Чтение онлайн

Я была в безопасности, пока сидела тут и просто наслаждалась теплом его ладони.

— Думаю, остальным не так весело, — бодро сказал Финн, но я слышала нотку тревоги. Он сказал честно, хоть и не тем тоном, что хотел.

— Наверное, они сидят в одном из тех зданий и смотрят на дождь, — сказала я. — И думают, где мы.

— Мы никак не можем послать им весть?

— В такую бурю, не зная, где они? Вряд ли, — я не ощущала, как близко здания были к нам, и магия в этом ветре рассеяла бы все попытки послать чары поиска.

— Точно, — он отпустил мою ладонь и вытянул руки перед собой. — Как думаешь, экзаменаторы дали нам отдохнуть тут или обманывают фальшивой безопасностью?

Это было бы в их стиле: дать нам отдохнуть, а потом ударить, когда мы расслабился.

— Не знаю. Пока они бросали в нас только нашими чарами, и мы все одолели, кроме Марка, если только они не последовали за ним, как он и ожидал. Но я не надеюсь, что так все останется.

— Может, они пытаются убить нас холодом, — сказал он, притянув колени ближе.

Его одежда тоже промокла.

— Я могу окружить нас щитом для тепла и защиты, — сказала я. — А потом… можно немного отдохнуть, пока есть шанс. Кто знает, когда такой шанс выпадет еще раз.

Он кивнул, и я создала барьер магии вокруг нас, зашептал жар, защитная поверхность отразит атаки. Я сделала тусклым свет, что призвала.

Финн лег на полу, устроил голову на ладони. Я легла на спину, но даже с чарами онемения раны болели на твердом полу.

Я легла на бок, лицом к нему, и закрыла глаза. Нервы гудели. Как долго мы будем тут сидеть, пока не утихнет буря?

— Укротительница дракона? — сказал Финн через пару минут.

— Да? — ответила я.

Он молчал так долго, что я решила, что он передумал говорить. А потом он сказал тихо, осторожно и серьезнее, чем когда-либо:

— Я был бы в ужасе, не будь тебя тут со мной.

Мои глаза раскрылись. Его черты были нечеткими в приглушенном свете, но он был довольно близко, чтобы я видела его взгляд. Его внимание и комплимент вызвали дрожь в моем теле. Но при этом я отметила, как он унижал себя в этой фразе. Он не знал, что помогал мне так же, как я ему?

— Мы стали неплохой командой, — сказала я.

— Там, где меня не сбивает магией или ветром, и тебе не приходится меня спасать?

— Да, — я не смогла прогнать сухость из голоса. — Как-то так.

Он молчал, но я не могла закрыть глаза, пока он смотрел на меня. Тишина затянулась. А потом Финн склонился ко мне, словно тянулся к щеке.

Мое сердце дрогнуло, и я увидела его в сиянии библиотеки, где он так хорошо сочетался, а я — нет. Мое тело напряглось, я отпрянула от его пальцев.

Финн убрал руку и повернулся к потолку. Его губы смущенно двигались. Он покраснел, и это было видно даже в тусклом свете.

Моя кожа пылала. Я сглотнула.

— Прости, — сказал Финн. — Не вовремя, — его тон стал насмешкой над собой, как он делал часто. — Хотя такое не получилось бы и в других обстоятельствах. Я понимаю, у меня острые уши, а про колени лучше не говорить. И вкуса в одежде нет… А еще я лепечу, когда смущаюсь.

Я невольно улыбнулась.

— Финн, я…

Я хотела, чтобы он это сделал. Большая часть меня ругалась, ведь я могла узнать, как он целуется. Но…

«Если бы мы встретились в библиотеке, а не тут, оторванные от всего, что важно, — хотела я сказать ему, — ты бы хоть на миг посмотрел на меня так? Ты серьезен в этом, или это просто импульс, что пропадет, как только мы вернемся в реальность с твоими родителями, дедом и остальными? Потому что я так не могу. Я уже слишком сильно переживаю, и будет больно, когда ты очнешься».

Я не знала, как это сказать. Не знала, говорил ли он правду, а не то, во что верил насчет себя. Как я могла доверять мечтам, когда они сбывались в таком кошмаре?

Но я не хотела, чтобы он думал обо мне то, что было неправдой.

— Ты не лепечешь, — сказала я. — Я не злюсь. Это не… Ты не ошибся, — я не знала, понял ли он, но другие способы выразить это прозвучали бы как приглашение.

Он повернул голову.

— Но я был неправ, — робко сказал он. — Ты же отодвинулась.

Я не могла этого отрицать.

— Да.

— Тогда… я в смятении.

Эмоции сдавили грудь. Было сложно просто прошептать:

— Как и я.

Финн расслабился, лег на бок, держась на расстоянии.

— Тогда мы хоть в смятении вместе. Если не против компании.

Во мне вспыхнула радостная искра, и я не смогла ее потушить.

— Не против, — сказала я. А потом решила, что нужно предложить кое-что больше, и придвинулась к нему. Так близко, что, склонив голову, задела лбом его грудь.

Я снова закрыла глаза. Дыхание Финна щекотало. Так было теплее.

Он робко коснулся моей талии и, когда я не отодвинулась, оставил ладонь там, склонил голову так, что подбородок оказался возле моих волос. Его грудь вздымалась и опадала. Он не просил большего, просто разделял со мной момент. И в этот миг, несмотря на ужасы, ждущие сверху или тут, я ощущала себя безопасно, чего не было с решения сдавать Экзамен.

Я, наверное, уснула, потому что помнила только это ощущение, пока не проснулась от своих чар тревоги.

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Финн

Если бы я мечтал проснуться рядом с девушкой, которая мне нравилась, то точно не хотел бы, чтобы тело болело от холодного бетонного пола, или чтобы сверху нас ждала комната ужасов. Я бы, конечно, пропустил волшебную тревогу.

Мое сердце дрогнуло. Рочио уже отодвигалась от меня, и без нее показалось так, будто она забрала мою ножу.

— Буря кончилась, — сказала она.

Я поднялся следом. Тонкая футболка, которую я выбрал из-за летней жары, теперь смялась из-за того, что была мокрой, и из-за сна на полу. Я пригладил волосы пальцами, ощутил волнение из-за своего вида. Волосы и одежда Рочио тоже были смятыми, но это не уменьшало ее очарования.

Она протянула руку с улыбкой, которую я не понимал. Простой жест согрел меня.

Я знал ее два дня. Эта искра могла еще угаснуть, но это не казалось искрой. Казалось, во мне появилось бриллиантовое сияние.