Чтение онлайн

Председатель смотрел на меня с усмешкой.

– Ты напоминаешь мне одного знакомого.

"Еще один попаданец?"

– Это, которого?

– Вряд ли знаешь, нет уже в живых, тоже трясся над металлоломом. Бывший директор металлургического.

– Ну поймите, это же ценные автомобили! Их можно восстановить, музейные экспонаты!

– Кто их будет восстанавливать, ребенок! Откуда деньги? А рабочие? Запчасти? Какой музей... и так пашем как проклятые.

– Это все решаемо. Пожалуйста, не отдавайте в переплавку, я придумаю что-нибудь. А это все что осталось? Запчасти, пусть старые, негодные есть? Колес не хватает. Во на тех машинах ни кабин, ни кузова. Млять!
– я все-таки не выдержал и ругнулся, среди неопознанного хлама стояли остатки полугусеничного грузовика.
– Блитц!

– Какой блиц? В шахматы играешь?

– Нет, причем тут шахматы, это же "Опель", "Блитц". Немецкая машина. Ладно, я понимаю еще полуторки, ну "Судебекеры" могли у вас быть, хотя тоже редкость. Их же в основном возвращали американцам. Но немецкие трофеи как здесь?

– Да все оттуда же. В колхоз все попало, когда нас укрупнили и МТС передали нам. К ним, наверняка после войны подогнали. Машинка хорошая, по нашим дорогам самое то. Еще несколько лет назад живой была. Правда, постоянно ломалась.

– Кабину с кузовом, зачем разобрали, эх... теперь столько возится...

– Ну ты даешь. Ладно, организую тебе просмотр настоящего "богатства" ... Жалко он не дожил, до встречи с тобой, вы бы нашли общий язык.

Я тогда не сильно понимал, о чем он говорит и пропускал слова мимо ушей. И так ни до какого Уазика не добрался, все не мог оторваться от техники. Это же надо, три полуторки, две кинокамеры импортные, тьфу ты два "Студебеккера" импортных! Остатки "Блитца", еще остатки трех машин, одна точно немецкая, вторая на ЗИС-6 похожа, три оси. Но это уже для большого энтузиаста, хотя если получится, заберу все. Вот только куда???

У одного "студера" движок свой, второй сильнее курочили. Сейчас там что-то газоновское, причем тоже списанное и просто занимает место под капотом. Хотя в этом и рама получше, и колеса свои, ну почти свои. Видимо, ходил дольше и следили лучше.

Посмеиваясь, меня выгнали с машинного двора через пару часов. Назавтра, после школы пообещали показать еще кое-что.

*******

Выйдя с последнего урока, заметил знакомый автомобиль председателя. Возле него стояло трое. Один - это владелец машины, второй - директор нашей школы, Артемий Павлович Фисенко, третьего не знал, хотя лицо казалось смутно знакомым.

– Андрей!
– меня окликнул директор школы.

– Да, Артемий Павлович.

Чуть не ляпнул "падлович". Кто пустил по школе такую шутку относительно его отчества не помнит никто, но прицепилась. Сам по себе он неплохой мужик. Вспоминаю, что в будущем, останется честным, принципиальным, верным идеалам коммунизма и знакомые будут о нем отзываться уважительно. Несколько раз будет избираться в городской совет от КПРФ, вот только прихватизация шла и будет идти своими путями, не остановит никто. Сейчас же он проводит в наши головы политику партии, включая все глупости, которые изрекают умы руководителей страны. Например, "всем классом после окончания школы пойти на завод" причем на один завод. Через года три у него выгорит. Выпускной класс дружно после школы пойдет на станкостроительный. Попортит этим жизнь и ребятам, которые даже не пытались поступить в ВУЗы, да и на заводе это вызовет шок. Объявление "требуется" по городу висят, но ведь на заводе ждут квалифицированные кадры. Тридцать человек с нулевым опытом и отсутствием профессии пристроить очень тяжело. А пришлось, дабы не идти против начинания партии и правительства. История эта "падловича" не научила ничему, он будет продолжать агитацию и на следующие года, приводя тот класс в качестве примера. Будут и другие подобные заскоки.

Я же неосторожно пустил другую шутку. На пионерской линейке ляпнул среди своих стишок:

Сегодня праздник у ребят

Ликует пионерия

Сегодня в гости к ним пришел

Лаврентий Палыч Берия.

