Чтение онлайн

Прямо перед собой на склоне горы Атрейо увидел гигантскую пещеру, залитую черной водой. Вода колыхалась и выплескивалась, потому что в глубине пещеры что-то двигалось и вот уже начало медленно вылезать. Оно напоминало огромный осколок скалы величиной с дом. Только когда оно совсем вылезло наружу, Атрейо сообразил, что это голова черепахи, сидящая на длинной морщинистой шее. Глаза ее были как черные пруды, из пасти, заляпанной тиной, торчали водоросли. А вся эта Роговая Гора – вдруг осенило Атрейо – не что иное, как гигантских размеров панцирь болотной черепахи. Так вот она, Древняя Морла!

И снова раздался гулкий булькающий голос:

– Что тебе здесь надо, малыш?

Атрейо схватился за свой Амулет и поднял его вверх, чтобы в него уперся взгляд огромных, как пруды, глаз черепахи.

Знаешь ты, что это, Морла?

Она ответила не сразу.

– Гляди-ка, старуха, – ОРИН! Давненько мы его не видали, этот Знак Власти Девочки Королевы. Давненько!..

– Девочка Королева больна, – сказал Атрейо. – Ты это знаешь?

– А нам это все равно, верно, старуха? – ответила Морла.

Таким странным образом она, видно, разговаривала сама с собой, может быть, потому, что больше ей не с кем было разговаривать невесть сколько лет.

– Если мы ее не спасем, она умрет, – настойчиво произнес мальчик.

– Что ж поделаешь… Умрет так умрет. – ответила Морла.

– Но вместе с ней погибнет вся Фантазия! – закричал Атрейо. – НИЧТО расплывается все шире и шире. Я сам это видел.

Морла глядела на него огромными пустыми глазами.

– А нам-то что? Верно, старуха? – пробулькала она.

– Но тогда мы все погибнем! – еще громче крикнул Атрейо. – Все!

– Послушай, малыш, ну что нам до этого? Нам уже все неважно, все безразлично, все.

– Но тогда и ты погибнешь, Морла! – гневно вскричал Атрейо. – Ты тоже!.. Может, ты возомнила, что раз ты такая старая, то переживешь Фантазию?

– Послушай, малыш, – булькала Морла, – мы стары, слишком стары. Мы свое отжили. Слишком много видали. Кто столько знает, сколько мы, для того ничто уже неважно. Все вечно повторяется. День сменяет ночь, лето – зиму, мир пуст и бессмыслен. Все возвращается на круги своя. Все сущее должно погибнуть, что рождается, должно умереть. Все проходит: добро и зло, глупость и мудрость, красота и уродство. Все пусто… все тленно… все неважно…

Атрейо не знал, что можно на это возразить. Взгляд огромных темных пустых глаз Древней Морлы парализовал его мысли.

Помолчав, она снова заговорила:

– Ты еще очень молод, а мы стары. Если бы ты прожил столько, сколько мы, ты бы знал, что на свете нет ничего, кроме печали. Послушай, а почему бы нам и не умереть? Тебе, мне, Девочке Королеве, всем, всем?.. все ведь лишь видимость, игра в пустоте. Все безразлично. Оставь нас в покое, малыш, уходи!..

Атрейо собрал всю свою волю, чтобы не поддаться оцепенению – его сковывал ее взгляд.

– Если ты все знаешь, – сказал он, – то, может быть, тебе известно, чем больна Девочка Королева и как ее можно вылечить?

– Мы-то знаем, верно, старуха? – прошамкала она. – Но ведь неважно, спасут ее или нет. Так зачем же нам говорить?

– Если тебе и вправду все безразлично, – настаивал Атрейо, – то ты можешь и сказать мне это.

– Конечно, мы могли б и сказать, верно, старуха? – проскрипела Морла. – Но что-то нам неохота…

– Значит, тебе это вовсе не безразлично! – вскричал Атрейо. – Ты сама не веришь в то, что говоришь!

Черепаха долго не отвечала, а потом мальчик услышал какие-то хриплые булькающие звуки, какой-то клекот. Должно быть, это было нечто подобное смеху, если предположить, что Древняя Морла еще не разучилась смеяться. Когда эти звуки смолкли, она сказала:

– Ох, и хитер же ты, малыш! Гляди-ка! Ох, и хитер! Давно уж мы так не веселились, верно, старуха? Гляди-ка! И в самом деле, почему бы нам не сказать? Нам ведь без разницы. Ну что ж, скажем ему, старуха?

Молчание длилось очень долго. Атрейо с нетерпением ждал ответа Морлы, но не прерывал вопросами ее медленный и горестный ход мыслей. Наконец она снова заговорила:

– Ты еще не долго живешь, малыш. А мы – долго. Слишком долго. Но все мы живем во времени. Ты – не долго, мы – долго. Девочка Королева уже существовала до меня. Но она не старая. Она вечно молодая. Так-то! Ее жизнь зависит не от числа прожитых лет, а от ее имени. Ей нужно дать новое имя. Находить все новые имена. Ты знаешь, как ее зовут?

– Нет, – ответил Атрейо, – я никогда не слышал ее имени. Девочка Королева, и все.

– Ты и не мог слышать, – ответила Древняя Морла. – Даже мы не можем его вспомнить. А она носила не одно имя, но все они забыты. Все прошло, все миновало. Так-то! Но без имени она не может жить. Девочке Королеве необходимо найти новое имя – тогда она выздоровеет. Но выздоровеет она или нет – это все равно.

Морла прикрыла веками свои огромные, как пруды, глаза и начала медленно втягивать голову в панцирь.

– Подожди-подожди! – закричал Атрейо. – Как она получает имена? Кто может дать ей имя? Где мне найти это имя?

– Никто из нас, – просипела Морла, – ни одно создание Фантазии не может дать ей новое имя. Поэтому все зря! Не огорчайся, малыш, все это, право, неважно.

– А кто может дать ей новое имя? – не унимался Атрейо. – Кто может спасти ее и всех нас?

– Ишь, расшумелся, – булькнула Морла. – Оставь нас в покое, уходи восвояси. Мы сами не знаем, кто может.

– Если ты этого не знаешь… – Атрейо кричал все громче, – то кто это может знать? Морла еще раз открыла глаза.

– Не будь на тебе Знака Власти, мы бы тебя сожрали, чтоб обрести покой. Так-то!

– Кто? – не отступал Атрейо. – Скажи мне, кто это знает? И я навеки оставлю тебя в покое!

– Неважно кто, – ответила она. – Быть может, Эйулала у Южного Оракула. Она, может, знает. А, в общем-то, нам наплевать.

– Как мне туда добраться?

– Туда ты вообще не сможешь добраться. Так-то. Даже за десять тысяч дней. Твоя жизнь чересчур коротка. Ты умрешь раньше, чем доберешься. Слишком далеко. На юге. Слишком уж далеко – все напрасно. Мы же сразу тебе сказали – верно, старуха? – брось, отступись, малыш. А главное, оставь нас в покое!

Черепаха закрыла глаза и втянула голову в пещеру. Атрейо понял: больше из нее не вытянешь ни слова.

В тот самый час темная Теневая Тварь, что сгустилась из ночной мглы над пустошью, учуяла след Атрейо и помчалась к Болотам Печали. Теперь уж никто и ничто в Фантазии не заставит ее бросить этот след.

Бастиан подпер голову рукой и, задумавшись, уставился в одну точку.

– Как странно, – сказал он вслух, – что ни одно создание Фантазии не в силах дать Девочке Королеве новое имя.