Чтение онлайн

Как оказалось, смерть в этом лагере не возможна. После того, как он умер, его не встречали ни ангелы, ни демоны в аду. Вместо этого был привычный салон икаруса.

После он рассказывал разное, то что я бы не хотел ещё раз услышать. Я теперь понимал, почему появились сумасшедшие Семёны. Их участь, это гнить в этом месте до скончания времён. Но этот смог вовремя опомнится. Вместо того, чтобы вечна пытаться себя убить, он стал искать выход.

Бутылка полностью опустела. Именно под конец Семёнова рассказа. Мы почти не закусывали, поэтому напились почти в стельку. Дальше я помню всё отрывками.

Я залезаю на памятник в центре лагеря. Беру молоток, и начинаю сбивать каменной глыбе очки, это у меня получилось. Дальше, мы подожгли его бензином. Он долго не горел, камень как ни как.

Дальше мы пугали Ольгу Дмитриевну. Нацепили на себя одежду из кружков, и стоял глядел в окно. В то время Семён будил Ольгу. Они о чём-то говорили, после чего он показывает на меня пальцем. Я смотрю в окно и улыбаюсь, потом быстро прислоняюсь и начинаю стучать, в конце убегаю.

Ольга упала в обморок. А мы дружно с неё посмеялись.

Дальше я не помню. Что-то связанное с бензином, медпунктом и яблоками… Причём тут яблоки я сам до конца не понимаю.

Утро было тяжелым, я лежал на обломках разбитой волги. Салон был набит всяким мусором, канистра бензина, мешок яблок и почему-то связанная Виола. Она спала. Сама волга находилась в медпункте, точнее в том, что от него осталось. Выбитая дверь, полностью сгоревшая крыша… Обшарпанные стены. Вид здания был не очень.

Я кое как вывалился из салона. И уселся на чудом уцелевший стул. Сигарет не было, вместо них в кармане лежало яблоко. Делать было нечего, пришлось есть яблоко. Голова была чугунная. Болела не только она. Ноги, тело, лицо. Болело абсолютно всё.

Медленно, ко мне начали приходить воспоминания. Первым что я вспомнил, это то как мы завели волгу, дальше мы поехали в лес и насобирали мешок яблок… Это была идея Семёна, после чего он откуда-то вытащил 2 бутылку. Мы её полностью выпили.

Потом он зачем-то поджёг Медпункт, связал Виолу, и закинул её в салон волги. Мы пытались уехать из лагеря втроём. Ожидаемо это у нас не получилось. Что было дальше я не помнил.

Единственное, что я мог чувствовать, это только смущение. Да, головную боль.

В глазах чуть двоилось. Я смотрел на яблоко, которое располагалось в моей руке. Хорошенько проморгавшись смог вернуть зрение в норму, в тот же момент у яблока пропал его двойник. Это значило, что я начал приходить в себя.

Подул ветер, поднимая в воздух кучу пепла, из-за которого я смачно чихнул. Находится в этом месте не самое приятное дело. В некоторых местах ещё тлели останки медпункта, а в воздухе стоял запах жженых медикаментов. К тому же, начались слышаться стоны Виолы, а после уже и маты.

В какой-то момент начались слышаться голоса пионеров, среди них я услышал голос Ольги Дмитриевны. Чтобы не оказаться в эпицентре событий, я решил переместиться в лес.

Местом моего перемещения являлась лесная поляна, именно та, где мы с Семёном, в пьяном бреду, собирали яблоки. Яблоня была полностью полностью обобрана, яблок не было. Зато, вместо яблок был спящий Семён. Нашёл я его в кустах крапивы, как он там оказался представить я не мог, ибо не понил. Кроме Семёна я нашёл пустую бутылку водки “Столичная”, она была привязана к ветке шнурком.

Я попытался восстановить в памяти события прошедшей ночи, но тщетно. Осознав бесполезность усилий, я склонился над товарищем и решил его разбудить. Несколько тычков в бок оказались достаточно эффективными.

— Подъём, герой. Долго ещё будешь отдыхать в крапиве? — спросил я, выкидывая тонкую палку — Или это твоё новое хобби?

Семён, сонно кряхтя, выбрался из зарослей и прислонился к яблоне.

— Какого чёрта я оказался в крапиве? — пробормотал он, расчесывая ноги.

— Хороший вопрос, но я бы предпочёл получить на него ответ от тебя, — заметил я, задумчиво глядя на пустую бутылку. — Помню только, что мы каким-то образом умудрились сжечь медпункт, починить "Волгу" и, кажется, связать Виолу.

— Чего? — он прекратил чесаться и посмотрел на меня с выражением крайнего недоумения. — Как мы починили "Волгу"? Я ведь пробовал это сотню раз и ничего не выходило!

— За двести циклов я освоил её ремонт как искусство, — хмыкнул я. — Вот только зачем мы это сделали, если она никуда нас не вывезет?

Мой собеседник лишь пожал плечами, продолжая бороться с зудом.

— Да чёрт его знает. Пьяному любые гениальные идеи в голову приходят, — пробормотал он.

Я же вновь обратил внимание на бутылку, которая покачивалась из стороны в сторону. Один взгляд на мой ботинок, лишившийся шнурка, раскрыл тайну её крепления.

Абсурдность ситуации подчеркнул вопрос Семёна.

— Слушай, зачем мы яблоню с верха до низу обчистили?

— Самому бы знать, — признался я.

Этот вопрос не давал покоя и мне. После того как я отвязал шнурок от яблони, я почувствовал сильную сухость во рту. Кроме этого головная боль снова дала о себе знать.

— Думаю, нам стоит перекусить, — сказал я, и урчание желудка подтвердило мои слова. — Я направляюсь в столовую.

— А я лучше пойду в баню, — заявил Семён, почесав обожжённую ногу. — Этот зуд меня доконает.

Мы распрощались. Сил на быстрое перемещение не было, поэтому пришлось идти пешком. Лесной участок пути я преодолел без происшествий. Но стоило мне выйти на площадь, как я заметил следы нашей ночной деятельности. Голова памятника Генде была сломана, очки сбиты, а сам он выглядел обугленным. Воспоминания о горящем памятнике всплыли в сознании, вызвав приступ неловкости. Постояв немного, я направился в столовую.

По пути встречали пионеры, они не обращали на меня никакого внимания. В принципе, как обычно. У самой столовой я встретил Ольгу Дмитриевну, в ней читалось волнение. Она ходила из стороны в сторону вдоль столовой отчитывая каждого пионера. Первому досталось Шурику, за что она его ругала я так и не понял, после это была Алиса. Ольга ругала её за неподобающий вид для пионера.

Всё это меня смутило. Вместо того чтобы искать виновника событий она отчитывает пионеров за обыденные вещи. Не уж то мы с Семёном перестарались, и теперь вожатая сошла с ума. Но тут я заметил то, что заставило сомневаться в своей адекватности даже меня. Волга! Она стояла рядом с столовой!

Планы на столовую были выкинуты в мусорку. Вместо этого я побежал к медпункту. Оказавшись около него я ещё больше усомнился в самом себе. Вместо сгоревшего здания стоял целехонький медпункт, а запаха гари и подавно не было.