Чтение онлайн

***

Поле того как Хок Шелеспёр вновь упустил Раду, он с ног сбился пытаясь узнать с кем, куда и почему. На последний вопрос ему, конечно, никто не мог ответить, да и на первые два он получил скорее не ответы, а дополнительный ворох вопросов. Хочет девчонка податься в пираты - пожалуйста! Но, зная Сороку, этого можно было ожидать только если на горизонте маячил первый приз. Неважно за что! Главное красиво выведенная единичка на его боку. Он не один год отбирал у неё победу на соревнованиях, и вот аукнулось, так аукнулось, что хоть волком вой.

Сейчас Хок лежал в каюте, отсыпался, раз он отвалил поистине пиратскую сумму за место на корабле. Груз ответственности давил на него всё сильней. Чему немало поспособствовали та парочка дварфов. Они нашли его день спустя. Рыжий так и не узнал, как бородатые узнали, что ищут они одного человека. Светловолосый горец, препрводив Хока до ближайшего кабака, завёл разговор:

– Маг, ты же всё равно ищешь эту свою магичку, так припугни их. Приплатим тебе. Мы позорим свой род. И примем наказанием, когда вернёмся.
– Он немного помолчал. Его спутник уныло пробормотал "Охтыжркожрых" и снова замолк.
– Но дальше мы идти не можем.

Рыжий взъерошил свою шевелюру, порядком растрепав свой и без того неаккуратный хвост.

– Почему?

– Барометр разбился.

Вся дальнейшая логика разбивалась об это утверждение. И теперь Хоку оставалось только размышлять кого ещё успеет достать Сорока, пока он её догонит. Думать, что так он проведёт всю свою жизнь ему не хотелось, но думалось. Он вздохнул и перевернулся на бок. Через час его дыхание выровнялось. Маг наконец-то уснул.

Очнулся рыжий со смутной тревогой глубоко ночью. Он приподнялся на локтях. В светлом от лунного света прямоугольнике дверного проёма стояла слегка изменившаяся редька. Страшно признать, но знакомый овощ офигурился, в невысоком обрубке проступили знакомые женские изгибы. Хок зажмурился и ущипнул себя за ногу. Это ж надо! Так заработаться, что женщины чудятся буквально во всём!!!

В это время редька приняла более устрашающую позу, и маг услышал зазывное придыхание.

– У-у! Ля-ля-я-я!

В неприличности данного призыва можно было не сомневаться.

***

Единственный кто хоть как-то прореагировал на мои сборы в дорогу, был Василий. Пока я бегала из одной комнаты в другую и оставила шкаф открытым, Васька прокрался к вожделенному предмету. Когда я укладывала вещи, услышала жуткий грохот, естественно, я бросила всё и помчалась посмотреть. На обломках шкафа сидел кот. На его ухе повис носок, добавить к этому презрительный взгляд: "Бестолочь, как ты могла мне подсунуть столь хлипкий шкаф?" и будет точь-в-точь мой разбойник. Мне стоит добавить, что этот день ушёл на то, чтобы собрать шкаф и отработать ещё один ночлег?

На следующий день рано утром мы наконец покинули дом Корноуха, направившись на север и забирая немного на восток. Встреченные корреды смотрели на нас неодобрительно, вкупе с красными глазами становилось понятно почему раннее Вольг называл их вампирами. Хотя я слышала только байки о них. Бледнокожие, красноглазые, спят в гробах и сосут у живых кровь. Впрочем, местные никак не пытались помешать нам, чему немало способствовал Нэдд, который с каждым здоровался и справлялся о его делах. Отвечали они скрипучими шипящими голосами, продолжая немигающее смотреть на нас. Потом проповедник успокоил, что к подобному быстро привыкаешь, главное не забывать об осторожности. Никогда не оставаться на ночь у корреда, который раннее тебя никогда не видел. Сейчас, конечно, не сто лет назад, чай спокойнее, дружелюбнее стали. Однако съесть всё же могут. Что делать обычаи такие.

Порядком задержавшись из-за Нэдда, в лес мы вошли только после полудня. Здесь всё отличалось от того, к чему я привыкла. Деревья не те, повсюду мох (хоть что-то родное!), с веток свешиваются толстые голые стебли, словно зажравшиеся змеи. Только подставь горло, задушат. Словом, неприятно, как будто с разбегу попал в паутину. Может я чересчур предвзята... Но это большей частью потому, что не успели мы далеко отойти как я, засмотревшись себе под ноги, врезалась в обглоданное тело, подвешенное за ноги на дереве.

