Чтение онлайн

Дал дёру, выигрывая драгоценные секунды и лихорадочно соображая. Каждый шаг отсчитывал мгновения до неминуемой развязки.

Впереди тупик.

Что мне делать? Мысли метались, словно загнанные крысы. Дыхание сбилось, сердце колотилось в груди, как бешеное.

Рука нырнула в рюкзак, пальцы нащупали прохладные ядрышки. Пятьдесят осколков бездны.

— Зажигательная граната!

Осколки мгновенно покрылись кровью. В этот раз не жалел живительного сока, и смертоносный подарок получился размером с волейбольный мяч. Замахнулся и метнул его прямо в гущу наступающей орды нежити.

Навык «Кровавое мастерство» повышен до 18 уровня.

Навык «Управление кровью» повышен до 15 уровня.

БУ-У-УМ!

Взрывная волна ударила по ушам, которые я прикрыл в последний момент. Хорошо, что успел глубоко вдохнуть и насытить тело кислородом. Отдал мысленный приказ крови сжигать драгоценный элемент в экономном режиме.

Взрыв оказался настолько мощным, что даже с дальнего расстояния в лицо прилетели осколки костей и обрывки ветхих тканей. Минимум полсотни тварей разорвало в клочья, превратив их в крошево. В эпицентре взрыва, в гуще бушующего жара, мерцали десятки светлячков.

Странно, но пламя пожирало мертвецов так, будто они были бумажными фигурками. Огонь с жадностью впивался в ссохшуюся плоть и кости. Поток нежити, не понимая опасности, продолжал ломиться через огненную лужу, нещадно сгорая в её объятиях. Черепа взрывались от жара, кости рассыпались пеплом, но упрямая армия продолжала движение.

Чувствую, что дышать здесь попросту нечем. Дым и гарь заполняют тоннель, вытесняя кислород. Лёгкие горят, глаза слезятся, но времени на слабость нет.

«Получи, фашист, гранату!» — подумал я, извлекая из рюкзака бутылку рома.

Зашвырнул гостинец кровожадным тварям.

ДЗЫНЬ!

Обстановка накалилась до предела. В буквальном смысле. Температура подскочила так, что воздух дрожал, искажая очертания врагов. Кислорода почти не осталось, но что мне делать?

Двинулся вперёд с молотом наперевес. Ноги пружинят, глаза прищурены, каждая мышца в напряжении. Готов.

Сквозь стену пламени вылетела первая тварь — скелет, объятый огнём, но всё ещё стремящийся вперёд с неутолимой жаждой. Удар!

ХРЯСЬ!

Молот обрушился на череп, дробя его в труху.

Твари попёрли нескончаемым потоком. Я кружился, подобно безумной мельнице, превращая врага в раскрошенные останки.

В один роковой момент особо крупная мумия с гнилыми бинтами впилась мне в запястье, прокусив наручи. Боль прошила руку электрическим разрядом. Молот грохнулся на пол, эхо разнеслось по катакомбам. Ярость затопила сознание. Вмазал твари кулаком в челюсть с такой силой, что её голова отделилась от тела и улетела прямиком в огонь, где зашипела, словно кусок мяса на сковороде.

Не теряя ни секунды, схватил обезглавленную мумию за костлявые ноги. Тело оказалось неожиданно лёгким. Принялся колошматить вездесущих врагов этим импровизированным оружием. С каждым ударом чувствовал, как конечности моей «дубины» отрываются, по итогу оставляя в руках лишь большие берцовые кости.

Удары и укусы сыпались со всех сторон. Благо, что враг был малоуровневым. Большинству даже не удавалось пробить барьер бастиона, да и моё высокое телосложение сводило урон к минимуму. Но количество брало своё. Повреждения накапливались, а лёгкие горели от недостатка кислорода. Каждый вдох давался всё тяжелее, как будто дышал через мокрое полотенце.

Я махал останками мумии с диким отчаянием, разламывая скелетов на куски. Их кости разлетались, как осколки хрупкого фарфора. Однако в критический момент они меня попросту задавили массой, накрыв с ног до головы кусачей волной. Я чувствовал их — десятки тварей, впивающихся в моё тело, пытающихся добраться до плоти. Одна особо наглая мумия даже сняла с меня шлем, а потом оттяпала кромку уха!

Из последних сил, когда тьма уже начала застилать глаза, оттолкнулся от земли и развёл руки с яростным рыком, раскидывая тварей во все стороны. Их хрупкие тела разбивались о стены тоннеля с противным хрустом.

Осмотрелся, тяжело дыша. Врагов осталось немного, и все они были по эту сторону огненной преграды. Не теряя ни мгновения, разбежался и сиганул прямо в пламя, чувствуя, как огонь обжигает моё тело. Запах палёных волос ударил в ноздри, загорелись лохмотья штанов, но это была малая цена за свободу.

Покатился вниз по каменному склону, сбивая пламя. Наконец, за пределами жуткой бойни, почувствовал, что могу сделать полноценный вдох.

А-А-АХ!

Прохладный воздух хлынул в лёгкие, словно живительный эликсир. Силы стремительно наполнили измождённое тело.

Рванул вниз по туннелю, к развилке. Лишь на мгновение обернулся назад. Несколько самых живучих мумий медленно ползли в мою сторону, оставляя за собой следы истлевшей плоти. Без колебаний вернулся и раздавил им черепа.

А потом рухнул без сил, прислонившись к холодной стене.

Победа!

Спасибо Эстебану за интересный контент! Лучший тамада Архипелага и никак иначе…

За битву я поднял навык ношения брони аж на четыре пункта и холодное оружие — на единицу. Пожалуй, отдохну минут двадцать и продолжу путь.

Тем же временем, лагерь.

Выжившие грустили возле свежей могилы Фелиции, опустив головы в безмолвном прощании. Холодный ветер трепал одежду, унося слова, сказанные над её последним пристанищем.

Новость о её гибели подломила общий моральный дух в лагере. Лица людей осунулись, плечи опустились, словно на них навалился невидимый груз. Даже пламенные речи Луи Дюваля, обычно вдохновлявшие на борьбу в самые тяжёлые моменты, теперь звучали пустыми обещаниями. Его слова разбивались о стену скорби, не находя отклика в сердцах выживших.

Эстебан стоял возле могилы, и взгляд его был устремлён в пустоту. Он сильно закусывал губу, до крови, но боли не чувствовал. Как и от разбитых кулаков после того, как выместил злобу на Янисе. Внутренняя агония затмевала всё физическое. В голове мексиканца пульсировала одна и та же мысль: это он виноват. Не смог защитить женщину, в которую влюбился, чей смех давал ему силы жить в этом проклятом мире. Теперь её улыбки больше никто не увидит.

А где-то там, в промозглой темноте подземелья, совсем один, оставался его друг. Тот, кто всегда прикрывал его спину, кто верил в него безоговорочно. Теперь и его жизнь висела на волоске из-за вышедших из-под контроля эмоций.