Чтение онлайн

Подобен чистоте горных родников».

Чаровница небесная!

Луна, что тропами извилистыми ведет людей сквозь мглу,

Потребует за помощь ребенка твоего.

А ты, глупышка, за пустоту сердечную

Поплатишься душой.

И принцесса в тот же миг,

Ведомая ядом одиночества,

Дала нечестивый обет.

Обрекая себя на погибель

В безжалостной тоске

Меж глухих зеркальных стен.

Чаровница небесная!

Луна, что тропами извилистыми ведет людей сквозь мглу,

Потребует за помощь ребенка твоего.

А ты, глупышка, за пустоту сердечную

Поплатишься душой.

Вдали заплакал ребенок.

Повинуясь инстинкту, я подскочила со стула и бросилась к приветливо распахнутым дверям. Повсюду загорались лампы, громко тикали настенные часы. Позади остались семья Макса, он сам, душа зазеркалья и Егор, а передо мной возникла чудесная детская.

Комната оказалась небольшой. На стенах виднелись шелковые обои, талантливый мастер изрисовал потолок сюжетами из известных русских народных сказок. В одном углу печь катала Ваньку-дурака, а в другом засела царевна-лягушка в ожидании брачной стрелы.

Каждая деталь была продумана до мелочей: никаких тупых или колющих предметов, об которые ребенок мог бы пораниться.

Посреди всего великолепия — кроватка с балдахином. Сквозняк, проникавший в комнату через открытое окно, играл с легкой тканью и нервировал хныкающего младенца. Блестящим серым взглядом он следил за движением подвешенных погремушек, тянул к ним крохотные пальчики и громко плакал.

— Ты чего, малыш? — прошептала я и потянулась к нему.

Мысли не возникло, что он — плод моего воображения. Точнее, на задворках сознания промелькнуло понимание, но я от него сразу отмахнулась и принялась качать надрывающегося малыша.

— Где твоя мама, милый?

Я осторожно поправила манжеты комбинезона, отметив, что ребенку не больше трех месяцев. Похоже, его мать вышла ненадолго. Ведь нельзя оставлять такого кроху одного без внимания взрослого.

Но время шло, а родители мальчика не появлялись. Я качала и качала его, пока он не улыбнулся. Нежно, тепло, словно ждал именно меня. Он радовался, звонко смеялся. Как умели только дети.

В стране

Тысячелетних льдов,

Высоких гор

И долин чернозема,

Где леса зелены,

И хрусталем звенят

Голубые воды,

Живет великий и славный народ

Из тысяч племен.

Ночами их покой и сон

Хранить двуглавый орел с Востока,

Блеск златого знамени

И белая, как первый снег, река

Отражает чистый дух,

Что без слабодушия

За земли русские стоит.

От бескрайних морей до грозных топей

Строят люди города и села

Под знаменем Творца

Помня, что для каждого из них

Бог всегда милосерден и един.

Малыш смежил веки, причмокнул и затих под мое пение. Юный цесаревич, наконец, погрузился в сон. И с давящей тяжестью на сердце я опустила его в колыбель и сделала два шага назад.

На сей раз прикосновение души зазеркалья не вызывало страх, а мерное дыхание не холодило кожу.

Я не боялась ее.

Теперь мне понятно, чего она добивалась.

— Неужели не останешься с ним? — прошептала душа зазеркалья на ухо, и мои губы тронула печальная улыбка.

— Зачем? Этот ребенок никогда не родится и не станет взрослым. Его нет. Он существует только в моих фантазиях, — все так же тихо, чтобы не разбудить малыша, ответила я.

— Какая разница? Твоя мечта исполнится, Ольга. Просто кивни и останься здесь. С нами. Не будет сожалений и щемящей материнской тоски. Я подарю тебе счастье. Разве так уж важно, что это иллюзия?

Я повернулась к душе зазеркалья и посмотрела в то, что являлось ее лицом. Кусок кожи без признаков рта, носа и глаз.

Это часть наказания принцессы из колыбельной? Или она полностью слилась с миром зеркал за прошедшие годы?

Не знаю. Но выглядела она жутко и печально. От нее не осталось ничего, кроме одиночества и обрывочных воспоминаний.

— Ты ищешь тех, кто устал, и приглашаешь их в свою обитель. Прячешь, даришь воображаемое счастье. А потом теряешь, потому что люди не живут по несколько тысяч лет. В отличие от тебя

Душа зазеркалье склонила голову и молча подтвердила догадку. Она позволила мне выйти из детской комнаты. Я двинулась дальше. Несмотря на острое желание развернуться и броситься к колыбели. Немного посидеть с ребенком, покачать его, спеть, поговорить о будущем, которое никогда не наступит.

Сын — несбыточная мечта. Игра воображения, красивая ложь зазеркалья. Сказка, в которой хотелось остаться.

Рядом с мальчиком, рожденным от любимого мужчины.

Только в колыбели спал не мой ребенок. И мужчина, который однажды станет его отцом, тоже не мой.

Наши желания не всегда совпадали с реальностью, а я не приверженка самообмана.

— У вас удивительная сила воли, ваше сиятельство. Мало кто из приглашенных отказывает зазеркалью.

Погода стояла пасмурная. В любой момент небо грозило пролить на наши головы ледяные капли.

Прислушавшись к вою ветра в кронах кедров, лиственниц и елей, я спустилась к поросшей кустарниками дорожке. Пальцы коснулись оголенных ветвей багульника, взгляд наткнулся на подсохший между камней чабрец.