Нэдд ему обрадовался как родному, пояснив:

– О! Старый шаман! Добрейший был человек...

– И что? За это его того? На дереве?
– удивлённо перевела на него взгляд Мира. Вольг тоже заинтересованно почесал бровь. А я избавлялась от завтра в ближайших кустах.

– Э... за это тоже.
– Нэдд похлопал рукой по стволу, на котором висел мертвец.
– Не задерживайтесь. Скоро вечер. Рада, не вздумай снимать его оттуда, иначе его дух будет преследовать тебя до конца жизни. Рада!!! Знаете, я раньше жил ближе к северу. Красота там неописуемая, ей-богу. Совсем не то, что здесь. Особенно после сумеречных лет. А там... О, из-за родной ивы олень выглядывает, да дорогу переходит: топ-топ-топ... Из-под ног андатры шурх только. И лемминги, зверьки такие маленькие на мышек похожие, много-много! Ягоды видимо-невидимо! И грибы! И самое интересное только хорошие, не ядовитые! Ей-богу!

К вечеру мы разожгли костёр, натаскали на лежанки и расселись у костра. Спать вопреки насыщенному дню пока никто не хотел. Тогда я попросила рассказать о местной нечисти. Нэдд вспомнил о знакомых уже шушерах и "светлячке", каменного баасланга, баргеста, куда уж без полисуна, русалок, но остановился он вновь на вампирах. У меня чуть зубы от оскомины не свело. Однако когда он стал рассказывать, я резко изменила своё мнение.

– Сами по себе они слабы, немощны. Тщедушное тело, глаз...щёлочки одни, носа, кажется, нет, зато рот от уха до уха... вот только ушей тоже нет. Увидеть их практически, ей-богу, невозможно. Что они хотят, то и внушат тебе. Могут стать братом, сватом, собственной матерью или отцом, кому ты доверяешь, за тем и пойдёшь. Осторожность только и спасает жизни...

– Ничего подобного. Если это безликий, у нас их так называли, то обречено, - негромко сказал Вольг. Его взгляд остановился на полыхающем костре. Огонь выбелил и без того побледневшее лицо.
– Один такой моего... моего напарника сожрал. Неужели здесь водится это... этот...

– Очень жаль твоего друга. Вампиры везде разные. Точнее они хотят, чтобы думали, что они разные. Если помните, то один безликий сел наместником в Северной Империи... Что потом там стало твориться...
– Нэдд поворошил палкой угли.
– Скоро можно класть картофель печься. Безликие, вампиры... Они одиночки, охотятся даже на себе подобных. Из-за этого они, слава богам, не заполонили здесь всё. Вот бы они однажды друг дружку порубили, ей богу, потихоньку и дело с концом. Но не дождёмся мы этого. Умные, как я или вы...

Мира прочистила горло, достала свои замусоленные свитки и заскребла по ним пером. Я раскрыла свой гримуар и того раньше. Вольг продолжал смотреть на огонь. В остекленевших глазах играли тени. Плотно сжатые губы разомкнулись.

– Точно на вид слабые, а попробуй шею перерубить, быстро заберёшь свои слова обратно.
– Он хохотнул, потом помолчал и добавил: - А что до их разумности...чистая правда. Я с таким три дня "охотился", пока он не переварил моего друга и не напал на меня...

– Ты... ты встречался с таким и выжил? Это невозможно...
– еле слышно выдохнул проповедник. На Вольга он смотрел как на ожившего мертвеца.

– Я жив, стало быть можно. Я тогда служил на заставе. Мы совершали обход... на самом деле от скуки прошли промяться, но какая теперь разница, а обход звучит лучше. Вдвоём пошли, я и Сыч. Хороший парень был... Шли мы и шли, долго шли - назад с пустыми руками возвращаться нельзя, капитан загрыз бы не хуже этого безликого. Он у нас лютый был. Вот значит и искали мы какую захудалую тварюшку, чтоб его умаслить, а они как назло, словно попрятались все. Мы несколько дней по болотам плутали, грязные как... хорошо-хорошо, не буду говорить как кто... но были как...Ай! Не бей меня! Из-за тебя я забыл на чём остановился! А, плутали мы по болотам, пока не устали вконец. Решили пусть горит всё синим пламенем!
– наёмник махнул рукой и красноречиво провёл по шее.
– Жрать сухари достало, во где уже сидели. В общем, обратно повернули, и только повернули - сразу на след напали. Представляете? Я не хотел, но Сыч заупрямился, говорит: "Пошли, посмотрим!". Мы и пошли.