Чтение онлайн

Демид уцепился руками за каменный выступ, подтянулся и перевалил тело на площадку, с которой начинался путь внутри горы. Теперь он лежал и отдыхал.

Здесь было тепло. Демид переоделся еще там, внизу, снял меховую одежду и надел куртку и штаны из бурой холстины, что были на нем во время обряда инициации. Он не знал, почему сделал это – просто знал, что так нужно. Желтый пояс оказался таким длинным, что Демид обернул его вокруг талии пять раз. За поясом сзади висели бамбуковые ножны с серебряным мечом. Больше Демид не взял ничего.

Может быть, это не было еще другим миром, но это не было уже и тем миром, откуда пришел Демид. Словно невидимый занавес задернулся за Защитником, когда он проник в отверстие горы. Здесь все было не так, как снаружи. Здесь не было зимы. Не было света и тьмы – только ровный полумрак, не утомляющий глаз. Пространство тоже вело себя странно – Демид видел равнину, извилистую дорогу, мощенную неровными каменными плитами и неясный силуэт исполинского сооружения вдали. Он знал, что все это не могло уместиться внутри небольшой скалы. Он уже видел подобное в призрачных мирах, с которыми ему приходилось сталкиваться.

"Что, уже Мир Тьмы? – подумал Демид. – Нет, вряд ли. – Он просто не мог представить себе Мир Тьмы как что-то материальное – жуткое, разъеденное тоской место. – Если бы я очутился там, торжествующие, голодные, вопящие Духи уже налетели бы на меня и разорвали на миллион частей".

Демид встал, стряхнул с одежды остатки снега, быстро тающие в душном тепле пещеры, и пошел вперед.

То, что неясно маячило в серой полудреме далекого тумана, постепенно обретало очертания: замок, огромная каменная крепость цвета тысячелетней седины. Демид сразу вспомнил Башню Сновидений. Демид ничего не мог сказать об архитектуре этого сооружения, как нельзя ничего сказать об архитектуре утесов, причудливо изгрызенных ветрами и превращенных ими в базальтовое кружево. Замок этот не был создан природой, но человеческая рука также не была приложена к его созданию. Только Дух мог придумать такое сооружение – вычурное, величественное и нагоняющее смертную тоску.

Надсадное, однообразное позвякивание Демид услышал еще издалека. Источником звуков было четвероногое существо, копошившееся у входа и прикованное к стене длинной ржавой цепью. Когда Демид подошел совсем близко, существо оставило свои попытки выдернуть цепь из стены, встало в полный рост и повернулось к Демиду.

Это была Яна.

– Привет, Яна, – сказал Демид.

– Да, – сказала Яна. – Это ты. Ты сильно изменился. Но все же это ты, Демид.

– Ты тоже изменилась.

Прежний Демид, наверное, закричал бы от ужаса. Но этот стоял и спокойно смотрел на Яну. Яна походила на четвероногого паука. Голова ее была головой Яны – красивая, милая, даже не обезображенная ведьминскими чертами. Голова прикреплялась к круглому черному туловищу, покрытому редкими жесткими волосами. Руки и ноги еще сохраняли человекоподобность, но были безобразно расставлены в стороны, так что брюхо почти лежало на земле.

– Кто это над тобой так потрудился?

– Потрудился? – В глазах Яны полыхнул гнев. – Всегда ты подберешь подходящее словечко! Тебя бы так изуродовали!

– Кто это сделал?

– Это он, Хозяин. – Яна сделала несколько неуклюжих шагов и цепь зазвенела. – Господи! Я думала, что все уже кончилось! Я забыла все, как страшный сон. И вот теперь снова… Зачем, зачем ему понадобилось делать это?

– Это намек, – сказал Демид. – Вполне выдержанный в стиле Духа Тьмы.

– Что – намек?

– Намек – это ты. Я думаю, Абаси решил показать мне, какое я ничтожество. Что все, что я сделал для тебя, можно уничтожить в считанные минуты.

– Так это все из-за тебя? Из-за тебя эти мучения? Из-за тебя я должна узнать, что такое ад, еще не умерев?! – Яна орала, брызгая слюной, и прекрасная головка ее, изуродованная гневом, качалась на членистой шее.

– Прекрати, Яна. Я не просил его делать это.

– Извини. – Голос Яны стал вкрадчивым. – Теперь ты пришел, и это – самое главное. Демочка, милый, ты ведь освободишь меня?

– Не сейчас. – Демид потер лоб. Что-то ему все это напоминало, но он никак не мог понять, что. – Потом, потом, Яна. Надо разобраться с существенным.

– Так я для тебя – несущественное?!!! – Яна снова вопила так, что у Защитника закладывало уши. – Негодяй!!! Немедленно сними меня с цепи!!! Скотина!!! Тебе плевать на меня, да?! Стой, куда ты уходишь?

Демид повернулся и пошел ко входу. Он слышал, как существо рванулось вперед и натянуло цепь, пытаясь добраться до него, но не оглянулся.

– Будь ты проклят!!! – прозвучало ему вслед. – Ты – не Демид! Демид не мог бы так поступить! Ты – дешевая подделка!..

Внутренность замка представляла собой анфиладу чередующихся залов – столь высоких, что потолки терялись в слабо светящемся тумане. Демид шел вперед и эхо шагов было его единственным спутником. Он ожидал, что все залы будут похожи на гроты, но это было не так. Каждое помещение было отделано в собственном, неповторимом стиле. Великолепие всех дворцов человечества переместилось в сей замок. Мраморные коринфские колонны и бассейн с золотым дном римской термы сменялся стрельчатыми арками, витражами и деревянными статуями католических святых, надменно выглядывающих из ниш. Один из залов в точности повторял храм Луньмэнь – статуи, колонны и барельефы были высечены прямо в скале. Демид шел быстро, равнодушным взглядом скользя по стенам, украшенным картинами лучших художников. Здесь не было человека, и это делало бессмысленным всю роскошь и великолепие – бессмысленным, как грим на лице покойника.

Звуки появились откуда-то издали, они дробились балконами и выступами стен, гасли в коврах, устилающих пол, и разлетались в бесконечном пространстве залов. Демид шел вперед и мелодия, исполняемая хором, звучала все яснее, триумфально заполняя замок. "Ода к радости, – подумал Демид, – Бетховен посвятил ее Наполеону. Нетрудно догадаться, какому Наполеону она посвящена сейчас".

Зал, в котором находился Абаси, был совсем небольшим. Камин играл здесь языками пламени, и факелы горели на стенах, давая спокойный, уютный свет. На стенах висели гобелены с изображением псовой охоты. Длинный дубовый стол был накрыт – яства здесь не были изысканными, в основном жареная дичь, но рот Демида сразу заполнился слюной. В конце стола сидел человек и держал в руке золотой кубок.

– Приветствую тебя, мой мятежный собрат! – Человек поднял чашу и багровое вино плеснулось из нее на скатерть. – Можешь поверить, я скучал по тебе. С возвращением домой тебя, Мятежник! Поздравляю! Я вижу, тебе в первый раз удалось полностью взять под контроль свою телесную оболочку? Это прогресс, несомненный прогресс!

– Привет, Табунщик, – сказал Защитник. – Он мог предположить, что Абаси снова сменит тело – мерзлый труп Владислава вряд ли мог удовлетворить эстетическим запросам Духа Тьмы. Но никак не ожидал увидеть Табунщика – тело Германа Филинова давно лежало в земле и его ели черви.