу назвать тех, кого я в любом случае не буду подозревать.

— Кто это?

— Гутин и Авдонин. Я их хорошо знаю, они работают со мной давно, и главное, им нет никакого смысла действовать против меня. У меня они занимают прочное положение, получают большие деньги, зачем им терять все это?

— Трудно что-то возразить. Но бывает всякое.

— Конечно. Но все же, если уж говорить о подозрениях, я подумал бы прежде всего на трех молодых охранников: Богданова, Рачука и Коноплева. Да и на сторожей. В бокс они зайти не могут, но не раз наблюдали, как охрана проверяет машину. И видели детекторы. Они вполне могли сообразить, какой радиодатчик можно поставить, чтобы эти детекторы на него не среагировали.