Бесконечное лето: Сломанный мир
Шрифт:
я почувствовал, как по спине пробежал холодок.
— Значит, ты тоже не можешь уйти отсюда?
— Уйти? — Сова усмехнулась. — Уйти можно только тогда, когда ты больше не привязан к этому месту. А я привязана. Слишком сильно. — Она сделала глубокий вдох и продолжила, — по крайней мере, сейчас я не могу это сделать.
— А твои копии? Могут ли они уйти?
— Кто-то смог, я не могу этого отрицать.
Тишина повисла в комнате, но я собрался с мыслями и задал ещё один вопрос, который давно его мучил:
— Почему те два Семёна пытались уничтожить друг друга?
Сова снова подошла ближе, её взгляд был пристальным, как будто она хотела проникнуть в его мысли.
— Потому что каждый из них хочет быть "настоящим". Они думают, что смогут доказать это, если уничтожат других. Но правда в том, что "настоящего" здесь не существует. Все они — лишь осколки, фрагменты одного человека, который однажды попал сюда и не смог выбраться.
Я почувствовал, как внутри что-то сжимается. Её слова звучали слишком правдоподобно, чтобы быть выдумкой.
— И что теперь? — наконец спросил я, глядя прямо в её глаза. — Мне тоже предстоит стать частью этой бесконечной игры?
— Ты ещё не успел распасться на множество личностей, поэтому для тебя это будет легче, — она горестно улыбнулась, — для таких как я и Семён, это сделать в разы труднее.
Услышав то, что сказала девушка я напрягся, но при этом почувствовал некое облегчение.
Тут я вспомнил про Юлю, она тоже была загадкой, о которой я мало что знал. Посмотрев на Сову у меня возникла мысль спросить её.
— Есть ещё одна девушка, её зовут Юля, кто она?
Сова сделала удивленный вид.
— Извини, но её я не встречала.
— Она знает об этом месте, и несколько раз упоминала в нашем с ней разговоре, — заметил я.
— Ты забыл что я тебе говорила. Я не одна в своём роде, да и таких домиков как этот есть, скорее всего, в каждом лагере. Да и ктому же она могла быть у другой версии меня.
— Не подумал, — сделал я виноватый вид, больше для вида нежели чем на самом деле, — в любом случае она могла видеть тебя.
— Скажу тебе так, я впервые слышу о Юле, — она задумалась, после чего продолжила, — нет, её я точно не знаю.
— Странно хвостатая говорила, что у неё так же много версий как и у Семёна, — вспомнил я деталь из разговора.
— Тебе скорее всего наврали, как ты говоришь хвостатых я не видела. Хотя я довольно часто бываю в других местах.
— Куда же она могла тогда пропасть, — задался я вопросом, — чёрт.
Быстрым махом я допил чай. Сущность девушки сидящей передо мной мне не было до конца понята, да и честно говоря полностью довериться я ей не мог. Уж слишком всё странно. С её слов она способна возвращать лагерь в первозданный вид, тогда вопрос как она это делает? Но, я поделать ничего не мог.
— Твои копии такие же как и ты? — Задал волнующий меня вопрос.
— Когда ты распадёшься, то думаю ты поймёшь ответ на этот вопрос, — её улыбка становилась шире, — вижу ты всё больше сомневаешься, а зря. Всё что я говорю является долгим моим трудом, к которому я пришла за бесчисленное количество времени.
— Твоя первоначальная личность распалась, тебе уже не выбраться отсюда. Разве это мысль не сводит тебя с ума?
— Не забывай, что это место является не простым. Тут всё возможно, за бесчисленное количество смен я многое смогла понять, но не всё. Наверное только поэтому я ещё не впала в безумие, нежели мои клоны. Я наверное последняя, кто способен держать себя в руках.
Сова словно почувствовала, что я начинаю сомневаться в её словах. Она обвела меня взглядом, в котором смешались хитрость и какая-то странная печаль.
— Ты, наверное, устал, — сказала она мягким голосом, будто старый друг, которому можно доверять, — дорога сюда и сама встреча могли измотать тебя. Может, тебе стоит немного отдохнуть? Здесь безопасно, и никто тебя не побеспокоит.
— Нет, я в порядке, — ответил я, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри начинал чувствовать тревогу.
Но чем больше я старался держать себя в руках, тем сильнее накатывала странная тяжесть. Тёплый чай, мягкий свет от лампы, запах трав — всё это наваливалось на меня, словно невидимое одеяло. Голова стала тяжелее, веки начали предательски опускаться.
— Ты чувствуешь? — Сова улыбнулась. — Тебя клонит в сон, потому что ты слишком долго противился законам этого места. Тебе нужно восстановить силы.
— Это… ты подмешала что-то в чай? — пробормотал я, стараясь сфокусироваться на её лице, но оно начинало размываться.
— Подмешала? Что за грубые слова, — она засмеялась, но в её смехе не было злобы.
— Это не я. Это само место заботится о тебе. Ты же не хочешь развалиться на части прямо здесь, правда?
Её слова звучали как упрёк, но в них было нечто большее — как будто она действительно заботилась обо мне. Или делала вид. Сложно было сказать.
— Ты… ты говоришь загадками, — прошептал я, чувствуя, как голова опускается к столу. — Ты… явно, что-то подмешала…
— И загадки — это всё, что у нас осталось, — услышал я её голос уже словно издалека. — Спи, Юра. Когда проснёшься, ты, возможно, поймёшь немного больше. Или намного меньше. Это зависит от тебя.
Последнее, что я видел, перед тем как полностью провалиться в сон, была её тень, мелькающая в свете лампы. Казалось, что она двигалась, но как-то неестественно, словно и не принадлежала ей.
Сон накрыл меня, забирая с собой все тревоги и сомнения.
Пионер
— Вот стерва!
Причиной моего негодования было осознание, одно очень маленькое и неприятное осознание того факта, что меня отравили. Кака же я это понял? Да очень просто, перед моими глазами предстал его величество Икарус, а точнее его внутреннее убранство.
— Да как она вообще посмела меня убить!
Наврятли я провалялся без сознания до окончания смены, скорее всего в чае был яд. Или что-то на него похожее.