Чтение онлайн

Нехотя делает декларации в этом смысле и Ленин. Но Сталин быстро соображает, что Ленин только вид делает, а будет рад всяким деньгам, даже идущим от бандитского налета. Сталин принимает деятельное участие в том, чтобы соблазнить некоторых кавказских бандитов и перевести их в большевистскую веру. Наилучшим завоеванием в этой области является Камо Петросян, головорез и бандит отчаянной храбрости. Несколько вооруженных ограблений, сделанных бандой Петросяна, приятно наполняют ленинскую кассу (есть трудности только в размене денег). Натурально Ленин принимает эти деньги с удовольствием. Организует эти ограбления петросяновской банды товарищ Сталин. Сам он в них из осторожности не участвует.

(Кстати, трус ли Сталин? Очень трудно ответить на этот вопрос. За всю сталинскую жизнь нельзя привести ни одного примера, когда он проявил бы храбрость, ни в революционное время, ни во время Гражданской войны, где он всегда командовал издали, из далекого тыла, ни в мирное время.)

Ленин чрезвычайно благодарен Сталину за его деятельность и не прочь продвинуть его по партийной лестнице; например, ввести в ЦК. Но сделать это на съезде партии нельзя, делегаты скажут: „То, что он организует для партии вооруженные ограбления, очень хорошо, но это отнюдь не основание, чтобы вводить его в лидеры партии“. Ленин находит нужный путь: в 1912 году товарищ Сталин „кооптируется“ в члены ЦК без всяких выборов. Поскольку он затем до революции живет в ссылке, вопрос о нем в партии не ставится. А из ссылки с февральской революцией он возвращается в столицу уже как старый член ЦК.

Известно, что ни в первой революции 1917 года, ни в Октябрьской Сталин никакой роли не играл, был в тени и ждал. Через несколько времени после взятия власти Ленин назначил его наркомом двух наркоматов, которые, впрочем, по ленинской мысли, были обречены на скорый слом: наркомат рабоче-крестьянской инспекции, детище мертворожденное, который Ленин думал реорганизовать, соединив с ЦКК (что и было потом проделано), и наркомат по делам национальностей, который должен был тоже быть упразднен, передав свои функции Совету национальностей ЦИКа.

Когда Ленин предложил это назначение, один из участников заседания предложил другого кандидата, доказывая, что его кандидат человек толковый и умный. Ленин перебил его: „Ну, туда умного не надо, пошлем туда Сталина“.

Наркомом Сталин только числился – в наркоматы свои почти никогда не показывался… Настоящая карьера Сталина начинается только с того момента, когда Зиновьев и Каменев, желая захватить наследство Ленина и организуя борьбу против Троцкого, избрали Сталина как союзника, которого надо иметь в партийном аппарате. Зиновьев и Каменев не понимали только одной простой вещи – партийный аппарат шел автоматически и стихийно к власти. Сталина посадили на эту машину, и ему достаточно было всего лишь на ней удержаться – машина сама выносила его к власти.

Сам собой напрашивается вывод, что в партийной карьере Сталина до 1925 года гораздо большую роль сыграли его недостатки, чем достоинства. Ленин ввел его в ЦК в свое большинство, не боясь со стороны малокультурного и политически небольшого Сталина какой-либо конкуренции. Но по этой же причине сделали его генсеком Зиновьев и Каменев: они считали Сталина человеком политически ничтожным, видели в нем удобного помощника, но никак не соперника…

Грубость Сталина. Она была скорее натуральной и происходила из его малокультурности. Впрочем, Сталин очень хорошо умел владеть собой и был груб, лишь когда не считал нужным быть вежливым».

Я хочу вас порадовать напоследок. Заслужили. Вон как много уже прочитали! За это вам приз. Или, как теперь говорят, бонус – глава из еще недописанной книги Виктора Суворова, у которой еще даже нет названия, но которая когда-нибудь обязательно выйдет в свет. Привожу с разрешения автора и в авторской редакции.

В каждом новом издании мемуаров Жукова встречаются все более удивительные откровения… Радикальная переработка первоначального текста началась сразу после выхода первого издания. Потому уже второе издание разительно отличалось от первого.

