Чтение онлайн

Василиса Игнатьевна быстро пробежала глазами записи. Но ничего нового из них так и не узнала, кроме того, что маньяк начинал свой путь из Куйбышева. К тому же смерть бомжа могла быть совершенно иной, а следаки что-нибудь напутать.

– Спасибо, Антон, - кивнула девушка, делая пометки в своей блокноте.

Она уже собиралась пройти и подышать воздухом, чтобы подумать. Сделать несколько кружочков вокруг здания, даже все листы сложила аккуратной стопочкой на столе и поднялась со стула.

Вот только дверь открылась, впуская одного из тех людей, кого Кравцова была совершенно не рада видеть.

– Кравцова, тобой тут интересуются, - с ехидцей произнес Лев Игоревич. Его лысеющая макушка блеснула в свете белых офисных ламп.

Девушка удивленно приподняла брови.

– Да? И кто же?

– Ну, предположим, что я, - в кабинет вошел статный достаточно молодой мужчина. Бледная кожа, темные волосы, идеальные зубы и затемненные очки, скрывающие глаза. Одет он был в строгий достаточно дорогой костюм, это сразу бросалось в глаза, и длинное черное пальто. – Дмитрий Павлович Огнев. Вы расследуете убийства Ленинградского вампира?

Голос у него тоже был какой-то странный. Почти безэмоциональный, холодный, но при этом каждое слово отдавалось где-то в глубине грудной клетки.

Вася боялась, что ее дело передадут в другой отдел или вообще в вышестоящие органы, поэтому сразу увидела в Огневе своего противника. И Головин стоял, усмехаясь, будто радовался, что наконец-то кто-то еще признает профнепригодность Кравцовой.

– Старший следователь Василиса Игнатьевна Кравцова, - она подошла к мужчине и протянула ему руку для рукопожатия. – И я попрошу вас предъявить документы. Из какого вы ведомства? Что хотите узнать? Журналистам мы интервью не даем.

Дмитрий осклабился.

– Разве я похож на журналиста?

На журналиста он был похож меньше всего. Вася даже не могла предположить, кем может быть этот мужчина. Для опера слишком дорогой костюм, а будь он начальником отдела – зачем пришел сам, а не попросил кого-то.

– Обычная предосторожность, - выкрутилась девушка, не придумав ничего лучше.

Лев Игоревич, посмеиваясь, пошел к двери.

– Ты мне потом расскажи все, Кравцова. Можешь сразу написать заявление по собственному, чтобы не позориться увольнением.

– Приму к сведению, Лев Игоревич, - процедила в ответ Василиса.

Лавров, тоже находящийся в кабинете, понятливо поднялся, кивнул Васе и Дмитрию Павловичу и ретировался вслед за начальником в коридор.

Они остались один на один.

Дмитрий достал из кармана пальто удостоверение и продемонстрировал коллеге.

– Дмитрий Павлович Огнев. ОБСП, - проговорил он еще раз в слух.

– И что это за отдел такой? Впервые слышу, - нахмурилась девушка.

– Раз ни разу не слышали, вам же лучше. Давайте будем считать, что это отдел борьбы с… серьезными преступлениями, - запнувшись на предпоследнем слове, будто задумавшись, произнес мужчина. Очки в помещении он так и не снял.

Кравцова продолжала недоверчиво на него смотреть.

– Ваш начальник в курсе, кто я такой. Поэтому, давайте опустим формальности, и Вы расскажите, что уже выяснили. Это упростит дело нам обоим.

– Вы забираете у меня это дело? Оно переходит ОБСП? – руки у Василисы опустились. Она знала, что если долго не будет никаких подвижек, то дело отдадут более опытным следователям. Но девушка не ожидала, что настолько быстро. Она и поработать-то толком над ним не успела. Только начала находить какие-то зацепки, и теперь все? Конец?

– Нет, пока нет. Но какое-то время нам все же придется поработать вместе. Надеюсь, что напарники из нас получатся неплохие, - Дмитрий усмехнулся.

Эта его усмешка, которая могла ввести большинство женщин в состояние близкое к влюбленности, на Василису действовало совершенно иначе. Она ее раздражала.

Люди погибают, две жертвы в городе, а он улыбается. Старается быть приветливым, но она видит его насквозь. Заносчивость, как и у всех мужчин бьет просто ключом. Он знает, что неотразим. Знает, какое впечатление производят его костюм и пальто. Но при этом он продолжает надеяться, что она примет за чистую монету эту наигранную вежливость и галантность?

– Присядем? – спрашивает мужчина, показывая на два стула. Будто это он находится в своем кабинете, а Василиса просто заглянула к нему.

– Конечно, как это я Вам не предложила, - с нажимом произнесла она, садясь за свой стол. – Вы можете взять вон тот стул.

Стул, который предложила Василиса гостю, был самый неудобный во всем офисе. Он специально стоял возле стены, потому что иначе шатался – одна ножка по какой-то причине была немного меньше своих собратьев.

Дмитрий взял предложенный стул, сел на него и даже не подал вида, когда тот слегка покачнулся. Мужчина был совершенно спокоен и расслаблен, даже с учетом того, что ему приходилось постоянно поддерживать равновесие, не давая стулу шататься.

Кравцова надеялась, что в таком положении сотрудник ОБСП станет менее уверенным в себе, ведь если тебе не удобно сидеть, ты начинаешь нервничать, ерзать на своем месте, чтобы найти более удобное положение. Но ничего из этого Василиса так и не смогла понаблюдать.

– И так, расскажите мне все, - облокотившись обеими руками на стол, и наклонившись в сторону Кравцовой, елейным голосом попросил Дмитрий Павлович.

***

Как бы Васе не хотелось докладывать все, что она выяснила этому напыщенному индюку, но все же пришлось.

Она честно выложила все. И про бомжа в Куйбышеве, и про Калинин, и про двух жертв здесь.

– Я считаю, что он начинает убивать все чаще. В первый раз это было спонтанное убийство. Скорее всего пробное. Вряд ли наш маньяк к нему особо готовился. Затем затаился на какое-то время. Возможно, сбежал в другой город, чтобы скрыться от возможного преследования. А когда понял, что его не разыскивают, снова убил, - проговорил Дмитрий, тщательно изучив материалы.

– Почему вы думаете, что первое спонтанное? – удивилась Василиса. – Мне наоборот кажется, что маньяк тщательно готовился к нему. Искал жертву. Выбрал самую незначительную. Какого-то бомжа. Еще и место отдаленное, заброшенное, где его вообще могли не найти.

– Просто поверьте моему опыту, он не готовился, - усмехнулся Дмитрий.

***

Рита уже больше трех недель сидела в заброшенной квартире вместе с Валеркой. Старалась не выходить на улицу, чтобы случайно не сорваться.

Они почти все время спали, и толком даже не разговаривали. Ждали неизвестно чего.

Ритку ломало. Словно все это время она была под наркотиками, и теперь началась ломка. Ночами впивалась зубами в подушку. Ее лихорадило. Руки тряслись. Как только закрывала глаза – видела людей с прокушенными шеями, на языке появлялся привкус крови.