Чтение онлайн

После изнурительной тренировки в спортзале, моей попытки охладиться после разговора с Леорой, я возвращаюсь домой.

Из моей квартиры в пентхаусе открывается захватывающий вид на пляж и город.

Я беру на кухне бутылку холодной воды и делаю долгий глоток, наслаждаясь освежающим вкусом.

Когда я смотрю на окна от пола до потолка, которые простираются отсюда до гостиной, меня охватывает чувство покоя.

Я делаю еще один долгий глоток, чувствуя, как прохладная жидкость успокаивает пересохшее горло, и направляюсь в свою спальню.

Приглушенные серо-голубые тона создают успокаивающую атмосферу, а кровать королевских размеров занимает главное место в комнате, приглашая меня отдохнуть.

Но настоящей жемчужиной моей спальни является балкон с видом на океан.

Выйдя на улицу, я чувствую, как легкий ветерок ласкает мою кожу, донося соленый аромат океана.

Шум волн, бьющихся о берег, это симфония для моих ушей, и все мои заботы и стрессы улетучиваются.

Это моя любимая часть квартиры — святилище внутри святилища.

Понравится ли это Леоре?

Мои собственные мысли удивляют меня. Я никогда не был тем, кто так сильно переживает из-за чьего-то мнения.

Леора сама по себе буря — вихрь мнений и сила, которую, кажется, не остановить.

Она бросает мне вызов, задает вопросы, и почему-то это тревожно привлекает.

Каждая колкость, каждый остроумный ответ служат какой-то цели.

Но я достаточно повидал на своем веку, чтобы понять, что если впустить кого-то в свою жизнь и позволить ему узнать тебя получше, то это часто приводит к боли.

И я получил свою долю такой боли, поэтому я не буду впускать ее.

И все же меня гложут мысли.

Будет ли ей комфортно? Будет ли она чувствовать себя как дома? Потеплеет ли она ко мне?

Не то чтобы я заботился о ее одобрении — нет.

Договор таков, каков он есть, и мы оба это знаем.

Мы связаны контрактом, который не имеет ничего общего с эмоциями.

Но ее комфорт, как ни странно, имеет для меня значение, в чем я не готов признаться.

Я всю жизнь совершенствовался в искусстве отстраненности, держа всех на расстоянии; всех, кроме дяди и Лиама.

Так я выжил и сохранил контроль над собой.

А вот Леора — это как щель в моей броне, трещина, которая пропускает свет.

И это одновременно приводит меня в ярость и интригует.

Я встряхиваю головой, отгоняя мысли, когда встаю.

Эта квартира — еще один кусочек в сложной головоломке, которую представляет собой наша договоренность.

Я направляюсь в ванную комнату и захожу в душ со стеклянными стенками.

Когда я наконец ступаю под горячую воду, я издаю стон облегчения, смывая с себя напряжение.

Я намыливаю тело, наслаждаясь тем, как аромат наполняет комнату.

Не успеваю я расслабиться, как в голове всплывает Леора, и все, что я вижу, — это ее задница в джинсах.

Мое тело немедленно реагирует, и я отгоняю желание прикоснуться к себе, думая о ней.

Вместо этого я поворачиваю рычаг на холод и стою под ледяной водой, проклиная ее.

Шок выбивает меня из колеи.

Почему я не могу выбросить ее из головы?

Это нелепо. Я всегда гордился тем, что держу себя в руках, что умею разделять эмоции и физические желания.

Но с тех пор, как в моей жизни появилась Леора, как будто переключился выключатель.

Я не могу избавиться от того, как мое тело реагирует на ее присутствие — едва заметное учащение сердцебиения и отвлекающее подергивание члена.

Мои мысли блуждают, когда я должен быть сосредоточен на более важных делах, притягиваемые магнитом ее присутствия.

Она раздражает меня на каждой остановке, я не должен думать о ней таким образом, черт возьми.

Я делаю глубокий вдох, заставляя себя сосредоточиться на холодной воде, бьющей на меня.

Это резкий контраст с жаром, который нарастал во мне, — напоминание о том, что мне нужно вернуть контроль.

Эта ситуация, этот расклад, все и так непросто без лишних осложнений.

Леора может бросить мне не один вызов, но я не могу позволить ей так влиять на меня.

Я выключаю воду и выхожу из душа, прихватив полотенце, чтобы вытереться.

Пока я стою там, я даю себе безмолвное обещание: Я не позволю мыслям о Леоре отвлечь меня.

Я буду продолжать действовать, сохранять дистанцию и следить за тем, чтобы это соглашение оставалось сугубо деловым.

Потому что, запутавшись в эмоциях и желаниях, я только еще больше усложню ситуацию, а это последнее, что мне нужно.

После душа я одеваюсь в темно-синий костюм от Armani и простую белую рубашку на пуговицах.

Я смотрю на свое отражение в зеркале: мои вьющиеся волосы, как обычно, выглядят непослушными, но я не пытаюсь их укротить.

По мнению некоторых, это часть моего обаяния.

Моя мама была одной из них: она всегда позволяла мне распускать волосы, настаивая на том, что это демонстрирует мой дикий дух.

Я надеваю коричневые кожаные туфли и направляюсь в гостиную, захватив по пути ключи и телефон.

Выходя из лифта на парковку, я направляюсь к своей машине — элегантному черному Mersedes-Benz и открываю ее нажатием кнопки.

На зеркале заднего вида висят четки моей матери, белые и золотые, и я прикасаюсь к ним, как всегда, перед тем, как завести машину.

Мотор взревел, и я поехал по оживленным улицам, чтобы забрать свою новую невесту.

Подъехав к отелю, я вижу, что Леора ждет снаружи.

Давай покончим с этим вечером.

Я выхожу из машины и иду к ней, ощущая прилив гордости и собственничества при виде ее внешности: черное платье обтягивает ее изгибы во всех нужных местах, а вид ее подтянутых ног привлекает мое внимание больше, чем я хотел бы признать.

Ее каштановые волосы волнами рассыпаются по плечам, а в зеленых глазах блестит решимость, напоминающая о том, что ее нельзя недооценивать.