В первом издании, например, было заявлено, что у высшего руководства Красной Армии была полная ясность в вопросе о характере грядущей войны: «В целом военная теория тех лет, выраженная в трудах, лекциях, закрепленная в уставах, в основном была, как говорится, на уровне времени» («Воспоминания и размышления». М., АПН, 1969, стр. 215).

А второе издание было дополнено заявлением о том, что в данном вопросе у высшего руководства Красной Армии была полная неясность: «Меня иногда спрашивают, почему к началу войны с фашистской Германией мы практически не в полной мере подготовились к руководству войной и управлению войсками фронтов? Прежде всего, я думаю, справедливо будет сказать, что многие из тогдашних руководящих работников Наркомата обороны и Генштаба слишком канонизировали опыт Первой мировой войны. Большинство командного состава оперативно-стратегического звена, в том числе и руководство Генерального штаба, теоретически понимало изменения, происшедшие в характере и способах ведения Второй мировой войны. Однако на деле они готовились вести войну по старой схеме» («Воспоминания и размышления». М.: АПН, 1975, том 1, стр. 319).

Вот, оказывается, в чем разгадка грандиозного разгрома: «многие из тогдашних руководящих работников Наркомата обороны и Генштаба» оказались дураками. Военная теория была на уровне времени, но она существовала сама по себе, а высшие руководители Красной Армии канонизировали опыт Первой мировой войны, потому «большинство командного состава оперативно-стратегического звена, в том числе и руководство Генерального штаба» готовились вести войну по старым рецептам и сценариям.

Здорово.

Для тех, кто не понимает.

А мы обратим внимание на мелкую, мало кому заметную, стилистическую неувязку. Читаем цитату еще раз. Пропустим слова «практически не в полной мере». На совковой фене это эквивалент выражения «отдельные недостатки», что означало полный провал. Итак, Жуков вопрошает: почему мы не подготовились к руководству войной. И отвечает: они готовились вести войну по старой схеме.

За подготовку страны к войне отвечает Наркомат обороны и его центральная структура – Генеральный штаб. И вот выясняется, что в Наркомате обороны и в Генеральном штабе войну готовили таинственные «они». А Гениальный Полководец, который был начальником Генерального штаба и заместителем Наркома обороны, вопросами подготовки страны к войне вовсе не занимался. Бездарные «они» готовились вести войну по отжившим рецептам Первой мировой. В Наркомате обороны и Генеральном штабе царил непробудный идиотизм, но гениальный начальник Генерального штаба, зам. Наркома обороны ко всему этому слабоумию отношения не имел. Он, великий, задним умом непробиваемо-крепкий, описывает ситуацию как бесстрастный сторонний наблюдатель: любуйтесь – «они» ничего не соображали.

А нам бы в мемуарах Величайшего Полководца XX века хотелось узнать его мнение: он-то сам держался за отжившие рецепты и схемы Первой мировой войны или не держался?

Честный человек в этой ситуации должен четко определить свое место в происходящем. Ему следовало определиться.

Или надо было прямо и честно признать: да, я, Жуков, ничего не понимал, придерживался устаревших взглядов на характер грядущей войны. От меня, начальника Генерального штаба, непонимание сути распространялось вниз и вширь. Потому, когда весной 1941 года под моим руководством перерабатывались оперативные планы Генерального штаба, были допущены ошибки, которые и привели к позорному разгрому и поражению Советского Союза во Второй мировой войне, к так называемой «великой победе», после которой деградация и вымирание русского и других народов великой страны стали необратимыми.

Или – противоположное: я, Жуков, все правильно понимал, но Красной Армией заправляли дебилы (Иванов, Петров и Сидоров), которые держались устаревших взглядов.

Во втором случае следовало представить документы, которые обличали бы Иванова, Петрова и Сидорова и показывали бы, что мудрый и храбрый Жуков изо всех сил боролся против носителей мертвых концепций, но победить не сумел.

И кто же все-таки эти неопознанные «они»?

Народный комиссариат обороны – структура грандиозная. Но все же на вершине пирамиды толпе места нет.