Чтение онлайн

— Ну что опять?! — просипел Ал, приникая к горлышку пузырька и одним махом его опустошая. — Неужели снова? — и потянулся за вторым.

Дышать все еще было тяжело, но недомогание постепенно отступало.

«Не с тем связались!» — зло подумал архимагистр и сосредоточился на ощущениях.

Адептка Арис снова в беде, в этом не было сомнений, и если он не поспешит… Мысленно дотянувшись до маячка, который предусмотрительно поместил в кулончик на ее шее, дроу определил направление. Озеро, лучше не придумаешь! И рядом с ней что-то темное, злое. Чем там вообще Верманд занимается?! Хоть бы успеть…

Альвинора камнем шла на дно, сознание уплывало, и только поблескивающий от вражеских атак щит все еще поддерживал ее связь с действительностью. Темно, глубоко, и с каждым мгновением все холоднее. То ли Аль кто-то проклял на вечные неудачи, то ли ей портят жизнь какие-то невероятные совпадения, но этой самой жизни она сегодня, кажется, все же лишится.

Говорят, перед смертью вся жизнь проходит перед глазами. Тогда почему она сейчас вспоминает не детство, проведенное под заботливой опекой матери, не юность, наполненную множеством интересных книг и заветных знаний, а укоризненный взгляд разноцветных глаз?! Вот они покраснели и засияли, и от этого стало еще страшнее, но в то же время как-то хорошо и спокойно. Если эти глаза рядом, все будет хорошо. Они вселяют надежду и дают силы не опускать руки.

Где-то там, наверху, начался магический бой. Сквозь тьму просачивались вспышки заклинаний, вода фонила выплескивающейся силой. Кажется, ее все же пришли спасать, но увидят ли тут, во тьме? Сейчас кто-то бьется ради нее, а она вот-вот пойдет на корм рыбам. Нет, нужно помочь, сделать все, что возможно, пока сердце еще бьется. Альвинора вспомнила битву в Тиаре и то, как хотела защитить Верманда. Собрав остатки энергии и опустошив кольца-накопители, она попыталась создать самый мощный щит, на который только была способна. Неохотно, вытягивая последние силы, магия отозвалась, и вокруг все завибрировало от созданного щита, который стал разгораться все ярче и ярче, пока не засиял золотом, прогоняя тьму и отшвыривая агрессивных тварей.

Это был предел. Опустошенная и вымотанная, Аль перестала осознавать действительность. Все, что происходило дальше, было похоже на сон. Внезапно ставшая прозрачной вода, чьи-то ласковые, но сильные руки, которые прижали к надежной груди и потянули вверх, к спасению, длинные, подсвеченные магией голубые волосы, похожие на диковинные водоросли, и, кажется, хвост. Больше в памяти ничего не осталось, потому что тело расслабилось и отдалось на волю спасителя, даря разуму заслуженный отдых.

Альвинора кашляла и исторгала из себя воду, которой успела наглотаться. Кто-то придерживал за спину, чтобы ей было удобнее, и, кажется, использовал магию воды, выкачивая из недоутопленницы лишнюю жидкость. С трудом разлепив веки, Аль попыталась разглядеть благодетеля, но увидела лишь водопад голубых волос и кусочек щеки. Дышать было тяжело, в груди будто пылал огонь, горло саднило, но жизни, кажется, больше ничто не угрожало.

Альвинору била крупная дрожь то ли от холода, то ли от слабости: не было сил даже на то, чтобы поднять руку и смахнуть с лица прилипшие пряди. Чьи-то заботливые пальцы осторожно убрали волосы назад, и Аль утонула в глубоких бирюзовых глазах. Эти лицо и улыбка, голубые волосы и ласковый взгляд были знакомы.

— Узнала? — понятливо отозвался спаситель. — Я Сирион, Сирион Данмар.

Она скосила глаза на нижнюю часть его тела и увидела стройные ноги в палтах. Эх, а под водой точно был хвост, ей же не показалось? Да, это тот парень-русал, с которым она познакомилась в купальне, когда по воле Лэндгвэйна забрела в мужскую секцию.

Говорить нестерпимо больно, поэтому Альвинора кивнула и огляделась. Те немногие адепты, которые присутствовали на берегу, имели весьма потрепанный вид, но сильных повреждений, вроде бы, ни у кого не было. Что же тут случилось?

На голову легла ставшая родной ладонь, а над ухом прозвучал усталый голос:

— Живая…

Полулежа в объятиях русала, Аль тем не менее попыталась повернуть голову и посмотреть на Верманда, но он сам поспешил приблизиться. Мокрый, покрытый ссадинами и царапинами, оборотень обеспокоенно заглядывал ей в лицо, разминал пальцы и согревал их своим дыханием.

— Сейчас я тебя высушу, — заботливо сказал он.

— Себя сначала высушите, адепт ван Каттер, а потом посетите лазарет, — прогремело где-то вверху, и вздрогнула не только Альвинора, но и ее спасители.

— Господин архимагистр… — пробормотал Сирион.

— Адепт Данмар, адепт ван Катгер, вам сегодня же выпишут премии за спасение жизни нашей первокурсницы. Хорошая командная работа! И да, отработки я вам прощаю. Приведите себя в порядок и отдыхайте, — распорядился темный декан, — а заботу об адептке Арис я возьму на себя, — и, не дав опомниться, подхватил Аль на руки.

Она знала, что Аркент’тар несколько раз уже носил ее на руках, но тогда Альвинора была без сознания, так что сейчас впервые смогла прочувствовать все прелести такого обращения. О чем там она фантазировала до этого страшного происшествия? О том, как здорово было бы снова прижаться к его твердой груди? Вот и прижалась, получите-распишитесь. Ситуация была странная и смущающая, Аль не знала, куда девать глаза, поэтому старалась смотреть прямо перед собой.

«Может, все же потерять сознание?»

Сильные руки держали крепко и надежно, утаскивая в жерло открытого портала. Мантия темного эльфа намокла, с самой Альвиноры струйками стекала вода, но, кажется, декана это вовсе не заботило.

— М-да, адептка Арис, начало учебного года у вас вышло насыщенным и богатым на события, — дроу говорил спокойно и совсем не сердито. — Рад, что и сегодня все обошлось. Предвосхищу возможный вопрос и скажу, что не буду ругать за поход на озеро ни вас, ни адепта ван Каттера. В конце концов, это я за вами не доглядел и не выдал более строгие инструкции.

«Ничего себе! Он не злится».

— Я поставила щит… — прохрипела Аль.

— Да, я почувствовал, — кивнул декан и высушил Альвинору заклинанием (и себя, разумеется, тоже). — Благодаря этому вас смог отыскать адепт Данмар: вспышка была очень мощной. А теперь молчите и не напрягайте горло.

Аль так и поступила и почему-то совсем не обиделась на категоричный тон. Все же… что бы ни делал или говорил архимагистр, это до сих пор шло ей на благо.

«Надеюсь, так будет и впредь».

Насколько позволяло ее состояние, Альвинора оглядела окружающую обстановку. Они оказались в чьей-то спальне, обставленной довольно просто. Кровать, большое кресло, стол, стул да шкаф; все, кроме кресла, как у адептов. Хозяин комнаты неприхотлив и опрятен: на столе аккуратная стопка бумаг, несколько книг и пара свитков, а не (как бывает у некоторых личностей) беспорядочная гора всякой всячины, которая вот-вот свалится на пол. Наверняка в ящиках стола много всего разного и интересного, но это скрыто от посторонних глаз.