Чтение онлайн

Зато другие игроки отдохнули как следует. Клайв Гудйир до одиннадцати часов вечера пил «Гиннесс», а когда, пошатываясь, направился в гостиницу, некоторые его товарищи по команде продолжали гулять. Они отдыхали, пока не наступило 14 мая 1988 года — самый главный день в истории футбольного клуба «Уимблдон» и «банды психов».

Винни Джонс проснулся, когда еще не было семи часов утра. Деннис Уайз тоже не спал. Немного послонявшись с другом по гостиничному саду, Джонс решил, что хочет постричься. Однако в такое раннее время все было закрыто, и друзья вернулись на завтрак. Игроки, слегка помятые и всклокоченные после вчерашнего, спускались в ресторан. Для похмельного Алана Корка дневной свет был настоящей мукой, и он вышел в солнцезащитных очках. После этого Джонс и Уайз, выслушав наставления Бобби Гулда нигде не шататься, а отдохнуть перед выездом, снова удрали к парикмахеру. Винни получил, что хотел: бритые виски и затылок, а Деннис купил желтые и синие цветы, чтобы подарить их принцессе Диане. Гулд раздал игрокам наудачу связанных его мамой кукольных футболистов в форме «Уимблдона». Особый восторг вызвала черная кукла с девятым номером на спине — Джон Фашану!

Когда команда погрузилась в автобус, кто-то включил телевизор и попал на предматчевое шоу на канале ВВС. На экране скучающий защитник «Ливерпуля» Алан Хансен смотрел в окно из клубного автобуса и лениво констатировал: «Я не вижу ни одного болельщика «Уимблдона», везде только «Ливерпуль»!» Слова Хансена быстро разнеслись по всему автобусу «Донс», и даже заядлые картежники подняли глаза (Винни Джонс по дороге на «Уэмбли» в карты «раздел» товарищей по команде на 80 фунтов).

Ни Бобби Гулду, ни Дону Хау не нужно было настраивать свою команду, достаточно было посмотреть телевизор и почитать газеты.

Лидер «Ливерпуля» и игрок сборной Англии Стив Макмахон в журнале Match в своей колонке, озаглавленной «Я заставлю Винни увидеть красный свет!», писал следующее: «В субботу Винни Джонс из «Уимблдона» увидит красный свет — цвет моей футболки, когда я буду раз за разом обыгрывать его. Меня совершенно не беспокоит репутация этого игрока из Южного Лондона…Я видел все те фотографии «встречи» Джонса с Полом Гаскойном, но со мной такой номер на «Уэмбли» не пройдет. Для меня Винни Джонс — просто очередной игрок, которого нужно обыграть. Меня не испугать грубой силой».

Именно Винни Джонс должен был опекать Стива. Деннис Уайз, по воле Дона Хау, перешел с левого фланга полузащиты на правый, чтобы сдержать лучшего игрока Англии того сезона Джона Барнса. Терри Гибсон в новых бутсах должен был на острие атаки постоянно прессинговать Алана Хансена, который умел точной передачей начинать игру своей команды. Тренеры не сомневались, что все указания команда выполнит четко и добросовестно. «Профессионализм игроков «Уимблдона» так и не был по достоинству оценен в то время, — жаловался Бобби Гулд. — Например, Дэйв Бизант в пятницу после тренировки попросил Корка и Уайза побить ему с 11-ти метров в стиле штатного пенальтиста «Ливерпуля» Джона Олдриджа. Я не просил его об этом, он сам понимал, что это нужно, что это может пригодиться».

