Чтение онлайн

– Тогда быстрее вставай, - бурчит безопасник. – Тебя ждут на допрос.

Вот так приплыли.

***

Шумиха поднялась нехилая. Допрашивали меня, Стаса и Аллу. Охрана, конечно, видела, как мы убегая от Шарика, покосили ворота. Просто тогда не пристала – Гончая была важнее.

Дворянят сильно не трогали – прискакали представители их родов, отбили детишек и увели спать в общежитие. Зато на мне отыгрались по полной. Сам граф Минаев лампочкой в лицо светил. Он, оказывается, главный безопасник в лицее. Семь потов согнал. Что это за монстр? Почему он гнался за вами? Точно не знаешь? А Нитям Мира кто научил? А «устрашению»? Давно уже Кмет? В шестнадцать годков-то, не рано? А чего же скромный такой - в рейтинговых списках все еще Ученик?

То, что я отвечал, можно охарактеризовать разными словами. Басни. Сказки. Туфта. Чушня. У любого другого на моем месте уши бы сгорели. А меня же не сильно волновало неестественность сказанного по простой причине. Правда еще сказочней.

Монстр? Не знаю – прицепился по дороге. Нити Мира? Сам освоил, в лесу сидел, медитировал над книжкой. «Устрашение»? Туда же. Живу развил, да, рано, сам в шоке. Именно поэтому не заявлял на аттестации. Боялся…неизвестного. Ведь совсем недавно был вообще без живы, вдруг военные забрали бы на секретные исследования. Как в фильмах голивудских.

Конечно, Минаев не верил ни капли, долбил и долбил. А я хлопал глазами, повторял и повторял одно и то же. На том и разошлись - где-то после сорокового круга. А что еще безопаснику оставалось? Допрос разве что повторить. Уверен, так и сделает. Стану частым гостем в его кабинете.

Из душного кабинета Минаева сразу мчусь на балкон – подышать свежим воздухом. Хватаюсь обеими руками за балюстраду и глубоко вдыхаю. Из административного здания открывается вид на черные ели. О лес, чудесно! Стиснутая моими пальцами каменная ограда трещит и ломается. Поднимаю к глазам кусок перил, хмыкаю, размахиваюсь и бросаю как можно дальше в хвойные дебри. Если что – все так и было. Мы не причем.

Шарик подгадил так подгадил. Его фрактал – животная сила, с этим все ок, полезная штука, также регенерация, от нее ни холодно ни жарко, ибо Гиба круче, а также супернюх. Пока слабоуправляемый супернюх. Теперь ни с чем не спутаю пот Минаева. Кувшинок нет в помине. Жесть, короче.

В ноздри бьет новый аромат – терпкий, пьянящий.

– Любуетесь лесом? – звучит грудной женственный голос.

Оборачиваюсь и вижу перед собой Белоснежку, только взрослее – «старше» язык не повернется сказать. С более крупной грудью, что прекрасно подчеркивает обтягивающий деловой костюм. Талия как у старшеклассницы, но бедра умопомрачительны своей крутостью. Золотые глаза сияют как две горсти прибрежного песка. В древности ради обладания такими девушками развязывали войны. Их красота дороже золота, смертоноснее мечей.

– Когда приезжаю в лицей, часто сюда выхожу, - продолжает она, подойдя к балюстраде рядом. Видит разлом на камне перил и хмурится.

Быстро отвлекаю ее, заметив:

– Ночью вряд ли удобно любоваться лесом, Ваше Сиятельство. Слишком темно.

Будем вести себя культурно и обращаться с титулами – меня и так безопасники взяли на карандаш.

– Но ведь любоваться можно не только глазами, - она удивленно смотрит на меня. – Вы разве не знаете?

Видимо, она о трелях соловья и пении цикад. Вот и супернюх пригодится.

Вдыхаю запах девушки, пытаясь не сойти с ума от блаженства:

– Нотки свежей зелени и миндаля - придают терпкость, - закрываю глаза, вслушиваюсь в тона духов.
– За мягкость отвечает композиция из мха с теплыми пряными травами. Ароматические смолы лишь усиливают эти качества. Но особняком держится капля горечи – имбирь. Он будто отрезвляет и разрушает мечты.
– Открываю веки. – Будто разбивает сердце. Да, таким набором можно любоваться, Ваше Сиятельство.

Сестра Белоснежки не выдает удивления на лице, но глаза горят ярче, сильнее.

– Не каждый способен по-настоящему любоваться женщинами, тем более в вашем возрасте,- задумчиво проговаривает и протягивает руку. – София Бородова.

О да. Пожалуй, в этом мире я только и делаю что по-настоящему любуюсь женщинами.

Сжимаю ее кончики пальцев, и меня будто током бьет. Показалось? «Глазами Жамбы» оглядываю княжну. Ух ты! Рыкарь. Сколько ей? Двадцать три? Но вроде никаких активированных техник не вижу.

– Отойди от нее, - слышу шипение за спиной. – Простолю…Бесонов, отойди!

Вот и пожаловало садистское отражение сереброволосого совершенства передо мной. С трудом сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. София с понимающей улыбкой кивает мне.

– Светлана, мы просто любовались лесом вместе с твоим сверстником.

Белоснежка, казалось, сейчас на взводе. Бальзамическая маска так и трещит по швам, обнажая глубоко спрятанную свирепость.

– София, - голос вроде бы спокойный, но словно искрится от напряжения. – По-моему ты перепутала время суток для этой отговорки. Сейчас лес не видно.

– Соловьям свет не нужен, чтобы петь, - замечает совершенство.

– Тебе тоже, как посмотрю, - кивает ее сестренка. – Красиво слагаешь. Еще бы послушала, да нас отец ждет.

– Не буду более заставлять ждать батюшку, - София очаровательно улыбается. – Спасибо за приятную беседу, юный Кмет.

Цокая каблуками, она удаляется. Только заглядываюсь на ее ошеломительную попку, как Белоснежка заслоняет весь обзор своей недовольной миной.

– Не трогай ее, никогда не трогай, - велит ледяная королева лицея. – Хорошо уясни это.

Она так резко разворачивается, что ее серебряные волосы хлещут меня по лицу. Ну уж это совсем борзота!

Хватаю Белоснежку за плечи и прижимаю к себе спиной. Она замирает будто кобра перед броском. Но у меня найдется на нее хитрый мангуст.

Обжигаю дыханием Белоснежку за ушком, крепко сжимаю талию. Девушка издает громкий вздох, дергается всем телом. Слабо дергается - Яка сейчас очень на руку.

– Значит, тебя трогать можно? – рычу ей в шею.

– Отпусти, простолюдин, - шипит, откинув голову мне на плечо. – Нас могут увидеть.

Она еще что-то там бурчит, скользя губами по моей шее.

– На будущее, - слегка встряхиваю девушку.
– Если чего-то лишаешь меня – будь готова компенсировать. Собой.

Толкаю ее вперед, как разонравившуюся игрушку, и отворачиваюсь к лесу. Всё. Нет меня. Соловья слушаю. Или это выпь?

***

За окном громко поет певчий дрозд. Птицу многие путают с соловьем, многие, но не светлейший князь Александр Бородов. Тональность другая, выше, много звонких частот.

Откинувшись в кресле, князь читает отчет Минаева. В десятый раз. Тем временем его дочери сидят за столом напротив и тихо переругиваются. Темы отчета, спора дочерей и мыслей, волнующих князя, одинаковые. Простолюдин Артем Бесонов.