Чтение онлайн

Альвинора вытерла влажные глаза и твердо взглянула на Ала:

— Вы правы, господин архимагистр. Сейчас нельзя останавливаться.

Кажется, девушка окончательно успокоилась и взяла себя в руки.

«Что ж, теперь можно продолжить…»

Ритуал усиления контроля проходил волнительно. Декан обмакивал палец в посверкивающую зеленую жидкость и рисовал на предплечьях и щиколотках Аль какие-то знаки. Приконовения были осторожными, влажными и теплыми. Вот он скользит от локтя к запястью, изображает загогулину, и опять к локтю, и снова вниз…

С ногами все было хуже. Альвиноре пришлось разуться, и ее ступни оказались в плену мужских рук. Сосредоточенное лицо архимагистра, деликатные движения пальцев, ни одного намека на соблазнение или ухаживание, просто часть ритуала, но отчего тогда сердце не слушает доводов разума и трепещет от этих ненавязчивых касаний?

«Аль, все хорошо. Просто к тебе прикасается мужчина. Будь на его месте любой другой (такой же привлекательный и манящий), ты бы чувствовала то же самое», — убеждала она себя, но прекрасно понимала, что занимается самообманом. Отчего-то Аль была уверена, что так, как он, не будет прикасаться никто. Наверное, потому, что именно его чувствовала сейчас настолько остро. Дыхание дроу было будто ее дыханием, и казалось, что его сердце в этот момент бьется в унисон с ее, также часто и взволнованно.

— Я рад, что вы не боитесь, — голос дроу обволакивал, и правда прогоняя тревогу.

— Разве что чуть-чуть. — призналась она. — Неизвестность пугает. Но я вам верю.

— Хорошо, — кивнул темный эльф и потянулся к ее шее. — А теперь поверьте себе, в себя, — он нарисовал символ в районе ямочки между ключиц — и кожа Аль покрылась мурашками. — Вы сможете подчинить стихию, — и начертил еще один символ — на лбу.

— Да, я смогу! — небывалая уверенность, затопившая все ее существо, могла бы быть наколдованной, но не была, потому что в душе ощущалась такая же непреклонность.

Кажется, декан в этот момент ощущал то же самое, и Аль на мгновение задумалась, не были ли ее чувства отражением его чувств. Но даже если так, это ей только на руку. Сейчас они с архимагистром должны синхронизироваться для достижения общего результата.

— Подготовительный этап завершен, — резюмировал темный эльф и принялся читать заклинание, напитывая его магией.

На алтаре серебром зажглись загадочные символы, а затем засветились и те, что Аркент’тар нарисовал на Альвиноре. Они излучали бледно-зеленое сияние, но боли или жжения не было.

— Т-так и должно быть? — взволнованно спросила она, косясь на предплечья, но не решаясь дотронуться до сверкающих знаков.

— Да, это значит, что все идет правильно, — он протянул ей бутылочку с сиреневым зельем. — Выпейте примерно половину, — и продолжил бормотать заклинание.

Рука Аль слегка подрагивала, когда она, приняв пузырек, поднесла его ко рту и сделала несколько глотков. И снова совсем не горько, а даже вкусно. Определенно, такими темпами темный декан станет ее любимым зельеваром, у которого одно удовольствие лечиться или проходить ритуалы.

— Что дальше? — она вернула бутылочку.

Он опустошил пузырек, пригубив в том самом месте, где до этого были уста Аль, и при этом не отрывал от нее взгляда, в котором постепенно начинала светиться магия. Почему-то в этот раз алое сияние его очей совсем не пугало, а даже вызывало тайный восторг.

— Теперь ложитесь и закройте глаза, — распорядился дроу.

Альвинора послушно растянулась на алтаре и смежила веки. Еще ничего не происходило, но сердце вдруг зашлось от волнения. Беспомощно лежать и ничего не видеть, каждое мгновение ожидая любой неожиданности, занятие не из приятных. Голос декана одновременно и успокаивал, и вызывал беспокойство. Кто знает, что Темный станет делать?! А вдруг это больно?

Дальнейшие размышления были прекращены всколыхнувшейся в груди тьмой, которая ожила и стала биться, будто зверь в клетке, почуявший приближение хозяина. Казалось, она рвалась навстречу архимагистру и, не находя выхода, стала метаться по телу, взбудораживая, пробуждая и заставляя проснуться дремлющую в Аль силу.

Магия струилась по жилам сильнее и сильнее, горячей волной омывая все внутри и ища выхода. У Альвиноры перехватило дыхание от той мощи, что сейчас плескалась в ней. Такой мощный отклик был неожиданным и мог бы быть даже приятным, если бы не полная беспомощность при попытках взять его под контроль. Аль начала охватывать паника.

«Я не справлюсь. Сейчас все это вырвется наружу и…»

— Адептка Арис, вы сможете. Обуздайте эту силу, подчините себе. Слушайте мой голос, он проведет, — слова декана доносились будто сквозь толщу воды.

И Альвинора слушала. Каждое слово архимагистра подпитывало уверенность, не давало сбавить бдительность и отпустить контроль. Его убежденность перетекала в нее живительным потоком. И вот стихия стала понемногу слушаться, будто хищник под умелой рукой укротителя. Но, к сожалению, в данный момент укротителем была вовсе не Аль.

— Запомните ощущения, — наставлял дроу. — Сейчас контроль держу я, но скоро отпущу, и вам придется взять управление на себя. Если не сумеете подхватить, может случиться беда. Я стану отпускать постепенно, на счет три. Готовы? Итак, раз… два… три…

В первое мгновение Аль задохнулась от нахлынувшей мощи и едва не потеряла концентрацию, и лишь голос декана служил путеводной нитью, не повзволяя расслабиться. Дроу все еще держал на себе большую часть контроля, поэтому дальше будет еще тяжелее.

Так и вышло. Когда он снова ослабил свою часть контроля, Альвинора с огромным трудом сумела удержать силу и не выплеснуть наружу ни капли. Стоило ей попривыкнуть — и архимагистр полностью отпустил контроль.

«Это конец!» — ужаснулась Аль, когда энергия хлынула сквозь нее мощным потоком, будто выворачивая внутренности наизнанку.

— Адептка Арис, отставить панику! Осталось совсем немного, — резкие интонации дроу помогли не свихнуться и вернуться к действительности, а затем в Альвиноре словно проснулся дополнительный резерв сил, которые постепенно брали под контроль стихию.

Однако энергия не желала так легко сдаваться и вибрировала, вырываясь из рук и грозя разрушить все вокруг. Аль усмиряла ее снова и снова, стиснув зубы и зажмурив глаза. Капельки пота стекали по ее разгоряченному лицу, дыхание было рваным, воздуха не хватало, но приходилось терпеть.

В тот момент, когда магия, наконец, успокоилась и послушно заструилась по каналам, Альвинора находилась на грани потери сознания. Судорожно хватая ртом воздух, она приходила в себя. Ощущения такие, будто разгрузила несколько телег овощей, полдня таскала мешки с мукой, пробежала вокруг академии не менее двадцати раз и при этом не спала неделю.