В это время оказалось школьники хорошо знают кто такой Берия. Это тот, кто расстрелял всех репрессированных, начиная с семнадцатого, если не раньше. Но вот его имени-отчества никто из детворы не знал. Народ быстро заменил Лаврентия на Артемия и стишок разошелся по школе. Многие потом стали уверенно утверждать, что Берию так и звали - Артемий Павлович.

Но вернемся к реалиям. Третьего мне представили, Чеботарев Иван Германович, директор второго металлургического. Расту! Какие люди со мной знакомятся! Того и гляди скоро Брежнев приедет. Ладно, шутки в сторону. Меня пригласили с ними проехать, посмотреть на что-то интересное. Директор школы, остался, улыбаясь смотрел вслед, пока мы не уехали.

Из разговоров двух руководителей-приятелей, во время дороги, я понял, что Синенко ждет большего удивления не от меня, а от его друга-коллеги. Мол, ты узнаешь в этом мальчишке кого-то очень знакомого. Мне тоже обещали интересную экскурсию.

Место, в которое мы приехали, я не знал и не помнил ни по этой жизни ни по будущей. Буквально рядом с городом, но относится к колхозу. Вспоминая географию нашего района, пришел к выводу, что колхоз, действительно, укрупнен. Местность вокруг городка покрыта лесами. Среди них, проплешинами, попадаются деревеньки или отдельные поля, как наши огороды. Раньше все эти деревни были небольшими отдельными колхозиками. Чуть более десяти лет назад их объединили. Отдельным поселком жила и машинно-тракторная станция. Теперь это тоже часть колхоза. И вот эти два склада, тоже стоят отдельно. Напоминают остатки военной части. При Хрущеве не только укрупняли колхозы. Еще и армию сокращали. Возможно здесь ранее базировалась какая-то часть. Кроме складов-ангаров длинный одноэтажный дом. Казарм не видно. Территорию охраняет один сторож. Он же и открыл ворота первого бокса склада. Далее я видимо выпал из реальности, поскольку плохо помню, как мы вошли, как уходили и что там друг другу говорили "генералы". Ну да, хоть и не тянут предприятия не то что на дивизию, даже на полк, но народ называет между собой их генералами.

– Это же крокодила!

– Какая крокодила?

На меня смотрят удивленно сразу два начальника. Колхоза и металлургического.

– Ну "Бюсинг!" автобус немецкий!

Этот длинномер стоит поперек склада от стенки до стенки. Но здесь столько раритетов! И разбитые малые танки, блин, даже остатки пятого "марка"! Нет ни боковых башен, внутри пустой, но гусеницы и катки на месте. Чего здесь только нет!

Я этот момент не очень хорошо запомнил, но сторож потом рассказал, что эти два здоровых мужика меня оттаскивали за руки от складов, а я упирался, сильно ругаясь.

По дороге домой мне поведали историю склада. О воинской части никто не помнит. Сами ангары похожи на танковые боксы. Но танковой части в последние лет пятнадцать-двадцать здесь точно не было.

Бывший директор, ныне покойный Сурмалян Георгий Георгиевич, оказалось, лично принимал все составы с металлоломом. И распоряжался, что в печь, а что на склад. С начальником МТС они были хорошими знакомыми, вот и договорился о том, что склады арендует металлургический. Официально это склад-запас металлолома, и сколько ни было проверок, по документам все проходило нормально. Но реально это была коллекция. Советская и импортная техника, отслужившая свой срок, военная, списанная или разбитая еще в войну. Какие-то запчасти к ней, тоже из металлолома. Что-то стояло отдельно, но многое свалено в кучу, в надежде на более позднюю сортировку.

Нынешний директор принял завод около года назад, до этого работал более пяти лет главным инженером. По его словам Сурмалян в металлургии разбирался слабо. После войны, отставной сержант попал на завод начальником склада. Затем рос по партийной и хозяйственной линии. Заочно окончил Леснянский политех. Дорос до директора завода. Умел управлять. Подбирал толковых замов и специалистов, завод работал при нем хорошо, много делал для города.

Два металлургических завода, ведут историю чуть ли не с восемнадцатого века. Но месторождений здесь нет, сейчас все привозное. Вот и стал восстановленный еще во время войны завод переплавлять металлолом, которого после войны хватало. Поговаривали, что Георгий Георгиевич начал собирательство еще в своей первой должности, уговорил руководство завода оставлять интересные экспонаты для выставки. Позже, когда сам стал руководством, смог делать все проще и лучше. В те времена и перехватил ангары бывшей воинской части в аренду.