Чтение онлайн

Блин, почему вместо того, чтобы восхищаться первобытной красотой инопланетного мира, я сижу и перебираю в уме все худшие варианты? Возможно, потому, что в любой момент артефакт может подвести, и я останусь один на один с какой-нибудь тварью, как тогда в коридоре?

Пока я предавался пессимистичным мыслям, космолёт без проблем ворвался в атмосферу и пробил жиденькие облака, подставив квадратный нос местным ветрам. Затем, отключив ионные двигатели, он с помощью одних гравитаторов вырулил на место, выбранное компом для приземления, и приготовился к посадке.

Небольшой толчок – и всё стихло. Мы приземлились.

С экранов открылся поистине завораживающий вид на залитую лучами солнца долину.

Фрегат приземлился точно в центре долины. Один её край примыкал к подножию небольших гор, поросших зеленью. Я бы назвал их просто холмами.

На другом краю начинался лес из толстых высоких деревьев, стоящих сплошной стеной. Я ещё раз пробежался по сводке характеристик поверхности, которую собрали датчики фрегата: средняя температура 25 градусов по Цельсию, что гораздо теплее, чем на Земле. В воздухе полно различных примесей, и теоретически тут можно дышать без скафандра, но, повторюсь, лучше обойдусь.

– Вы слышите, капитан? – пробился в динамиках голос ЭфЭр. Раздавался небольшой шум помех.

– Да, слышу, твоя кустарная антенна работает.

– Я рассчитала орбиту планеты вокруг своей оси. Она составляет 15 часов и 20 минут. Сеанс связи возможен ограниченное время в течение 25 минут через каждый оборот планеты. Сейчас у нас осталось три минуты, после чего связь пропадёт на указанный промежуток времени.

– Ясно, буду иметь в виду.

Поглядев пару долгих секунд на величественную природу с высоты рубки, я встал с кресла и пошёл отпирать шлюз для выгрузки транспорта. Заодно прихватил с собой длинный кейс с двумя обрезами и электровинтовкой.

– Итак, сэр, один из шахтёрских мобильных комплексов отправится сразу к горной цепи и начнёт бурение, пока не дойдёт до ценных пород. Другой закачает местный воздух в карантинные резервуары и отфильтрует всеми возможными способами, чтобы мы могли понять, стоит ли его использовать в наших целях. Затем первый продолжит добычу руды, а второй займётся сбором пригодной биомассы и семян для оранжереи, после чего полетит к ближайшей реке брать пробы воды. Также я продублировала критерии пригодности биомассы в память дрона-разведчика.

– Выходит, мне тут и делать нечего? Нажал пару тумблеров, дёрнул за рычаг – и всё?

– По-хорошему, вместо вас вообще должны были бы полететь другие члены экипажа…

– Которых нет. Но раз я пока не нужен, пойду прогуляюсь.

– Старайтесь по возможности не выходить из транспорта.

Начинается…

– Какая ж в этом прелесть экспедиции?

– Капитан…

– До связи, ЭфЭр.

Она хотела сказать что-то ещё, но я услышал лишь помехи. На экране шлема отобразился таймер до следующего сеанса: «15:19:59». Там же высветился таймер запаса воздуха на 30 часов и индикатор батареи на столько же. Мощно. Особенно если переодеваться в запасные скафандры. Впрочем, если я планирую спринтовать по пересечённой местности, держа в руках, например, длинное бревно, то, ясен пень, расход воздуха и энергии сильно увеличится. Ещё следовало учитывать повышенную силу тяготения. Но сейчас подобные расчёты меня не особо волновали.

В трюме оживали роботы-шахтёры и тяжело поднимались на своих гудящих гравитаторах.

Огромный люк фрегата раскрылся, и оба суперкомбайна, медленно набирая скорость, рванули навстречу неизвестности.

