Беспосадочный полёт
Шрифт:
– Перестань кривляться!– крикнул он.– Где священник. Я видел, как он вбежал сюда...
Он повернулся, держа парализатор наготове, и в этот момент Комплейн схватил деревянный столик Гвенны и, размахнувшись изо всей силы, ударил им в основание черепа Циллака. Раздался милый для слуха треск дерева и костей, и Циллак рухнул на пол. Он еще не успел упасть, как Маррапер оказался на ногах. Он натужился и, оскалив зубы от напряжения, обрушил тяжелые нары на лежащего.– Он нам попался, слава Господи!– выдохнул он.
Со скоростью, достойной удивления у столь полного мужчины, он подхватил парализатор и повернулся к двери.
– Открывай, Рой! Там наверняка ждут другие, а это единственная возможность сохранить свою глотку в целости.
– 27
В эту минуту дверь открылась без участия Комплейна, и на пороге возник художник Меллер. Лицо его было белым как мел. Он засовывал нож в ножны.
– Вот моя жертва тебе, священник, - сказал он.– Лучше будет, если ты примешь ее сейчас, не ожидая, пока кто-нибудь появится.
Он схватил неподвижно лежащего в коридоре стражника за шиворот, с помощью Комплейна втащил его в комнату и закрыл дверь.
– Не знаю, в чем тут дело, монах, но когда этот парень заслышал возню, то побежал за приятелями, - сказал Меллер, вытирая пот со лба. Мне показалось, что лучше успокоить его до того, как он накличет гостей.
– И да отправится он в Долгое Путешествие в мире, - слабым голосом произнес Маррапер.– Это была чистая работа, Меллер. Следует признать, что для любителей мы справились неплохо.
– Я прилично владею ножом, - сообщил Меллер, - и предпочитаю его метать, так как не выношу рукопашной. Мне можно сесть?
Комплейн, все еще ошеломленный, опустился между двух тел, прислушиваясь к биению сердца. Привычного, существовавшего до сих пор Комплейна заменил мужчина, действующий как автомат, с быстрыми движениями и реакцией. Тот самый, который во время охоты брал инициативу на себя. Теперь рука его искала следы жизни в Циллаке и сраженном стражнике. Но ни у одного из них не мог отыскать пульс. В небольших племенах смерть была таким же обычным явлением, как мухи.
"Смерть - самый древний спутник человека", - говорится в народном эпосе. Наука тоже посвящала этому затянувшемуся спектаклю немало места. Должны были существовать определенные каноны поведения при соприкосновении со смертью. Она вызывала страх, а ведь страх не должен сопутствовать человеку. Убедившись в смерти, Ком-плейн автоматически выполнил стереотипный жест отчаяния, как его учили.
Увидев его, Меллер и Маррапер присоединились к нему. Священник негромко всхлипнул, когда церемония подошла к концу, и все ритуальные заклинания для Долгого Путешествия тоже подошли к концу, они вернулись, если можно так выразиться, в свое нормальное состояние.
Теперь они сидели рядом с трупами, напуганные, присматривающиеся друг к другу, и одновременно каким-то образом страшно довольные собой. Снаружи стояла тишина, и только всеобщей обессиленности, наступившей после веселья, они обязаны тем, что не появилось ни одного любопытствующего, который немедленно выдал бы их. Постепенно к Комплейну вернулась способность размышлять.
– А что со стражником, который выдал твои планы Циллаку?– спросил он.– Вскоре у нас будут из-за него неприятности, Маррапер, если мы не поспешим отсюда убраться.
– Он уже не повредит нам, даже если мы останемся здесь насовсем, сказал духовник.– Разве что он будет портить нам настроение.
– Похоже на то, что планы мои не были переданы дальше, и по этой причине у нас есть, к счастью, немного времени, прежде чем начнутся поиски Циллака, - добавил Меллер, показав на человека, которого приволок.– Подозреваю, что у него была какая-то своя цель, иначе он появился бы с экскортом. Тем лучше для нас, Рой. Нам придется отправиться сразу же. Теперь Кабины для нас не самое здоровое место.
Он быстро поднялся, но не смог справиться с дрожью в ногах и снова сел. Минуту спустя он снова попытался встать, но на этот раз очень неторопливо.
– Для человека такого хилого сложения я неплохо распорядился этим ножом, верно?– сказал он.
– 28
Он был несколько озабочен.
– Ты еще не пояснил мне, почему за тобой гнались, священник, напомнил Меллер.
– Тем более я ценю твою быструю помощь, - вежливо заметил Маррапер, направляясь к двери.
Меллер рукой загородил выход.
– Я хочу знать, во что вы меня втянули, - заявил он.
Маррапер выпрямился, но так как продолжал молчать, Комплейн нервно спросил:
– А почему ему не пойти с нами?
– Ах, ну да, - медленно произнес художник.– Вы покидаете Кабины? Ну что ж, всяческого счастья вам, друзья. Надеюсь, вы найдете то, что ищете. Я предпочитаю остаться в безопасности и продолжать рисовать свои картины, но искренне благодарю за приглашение.
– Если позабыть тот крохотный факт, что приглашения не было, я с тобой полностью согласен, - сказал Маррапер.– Правда, друг мой, ты только что показал, на что способен, и мне нужны люди действия, причем несколько человек, а не целая армия.
Меллер отодвинулся, и Маррапер, положив руку на ручку двери, несколько подобрел.
– Наша жизнь и без того слишком коротка, но на этот раз мы, кажется, обязаны ею тебе, приятель. Возвращайся к своим краскам, маляр, и никому ни слова.
Он быстро зашагал по коридору, и Комплейн последовал за ним. Племя было погружено в сон. Они миновали запоздалый патруль, спешивший к одной из задних баррикад, и двух юнцов с девицами, наряженных в разноцветные лохмотья, пытающихся воскресить прошедшее веселье. За этим исключением, Кабины, казалось, обезлюдели.
Маррапер резко свернул в боковой коридор и направился к своему жилищу. Он огляделся, извлек магнитный ключ и распахнул дверь, первым впихнув во внутрь Комплейна. Это было обширное помещение, загроможденное вещами, скапливающимися здесь на протяжении всей его жизни, тысячами выпрошенных и полученных в виде взятки, предметов, которые, когда вымерли Гиганты, оказались бесхозными. Они были интересны лишь как талисманы, как следы цивилизации, более богатой и развитой, чем их собственная. Комплейн растерянно озирался вокруг, разглядывая собранные вещи и как бы не узнавая их: фотоаппараты, электрические вентиляторы, раскладушки, книги, выключатели, конденсаторы, ночники, птичьи клетки, вазы, связки ключей и две картины, писаные маслом, бумажная трубка с надписью "Карта Луны", игрушечный телефон и, наконец, корзинка, полная бутылок с надписью "Шампанское". Все это были вещи не всегда добытые честным путем и ничего не стоящие, годные разве что для удовлетворения любопытства.