Громадная раздевалка «Уэмбли» стала шоком для «банды психов», однако они не испытывали комплексов перед величием стадиона и тем более перед величием соперника. «Мы не хотели после финального свистка наблюдать с видом несчастных щенков за тем, как «Ливерпуль» получает Кубок. Все были настроены очень решительно», — вспоминал Джон Фашану. Цветы для принцессы Дианы решили все-таки не брать, а вот традиционные вопли в туннеле были. По требованию Фаша, команда показалась из раздевалки на пять минут позже «Ливерпуля». Соперник терпеливо ждал все это время, а затем без реакции встретил кличь «банды психов» «Йидахуууу!» По замыслу Джона, вслед за воплями должна была появиться группа из немытых и небритых угрожающего вида парней, но правилами личной гигиены в последние дни перед финалом решили пренебречь только некоторые из них. Все равно получилось впечатляюще. Стив Макмахон позже скажет, что на него и на товарищей по команде все эти штучки «Уимблдона» никогда не действовали. Может быть, но прав был один из «банды», кто там, в туннеле, крикнул: «Ребята, да они не хотят победить!»

Конечно, это было не совсем так. «Ливерпуль» хотел победить. Но если для этой команды завоевание Кубка Англии стало бы привычно сделанной работой, то для «Уимблдона» в этом матче был весь смысл их жизни. И потому «банда психов» действительно «хотела больше». Бобби Гулд мог испортить весь день, когда не включил в заявку воспитанника «Донс» Брайана Гейла, прошедшего с командой весь путь из низших дивизионов. Игроки роптали, однако это решение менеджера сделало их только злее.

Уже на 1-й минуте матча Винни Джонс протаранил Стива Макмахона. Однажды он получил желтую карточку на 5-й секунде, а сейчас понимал, что от решения арбитра Брайана Хилла зависит весь ход финала. Тот не стал удалять Джонса, а только предупредил его. «В этот момент мы и выиграли, — скажет потом Винни. — Макмахон так и не смог войти в игру и обыграть меня, как он бахвалился».

«Уимблдон» добросовестно выполнял все тактические задания Дона Хау, и все-таки у нападающих «Ливерпуля» были прекрасные шансы. Дэйв Бизант спас команду в дуэли с Джоном Олдриджем. Затем Питер Бирдсли сумел улизнуть от Энди Торна, невзирая на фол со стороны защитника, и забил гол. Однако Брайан Хилл отменил взятие ворот, зафиксировав нарушение в пользу провинившегося.

За десять минут до конца тайма на левом фланге атаки «Донс» защитник мерсисайдцев Стив Никол подтолкнул Терри Филана, и арбитр назначил штрафной удар. Деннис Уайз привычно выполнил подачу, вратарь «Ливерпуля» Брюс Гроббелаар пошел на перехват, но застрял на полпути, а Лори Санчес, выиграв позицию у Гари Аблетта, головой скинул мяч под дальнюю штангу! «Мне нравилось забивать важные для команды мячи, — улыбался потом Санч. — Именно мой удар вывел «Донс» в первый дивизион, а потом я забил победный гол в финале Кубка Англии».

Впрочем, тогда еще никто не знал, что этот гол станет самым великим в истории клуба, ведь впереди еще было очень много трудных минут. В раздевалке Бобби Гулд загнал команду под холодный душ, а потом дал указание пить как можно больше воды. Стояла жара, и Гулд знал, что даже такие выносливые парни, как его «банда психов», во втором тайме могут не выдержать. На 61-й минуте «Ливерпуль» обязан был сравнивать счет, когда Клайв Гудйир скосил у своих ворот Джона Олдриджа, но работа Дэйва Бизанта после тренировки не прошла даром, и он в броске отразил одиннадцатиметровый удар. Это был первый случай, когда в финале Кубка Англии не был реализован пенальти, а спустя полчаса Бизант стал первым в истории вратарем, который в роли капитана команды поднял над головой древний трофей. Для него, родившегося неподалеку от легендарного стадиона и каждый день видевшего из окна своей спальни башенки «Уэмбли», это было больше, чем детская мечта. В этом был смысл всей его жизни, смысл всех их жизней!

