Чтение онлайн

«Есть ограниченное количество причин, по которым Норе известна точная дата рождения неизвестного мальчика.

И первая из них, как ни странно — она его мать!

Надо посчитать, была ли она уже замужем или ещё нет… Как однажды сказали её сестры, замуж Нора вышла в конце декабря 1786 года. А ребёнок появился на свет через… три месяца. Это очень мало. Значит, моя версия неверна. Поскольку, если Нора была беременна, Хорнсби должен был заметить её более чем округлившийся животик, на шестом-то месяце беременности, и вряд ли бы он стал брать в жёны женщину, беременную не от него.

Тогда остаётся другая версия осведомлённости Норы о дате рождения. Сам Хорнсби ей сказал, поскольку ему ли не знать, когда рожают от него любовницы. А стало быть, мальчик его незаконнорожденный сын от некой женщины.

Но зачем мальчик Норе?

У них с Хорнсби не было детей. Может, она всё же питала к мужу сильные чувства и хочет в память о нём найти его незаконнорожденного ребенка и воспитать его, как родного, или хотя бы быть уверенной, что мальчик ни в чём не нуждается?

Но чем бедная вдова может помочь ребенку?»

Морган принёс чай. Протянул белую фарфоровую чашку на блюдце герцогу, тот принял её и быстро выпил. Времени на раздумья было достаточно, и на чай теперь его тратить, необходимости не было.

— Спасибо за чай. Я немедленно оплачу Ваши услуги. — Риккардо достал из кармана камзола несколько бумажных купюр и положил их на стол.

— О! Ваша светлость, Вы очень щедры! Этого вполне достаточно для оплаты не только моих услуг, но и услуг моих агентов!

— Надеюсь, когда мы с Вами встретимся в следующий раз, предъявленный мне счёт, будет на порядок выше, и по нему я пойму, что по делам оплата.

— Я сам недоволен результатом проделанной работы. Поскольку результата, по большому счёту, просто нет. Хорошо, что теперь Вы выступаете посредником между мной и леди Элеонорой. И я не вижу её страданий из-за отсутствия хороших новостей.

— Прощайте.

— Всего Вам доброго, Ваша светлость.

Выйдя из конторы, Риккардо сел в свою карету и отправился в клуб за Арленом.

Карета герцога Редклифф подъехала к неприметному на первый взгляд дому на Пэлл-Мэлл. Здесь располагался клуб, членом которого являлся Арлен. Клуб представлял собой настоящий джентльменский оазис, последний оплот холостяцкой жизни. Риккардо в клубы теперь не ходил, и возрождать подобную традицию ему не приходило в голову. По крайней мере, до этого момента. Клуб Арлена он знал хорошо, поскольку шесть лет назад сам был его активным членом.

Риккардо вышел из кареты, поднялся по широкой лестнице и вошел в фойе. Запах, пропитавший помещение, защекотал нос. Это был аромат дорогих сигар с терпким привкусом. К герцогу подошел привратник и вежливо поинтересовался целью визита. Недолго думая, Риккардо принял решение восстановить членство в клубе. Представившись, он объяснил, зачем прибыл, и поинтересовался:

— Мне нужны рекомендации от других членов клуба, чтобы восстановить членство?

— Нет, Ваша светлость. Мы Вас прекрасно помним. Надеемся, теперь Вы будете посещать нас регулярно.

Внеся несимволическую плату и заполнив бланк, для Риккардо открылись все двери этого клуба. Войдя в сердце клуба, он обратил внимание, что всё сохранилось, как было много лет назад. Джентльмены, расположившись в удобных креслах, пили любимые напитки, курили изысканные сигары и при этом вели непринуждённые беседы.

Появление герцога Редклифф не могло остаться незамеченным. Многие дружески кивнули в знак приветствия. Но это были те, кто Риккардо не знал. Те же, кто признали в нём Ричарда Джордана Трешема, подошли пожать руку и выразить радость от его возвращения. И таких оказалось немало.

Лишь Арлен не спешил обнаружить своё присутствие, и подошел к Риккардо, когда тот ответил почти на все вопросы знакомых. Многие джентльмены посчитали необходимым сделать ему личное приглашение на те или иные мероприятия, запланированные на ближайшие месяцы. Такая популярность герцога Редклифф не прельщала, но дабы не показать своё равнодушие или неуважение, он лишь одобрительно кивал на все приглашения.

Появление в клубе герцога Редклифф стало событием не только этого дня, но и, пожалуй, этого сезона. Когда Риккардо заметил Арлена, он подошел к нему и укоризненно шепнул на ухо:

— Мне, конечно, приятно такое внимание, но я здесь только ради Вас. И на первый раз с меня достаточно. Поэтому предлагаю покинуть это место и перебраться в более тихое.

— С радостью. Кстати, спасибо, своим визитом в клуб Вы, герцог, меня сделали победителем пари.

— Ах, вот оно что! А я-то думаю, почему многие, будто ждали моего появления. Даже не пришлось заручаться поддержкой членов клуба, чтобы попасть сюда! Арлен, но с Вашей-то стороны было не по-джентельменски делать ставку на мой сегодняшний визит.

— Возможно, — Арлен лукаво посмотрел на своего друга. — Но где Вы видели честные пари? К тому же, размер выигрыша не настолько велик, чтобы я сейчас испытывал угрызения совести.

— Вы меня успокоили! — парировал Риккардо.

Они уже начали направляться к выходу из игральной комнаты, как неожиданно Риккардо уловил взгляд мужчины, напряженно наблюдавшего за ним.

Эрнст!

Уйти и не пообщаться с ним Риккардо не мог.

— Арлен, пожалуй, нам придётся немного задержаться. Я обнаружил своего нового знакомого и хотел бы с ним перекинуться парой фраз. Подождите меня. Это буквально несколько минут.

— Конечно. А кто этот знакомый, я его знаю?

— Простите, мой друг, я не намерен вас знакомить.

— Пахнет интригой! Но я не настаиваю на знакомстве, тем более что знаю почти всех членов клуба.

— Я скоро.

Риккардо оставил Арлена возле небольшой группы азартно играющих в карты, а сам подошел к Эрнсту.

— Я получил от Вас письмо, — процедил сквозь зубы Риккардо. — Но поскольку не знал Ваш адрес, не смог написать ответ. И теперь безумно рад возможности ответить на возмутительное послание, глядя Вам в глаза.

— Присядьте.

Риккардо остался стоять. Взгляд его был тяжёлым.

— Прошу, присядьте, — повторил Эрнст.

И лишь после этого Риккардо присел в кресло напротив Эрнста. Их разделял лишь столик, на котором стоял недопитый бокал с вином.

— Вас возмутило моё письмо? — спросил Эрнст, посмотрев в глаза Риккардо. — Надеюсь, впредь Вы не станете навязывать ей свою заботу?

— