Чтение онлайн

– Вряд ли связаны эти две параллельные реальности. Все-таки любовь и близкий человек – это не бизнес-проект, правда? – привела она не самые весомые доводы. – Ты сам-то веришь, что описанный тобой случай с векторами возможен?

– Да, я думаю возможен. Но очень сложно сделать так, чтобы люди развивались синхронно, шли в ногу, сложно вообще встретить такого человека, который мыслит, как ты, хочет быть с тобой и при этом довольно самостоятелен.

Мы сидели и разговаривали еще час, отмахиваясь от вездесущего московского тополиного пуха. В какой-то момент мне стало искренне жаль ее мужа. Я представил полноватого сгорбленного мужчину, сидящего за компьютером. Он только что приготовил детям ужин, искупал младшего и уложил всех спать. А его супруга сидела у меня на коленях, полная счастья. Мужская солидарность взяла надо мной верх, и я вызвал Юле такси. Самому мне домой совсем не хотелось. Я побрел по бульвару, свернул в узкий переулок к любимому бару, вспомнив по пути стихи Есенина об извилистых улочках, и заказал себе две порции виски Lagavulin.

Всю жизнь, лет с семи, я был фанатом бренда BMW. Первая машина – красное купе третьей серии с люком и черным кожаным салоном. Меня совершенно не смущало, что автомобиль являлся практически моим ровесником и каждая агрессивная быстрая поездка могла закончиться катастрофой. Успехи команды BMW Sauber в чемпионате «Формулы-1», с блистательными Вильневым, Хайдфельдом и Кубицей в составе, провоцировали меня на совершенно безголовую манеру вождения. После любимого алого монстра пенсионного возраста было еще несколько BMW разных моделей. От каждой из них я получал неописуемое удовольствие. Не знаю, что на меня больше повлияло – возрастные изменения вкусов и предпочтений, или же просто Mercedes Benz стал выпускать гораздо более спортивные и технологичные автомобили, но в этот раз я выбрал именно эту марку. Мой синий E-Classe с бежевым салоном каждое утро покорно ждал меня у подъезда страшненького панельного дома. Машина была явно мне не по карману и не по статусу, лизинговые платежи не всегда попадали в график (потому что арендная плата за офис стояла в приоритете и выпадала, как назло, на тот же самый день). Однако отказывать себе в удовольствиях и дорогих игрушках у меня никогда не получалось.

Выйдя из подъезда, я недовольно зажмурился из-за ударившего в глаза солнца. Вчерашний стресс, полученный на выступлении перед толпой зрителей, а также вечерний виски не прибавляли бодрости организму. Дополнительный выходной я разрешал себе нечасто, совесть и воспитание не позволяли полноценно расслабиться. Поэтому каждое утро буднего дня, в любом состоянии, я садился за руль своего «породистого скакуна» и отправлялся в офис или на очередную запланированную встречу. Сделав два поворота руля и разогнавшись лишь до сорока километров в час, мы с моим «мерсом» влились в бескрайнюю пробку на Третьем Транспортном Кольце. Машина была оборудована автопилотом, поэтому обычно я занимал левый ряд, наивно полагая, что компьютеру так легче контролировать ситуацию, и утыкался в смартфон. У меня было около двадцати минут на чтение новостей, разгребание ночной почты и просмотр Facebook.

В этот раз пробка оказалась не такой страшной, как представлялось издалека, и буквально через десять минут машина начала разгоняться. Пришлось с легким негодованием прекратить чтение увлекательной статьи одного из сильнейших экономистов России и взять управление на себя, существенно прибавив скорости. Да-да, человек с инженерным образованием, всю жизнь продающий проекты автоматизации и создающий технологические продукты, не доверял автопилоту целиком и полностью. Телефон завибрировал, я краем глаза увидел сообщение от Юли. Сразу разобрать текст не получилось, взяв смартфон в руки, успел прочитать: «Ты сильно сегодня занят? Я хочу…».

Все описанное дальше длилось не более двух секунд. Оранжевая фишка, которыми обычно пользуются дорожные рабочие для ограждения мест ремонтов, улетела на встречную полосу через отбойник. Ремнем безопасности меня прижало к креслу, а система предупреждения о столкновении начала неистово пищать. Я поднял глаза на дорогу и понял, что остановиться не успею. Справа ехал грузовик, перед ним не проскочить, а прямо на пути стоял каток. Я только лишь дотронулся до педали тормоза и перед ударом увидел на приборной панели цифры семь и два. Оказывается, в такие моменты время и правда растягивается в десятки раз. В эти же две секунды я успел подумать о краш-тестах: «Их проводят на скорости шестьдесят четыре, это конец». И, как итог всему, последняя мысль была особенно длинной: о жене, детях и родителях. Что они теперь будут делать без меня? Я ведь ничего не успел им завещать, рассказать. Неужели я не увижу детей взрослыми?

В следующее мгновение я уже ехал во втором слева ряду и держал в руках телефон с сообщением от Юли. «…Чтобы ты забрал меня с работы как можно раньше. Нам надо поговорить», – дочитал я текст и бросил телефон на пассажирское кресло. Так я двигался по прямой и молчал минут десять. Ни одна мысль не задерживалась, скорее, не оформлялась во что-то конкретное. В голове было пусто, а мое состояние – на удивление спокойным. Наконец я свернул с дороги и остановился около кафе. Заказав привычный большой латте без сахара, сел за столик и продолжил свои попытки уцепиться хоть за одну мысль. Одна из попыток оказалась удачной: «Что, твою мать, это было?!» Самой логичной версией сперва показалось сумасшествие. Я просто слишком много работаю, пью, курю и накрутил в личной жизни черт знает что. Хотя, наверное, даже черт не разобрался бы и, проявив сострадание, прижал к груди, поглаживая меня по голове. Раздался звонок от Юли.

– Эй, ты чего не отвечаешь?

– Да понимаешь, зай, я вроде как умер…

– Ой, ну хватит. Я серьезно, я хочу тебя увидеть. А ты уже три часа молчишь.

– Три часа?! – я резко вздернул вверх левую руку и посмотрел на стрелки сверхточного хронометра. Юля была права, прошло несколько часов с тех пор, как я чуть не попал в аварию…

– Ну да. Что с тобой? Ты напился вчера, наверное? – я почувствовал, как она улыбнулась.

– Выпил, да. Но дело не в этом. Я тебе расскажу при встрече. Наверное. Где ты работаешь? Скинь адрес сообщением. Я скоро буду, пообедаем.

Я почувствовал такой безумный голод, будто я и правда переместился ближе к обеденному времени. За годы тело выработало привычки и около тринадцати часов каждого дня требовало энергетической подпитки. Почему я сказал ей, что умер? На провалы в памяти не похоже. Картинка довольно цельная – от места аварии до кафе не более десяти минут пути. Не мог же я настолько отключиться, что проехал кольцевую дорогу пару раз по кругу и опять оказался в этой точке? Особенно если учесть, что автопилот не был активирован. Точно бы врезался куда-нибудь. «Вернусь туда», – потянула меня обратно та сила, которая тянет любого преступника на место преступления.

Ремонт дороги шел своим чередом. Я остановился на другой стороне и внимательно разглядел каток и рабочих через стекло водительской двери. Никаких признаков событий, занявших сейчас всю мою память, не было. Спустя некоторое время мы встретились с Юлей в ресторане бизнес-центра, в котором она ежедневно страдала от бесцельности собственного труда.

– Привет, – с грустью в глазах произнесла она, но при этом улыбалась как никогда раньше.

– Привет, малыш. Что у тебя случилось?

– Не знаю, не уверена, что теперь хочу об этом говорить.

– Почему «теперь», что изменилось? – шизофренически увязал я события моего утра с ее словами.

– Увидела тебя и поняла, что, наверное, не смогу все это обсуждать.

– Зай, я не люблю закрытых людей, ты же знаешь. Давай вываливай! – я взял ее за руку и начал гладить тонкие нежные пальчики.

– Нет, как-нибудь потом. Ты такой сегодня красивый и сексуальный, давай лучше просто пообедаем. А вечером ты меня заберешь, и тогда, может, я тебе все «вывалю», как ты выражаешься…

– Зато я тебе кое-что сейчас расскажу, – на выдохе произнес я. Мне всегда было сложно держать в себе эмоции. О моих переживаниях иногда узнавали даже те люди, которые не должны были вообще об этом знать никогда.

– Давай. Где же ты пропадал все утро?

Я в красках описал то, что мне причудилось утром. Каждую деталь, каждое ощущение. Воспроизведенная череда событий окончательно развеяла предположения о потере памяти или галлюцинации.

– Может быть, ты супергерой? – спросила Юля на полном серьезе, открыв широко глаза.

– Ты серьезно, да? Надо тогда попробовать сейчас выбежать на дорогу перед машиной и посмотреть, что будет. Ну а что, герои в фильмах всегда так проверяют свои способности…