Я же подошёл к одному из грузовичков и кое-как втиснулся в кабину в скафандре. Электродвигатели этих вездеходов работали на таких же энергоячейках, как у ремонтных дронов. В каждом автодоме по четыре энергоячейки. Они обеспечивали машины всей необходимой энергией, причём генераторы гравитации служили только защитой, а движение обеспечивала шестиколёсная база. К тому же колёсная техника жрала меньше энергии, чем гравитаторы, так что запас хода от одного комплекта ячеек составлял внушительные две тыщи километров. Если приспичит, успею нехило попутешествовать, даже учитывая, что эта планета чуть больше Земли. Похлопал по панели транспортного интерфейса, уже настроенного ЭфЭр под меня. Проверил индикаторы тяги двигателей и состояние энергоячеек. На большом экране вспыхнула схематичная грубая карта местности, насколько её успел отсканировать фрегат, когда подлетал. У меня были надежды и одновременно опасения по поводу разумной и цивилизованной жизни на планете, но никаких признаков городов или чего-то подобного на поверхности не обнаружилось. Либо аборигены живут под землёй, либо ещё не слезли с деревьев.

Прошёлся по жилому отсеку грузовика, отметив довольно неплохую, хоть и тесноватую для чувака в скафандре двухъярусную кровать. Бросил на верхнюю часть кейс с оружием. Всю противоположную стену занимали «вешалки» с тремя запасными скафами. То есть шесть запасных скафандров на два грузовика, если не считать ещё пяти на самом фрегате. Есть из чего выбирать, когда/если повредится надетый на мне.

Указал автопилоту второго вездехода следовать за мной, взялся за прямоугольный руль и выехал по выдвинутому пандусу наружу.

Почти сразу над нами воспарил дрон-разведчик, держась на высоте ста метров. На фрегате остались лишь ремонтные дроны. Но я мог вызвать их в любой момент.

Опять же, если что, фрегат прилетит и защитит меня огнём из восьми рельсотронов, турели которых разворачивались по периметру корпуса. Их мощи достаточно, чтобы устранить угрозу в виде каких-нибудь опасных кракозябр и при этом не расплющить меня к чёртовой матери вместе с ними. Впрочем, окажись я в радиусе пяти метров от цели, меня крепко приложит ударной волной, тут без вариантов. Мне удалось посмотреть, какого размера там снаряды.

Через интерфейс грузовика я дал команду фрегату закрыть люк, и когда брюхо корабля надёжно запечаталось, стал думать, куда бы рвануть. К холмам неохота, там будет шумно от шахтёрских и полевых работ комбайнов. С другой стороны, в лесу будет опасно, ведь деревья помешают разведчику отслеживать движения местных зверей.

Но если очень хочется – то можно.

Достал из кейса электровинтовку и вместе с ней полез на крышу машины через люк, присел и стал водить стволом, глядя через довольно удобный прицел. Вон пылятся следы низко летящих роботов-шахтёров. С гор, куда они направлялись, поднялись мелкие чёрные точки – наверное, птицы. Двигались они подальше от гудящих машин, так что я не стал волноваться. Если уж шахтёры подадут сигнал тревоги, тогда подумаю.

Перевёл прицел в сторону леса. Верхушки деревьев с листьями вполне обычного зелёного цвета двигались в такт лёгким порывам ветра. Приглядевшись, я понял, что грузовики там никак не проедут. Сходство со стеной было поразительным. Не знаю, как эти деревья уживались друг с другом, но зазоры между стволами были меньше двух метров.

Сложно после этого называть машины «вездеходами». Ну что ж, оставлю их бдеть на краешке.

Выбрав направление, я покатил к лесу.

С примитивных «парковочных» камер, направленных вниз, я видел лишь облака пыли, вздымаемые огромными колёсами. Со скоростью чуть ниже ста километров в час вездеход приближался к границе долины.

Солнце клонилось к закату – сказывалась быстрота вращения планеты вокруг своей оси. Но было ещё достаточно светло. Судя по всему, на утро, день, вечер и ночь тут отводится где-то по четыре часа, а не по шесть, как на Земле.

Вот и лес. Я оставил грузовики в «режиме ожидания» – чтобы завести двигатели, достаточно пары секунд.

Прикрепил винтовку к магнитному держателю на спине скафандра и вышел из грузовика с обрезом в руках. Машинам дальше хода нет, это бесспорно. Хотя дело скорее не в близком расположении деревьев друг к другу, а в их толщине. И высота у них не меньше метров пятидесяти. Я врубил дальномер шлема и убедился в своей правоте. Выше уже начинался плотный козырёк листвы, почти не пропускающий свет. Пришлось пустить дрона-разведчика в десяти метрах над землёй, чтобы он не врезался в редкие кусты с ветками и при этом не задевал кроны деревьев. Сенсоры робота вкупе с шириной платформы позволяли неплохо лавировать между препятствиями.