Чтение онлайн

Хотя какие, к черту, «таинственные»? Ясное дело, кто это затеял, если я здесь оказалась стараниями Эльзы и Дианы.

— Прекрати бояться собственной тени, — узнала я голос полковника Кокса, — она в любом случае нам не нужна, а проверить мы должны. Саймон слишком доверяет ее муженьку, и мы должны убедиться, что это доверие не зря.

— Я, конечно, согласился тебе помочь, — Хеннеси, — но думаю, у тебя паранойя, — звук постукивания пальцев по твердой поверхности. — Черт, ну и где Саймон? Скоро действие препарата пройдет.

— Звонил, уже идет.

Словно в ответ на его слова прошуршала открывающаяся дверь.

— А вот и я… — бодро начал вице-адмирал и осекся, очевидно, увидев меня. — Мы ведь договаривались всего лишь поговорить с ней.

— А ты думаешь, она потом не расскажет Гиббсу, что ее таскали на странный разговор? — Кокс, издевательски.

— Девочка нам ничего не сделала, — Дункан, неуверенно.

— Да хоть бы и так, — снова Кокс, — ты хочешь быть уверенным в своем крестнике на сто процентов или нет?

Вице-адмирал, по-прежнему не слишком уверенно:

— Я и так уверен…

— И потому рассказал ему больше, чем следовало, — вступил в разговор Хеннеси.

— А раз уверен, то тем более, тебе не о чем волноваться, — продолжал полковник, как ни в чем не бывало, — овдовев, он женится на местной, и тогда уж точно никуда не денется.

— Как-то все равно это неправильно, — больше промямлил, чем возразил Дункан. Вот тебе и добрый дядюшка.

— Эй, — полковник Кокс шагнул ко мне и потряс за плечо, — просыпайся!

Я не отреагировала. Иди к черту, бесхребетная акула!

Но я недооценила полковника, не прошло и минуты, как меня окатили ледяной водой.

Я взвыла, отчаянно отплевываясь, а когда, наконец, смогла проморгаться, увидела напротив Кокса с пустым ведром в руках.

— Так-то лучше, — удовлетворенно произнес он, отставляя пустую посуду.

Он снова приблизился, протянул руку и отвел от моего лица мокрые пряди волос. Я еле поборола желание укусить его за пальцы.

Потерпи, Морган, пока не время показывать характер, этим ты только разозлишь, но ничего не добьешься.

— Так-то лучше, — повторил полковник.

— Что вам нужно? — всхлипнула я, изобразив испуг. — Я ничего не сделала! — чертова неспособность плакать! Слезы сейчас были бы очень кстати.

— Не сделала, — «утешил» меня полковник, — но лучше перестараться, чем проглядеть.

Я часто заморгала, на этот раз не изображая, а искренне удивившись. Они решили пустить Тиффани «в расход» просто так, не имея ни одного весомого доказательства, да что там доказательства, ни единого как такового подозрения. Просто на всякий случай!

— Держи, — Хеннеси протянул Коксу блестящий инъектор, — как и договаривались.

— Благодарю, — полковник хищно улыбнулся и повертел инъектор перед моим носом. — Догадываешься, что это?

Так называемая «сыворотка правды», к гадалке не ходи. И что мне теперь делать? Я никогда не подергалась воздействию этого препарата, но видела, как он действует, люди начинают болтать, обо всем, что знают. Правду.

— Это яд?! — испугалась глупышка Тиффани. — Отпустите меня! Я ничего не сделала!

— Это не яд, — встрял «добрый» Дункан, — это средство для допросов.

— Зачем?! Не надо! — задергалась я, когда полковник прижал инъектор к моему плечу прямо через мокрый рукав платья.

— Вот так, — протянул он, — скоро подействует. Считай от ста до одного, — приказал он, — я испуганно всхлипнула, намеренная играть роль до последнего, — живо!

— Сто… девяносто девять… девяносто восемь…

Я считала, а троица не сводила с меня глаз. Что должно было происходить? Я ничего не чувствовала, ну совершенно ничего.

В этот момент Хеннеси позвонили, и он ушел, сказав, что подойдет позже. Остались только полковник и вице-адмирал.

Я досчитала до пятидесяти, но ничего так и не произошло. На меня не действует знаменитая «сыворотка правды»? Быть такого не может, испытания доказали, что не родился еще человек, на которого она бы не подействовала. Но что тогда?

И тут меня осенило. Это же как алкоголь! У меня особенность организма — я очень долго не пьянею. Но ведь потом пьянею все равно… А это значит, что «сыворотка» подействует, но позже, и моя задача убедить их закончить допрос до наступления момента, когда мне захочется откровенничать.

Я растянула губы в улыбке, пытаясь припомнить, как вели себя люди под воздействием препарата.

— О, — обрадовался Кокс, — подействовало.

— Тринадцать… двенадцать…

— Достаточно, — прервал он меня. — Твое имя.

— Тиффани Гиббс.

— Дата рождения.

— Пятое мая две тысячи шестьсот первого года, — отчеканила я данные из досье Тиффани.

— Зачем вы прибыли на Эйдану?

— Почтить память отца Энтони, — продолжала я, как робот.

— Вы работаете на вражескую разведку?

— На кого? — запуталась я. Кто же его учил так задавать вопросы?

— Лондор? Земля?

— Нет, — я все еще изображала непонимание. — Тони работает тренером у вас в штабе, я вышиваю, — я хихикнула и теперь испугалась по-настоящему, потому что смешок вырвался непроизвольно, кажется, препарат начинал действовать.

— Вот видишь, — тем временем, вмешался Дункан. — Да ну тебя, придумал теорию заговора. Годы работы в Службе Безопасности не проходят даром.

Кокс заскрипел зубами.

— Годы работы СБ выработали у меня чутье, — прорычал он. — Я уверен, что с Гиббсами что-то не так. Если они вообще Гиббсы.

— А кто? — едко поинтересовался вице-адмирал. — Я качал этого мальчика на руках, я знаю, кто он.

— Сколько лет назад, Саймон? Сколько?

О, нет-нет-нет, не спорьте, не тратьте время. Я почувствовала, как начинает кружиться голова.

— Девчонка чиста, — тем временам ткнул пальцем в мою сторону Дункан. — Что теперь прикажешь с этим делать? Думаешь, Энтони нормально отреагирует на то, что мы допрашивали его жену еще и под «сывороткой»?