Чтение онлайн

Еще раз окинув внимательным взглядом пустынную улицу и не заметив никаких признаков жизни, я нажал на камень.?

Так уж совпало: я материализовался прямо перед Копадрюком. Всего в полуметре. Он сидел, притулившись к ограде особняка, так и я ведь перемещался из положения присядки. Сунул шмотки между штакетинами, зыркнул по сторонам, и вперед, в Юпалтыну.

Так что, грабитель на пару секунд потерял дар речи. Я и сам бы, и любой другой, окажись на его месте, перепугался бы.

— Коп, все в порядке, это я.

— Вижу, что ты, — надо отдать должное, приятель быстро пришел в себя, — но, в следующий раз появляйся где-нибудь в сторонке. Потому что обыкновенный слуга лучше, чем заикающийся.

— Я не нарочно. Одежду давай.

В этот раз Копадрюк был трезв. Почти. Но, по сравнению с прошлой встречей, как стеклышко.

В таверну добрались без приключений. Я всю дорогу прикидывал, в каком месте Денисовки окажусь, если перемещусь. Совсем не собирался. Просто тренировал уж не знаю, что именно. Зрительную память, глазомер, чувство расстояния… В итоге, естественно, сбился. По моим расчетам, заведение Пылкрюла должно параллелиться с центром поселка. Но в каком месте…

Прибыв на место, рассиживаться долго не стали. Стеганули по стакану и спать. В любом мире утро вечера мудреней…

Проснулись совсем не утром. Судя по солнцу, время было обеденное. После умывания спустились в зал таверны. Не фига прятаться. Да и затеряться в толпе посетителей в случае чего, проще, чем в отдельном номере. А посетителей было достаточно. Видать, все больше и больше народа узнавало о чудодейском напитке с загадочным названием «самопляс».

Для меня с Копадрюком Пылкрюл с подручными мигом освободил угловой столик от уже достаточно опохмелившихся и мирно дрыхнувших трех забулдыг. Я почувствовал слабый укол совести. А вдруг местные обитатели, как наши северные народы, не имеют в организме какой-то фигни, то ли ферментов, то ли еще чего, и после первого стакана становятся законченными алкоголиками? Хорошую тогда услугу я оказал с внедрением самогона… Совесть я успокоил очень быстро. Она ж моя, ручная. Ведь квасили они тут и без меня, упивались своим отвратительным пойлом. Я лишь научил концентрировать напиток. Так что никакого новшества, только еще один шаг вперед по проторенной дорожке.

Мы только уселись за столик, как в таверну вошла примерно дюжина стражников во главе с сотником (я уже знал, что вояка, имеющий золотую свистудку, именно так и называется). Уж не знаю почему, возможно интуиция, но я сразу понял, что явились они совсем не для того, чтобы пропустить по рюмашке, а по очень важному делу. И это дело касается моей скромной персоны.

— Не оборачивайся, — я процедил еле слышно сквозь сжатые зубы Копадрюку, который сидел спиной к входу и не мог видеть вновь прибывших, — стража. Кажись, за мной. Если что, ты меня не знаешь. Просто соседи по столику.

Грабитель — молодец. Никаких вопросов. Почти сразу уронил голову на грудь, а затем и обмяк совсем, мол, дремлющий пьяный посетитель.

Предчувствия не обманули. Какой-то мужичишка, видимо соглядатай, пришедший вместе со стражей, что-то прошептал на ухо сотнику и ткнул в меня пальцем.

Воины подошли. Окружили столик.

— Ты и есть тот самый человек, который называет себя Тем Самым Колдуном?

Сотник старался выглядеть грозно, да так оно и было, учитывая силовую поддержку. Но меня почему-то заинтересовал вопрос, не имеющий отношения к развивающейся ситуации: а если гнать самогон, используя золотую свистудку, он получится вкусней? Крепче?

— Ну, сам себя я так не называл, но краем уха слышал, кое-кто действительно так меня величает.

— Пошли. Король хочет тебя видеть.