Сэм Хаммам потом говорил, что триумф в Кубке Англии все испортил, и «банда психов» «как будто потеряла невинность». Кем была эта команда до победы над «Ливерпулем»? Сборищем хулиганов, отщепенцев, сумасшедших, игравших в футбол на примитивном уровне. Теперь они превратились в победителей. Если раньше было модно ненавидеть «Уимблдон», то после завоевания трофея «банда» стала представлять настоящий интерес для других клубов и средств массовой информации. «Мы поняли, что, оказывается, можем зарабатывать своей игрой больше, чем способен нам платить «Уимблдон», — признался Лори Санчес. — Раньше нас называли дворовой командой, а теперь вдруг стали предлагать выгодные контракты». Каждый из них понимал, что даже знаменитого духа «банды» недостаточно, чтобы одолеть еще одну ступень и стать чемпионами.

Джон Фашану, Деннис Уайз и Винни Джонс получали интересные предложения от рекламодателей, их звали на телевидение, с ними делали большие интервью в газетах. Уайз захотел в «Тоттенхэм», Фашану не скрывал, что мечтает оказаться в большом клубе, чтобы получить место в сборной Англии (спустя год после этих событий Фаш сыграет два товарищеских матча за национальную команду и, по мнению Дона Хау, успокоится окончательно, утратив мотивацию). Дэйв Бизант и Энди Торн перешли в «Ньюкасл», Брайан Гейл оказался в «Манчестер Сити» (за них удалось выручить 2 млн фунтов). Да и Бобби Гулд получил новенькую модель BMW с многозначительным номером G88 CUP. Хау видел, что энтузиазм команды изрядно иссяк, а зверские неоправданные выходки на поле того же Винни Джонса больше не заводили, а наоборот, только раздражали. Вскоре Винни уже выступал за «Лидс Юнайтед», а вместо Дона Хау, имевшего проблемы с сердцем, ассистентом менеджера стал Джо Киннейр. Соперники научились справляться с неудобной тактикой «Донс», а в 1990 году Бобби Гулд ушел. Причина была та же, что и в случае с Харри Бассеттом — менеджер считал, что заслуживает более высокую зарплату, но Сэм Хаммам, всегда горой стоявший за своих игроков, никогда не давал наставникам то, что они просили. Тогда же Уайз, так рвавшийся на «Уайт Харт Лейн», оказался за 1,6 млн фунтов в «Челси».

Четвертого мая 1991 года «Уимблдон» проводил последний домашний матч сезона. В этот день на «Плау Лейн» в гости приехал клуб «Кристал Пэлас» и одержал победу со счетом 3:0 — что символично. После того, как Рон Ноудс стал владельцем «Орлов», то и дело возникали идеи объединения двух клубов Южного Лондона. Болельщики обеих команд были категорически против, а Ноудс не скрывал, что под объединением понимается поглощение «Уимблдона». «В этом клубе нам нужны игроки, а так как мы предоставляем стадион и более многочисленную армию болельщиков, новый клуб сохранит наше название», — говорил бывший владелец «Донс». В то же время Сэм Хаммам понимал, что с каждым годом «Плау Лейн» будет все больше напоминать чемодан без ручки — если только не решится однажды и бросит его на полдороги. После трагических событий на стадионе «Хиллсборо» английские клубы обязаны были убрать со своих арен террасы, то есть стоячие зрительские места. Если обновить «Плау Лейн» в соответствии с этими требованиями, вместимость стадиона составит жалкие 6 тысяч мест, то есть клуб понесет ощутимые потери в доходах от продажи билетов. Хаммам объявил о проекте строительства нового стадиона, который располагался бы по соседству — в Уондл Вэлли. Речь шла о спортивном комплексе с искусственным газоном, пригодном для проведения соревнований по разным видам спорта, а также музыкальных концертов. Но примерно в то же время ФА приняла решение отказаться от эксперимента с искусственным газоном на футбольных стадионах, а районный совет Мертона не утвердил проект «Уондл Вэлли» из-за неразрешимых экологических и транспортных проблем. В любом случае, владелец клуба не имел средств, чтобы самостоятельно финансировать строительство нового стадиона, а поиск инвесторов положительного результата не принес, и это при том, что «Донс» за пять лет в элите только однажды (в «похмельном» сезоне 1988/89) не попали в первую десятку. Они не вызывали доверия, в деловых кругах считалось, что «Уимблдон» покатится вниз столь же стремительно, что и взобрался наверх.