Когда стража только появилась в таверне, все разговоры, сливающиеся в неразборчивый гомон, мгновенно прекратились. Теперь же, при упоминании монарха, воцарилась мертвая тишина. Мне показалось, что Копадрюк даже дышать перестал.

— Если хочет — увидит. — Возражать и ерепениться я не собирался. Во-первых, и сам хотел взглянуть на узурпатора, а, во-вторых, неподчинение королевскому приказу являлось одним из тяжелейших преступлений, и я подозревал, что взбрыкнись, и меня поволокут на аудиенцию силой, причем участвовать будет не только стража, но и все посетители заведения. Скорей всего, с мордобоем. А сматываться отсюда и появляться в центре Денисовки средь бела дня, в мои планы не входило. Другое дело, в случае чего, переместиться из дворца. Все ближе к дому. Хотя, тоже нежелательно.

Я встал и направился к выходу. У самых дверей, не останавливаясь, проронил для Копадрюка:

— Ночью там же.

Все мои попытки разговорить сотника не увенчались успехом. А когда я приостановился, желая все-таки выяснить, зачем понадобился королю, глава стражи схватился за эфес меча, само собой, я не стал настаивать, и весь путь до дворца больше не проронил ни слова.

Миновав несколько коридоров, наша процессия наконец оказалась в тронном зале.

Кульдульперпукс, как и полагается, восседал на главном стуле Юпалтыны. Он мне сразу не понравился. И дело не в предвзятости, хотя и не без этого, но ежели бы я совсем ничего не знал о правителе, неприязни было бы столько же. Такие рожи можно было увидеть только в старых фильмах. И даже не про вредителей и шпионов, где антигероев было видно с первых кадров — вот он, гаденыш, а в сказках. Такой внешностью наделялись приспешники сил зла, всяких там Кощеев и прочих колдунов.

Как себя вести с королем, не имел ни малейшего понятия. Опыта общения с августейшими особами не было практически никакого. За исключением Пали.

Кульдульперпукс жестом отослал стражников, а меня, наоборот, поманил подойти поближе.

— Так, значит, ты Тот Самый Колдун?

Я еще не сообразил, как именно надо говорить с владельцем мира. Вертелось в башке, что как-то нестандартно. Наверное, потому и брякнул:

— В натуре!

— Правда?

— Век воли не видать!

— Гм… А ты знаешь, как у нас к колдунам относятся?

— Ясный пень!

— Ладно… Пойдем отобедаем. Застольная беседа в непринужденной обстановке располагает к откровенности.

— А мне не фига скрывать!

Моя манера поведения ставила короля в тупик. Он был явно обескуражен моей наглостью вкупе с жаргоном.

Мы сели за небольшой столик, который тут же был уставлен всевозможными яствами.

— Зовут как?

— Игорь… Сергеевич.

— А я — Величайший Могущественнейший Мудрый Наи…

— Я в курсе, — наглеть, так наглеть.

Кульдульперпукс подавился своим титулом.

— Выпьем вина за знакомство.

— Я такую бурду не употребляю.

— Гм…, - король еще больше смутился, — похоже, ты и правда колдун…

— А-то!

— Сейчас проверим. У меня есть свой придворный чародей. Бзылдюк!

Тут же из-за колонны появился одетый в черный балахон до пят ханурик неприятной наружности. Мне стало интересно, чья рожа противней, короля или колдуна. «Конкурс красоты» выиграл Бзылдюк. Если бы у Кульдульперпукса имелась бы на носу такая же бородавка, он еще мог бы потягаться, а так…

— Бзылдюк, этот человек утверждает, что он колдун. Проверь.

Чародей выпучил глаза, оттопырил нижнюю губу и вперился в меня пронзительным взглядом. По его мнению. А уж какие замысловатые пассы принялся выписывать руками! Как не вывихнулся?

Глаза я не отводил даже от директрисы. А поиграть в гляделки с этим замухрыжкой было даже интересно. Не прошло и минуты, как поросячьи глазки колдуна забегали.

— Ну, что, сам расколешься, или мне базар держать?

Я оказался прав в своем предположении. Среди приближенных сильных мира сего, будь то царь, король или президент, не бывает людей, чистых на руку. Слишком большой соблазн.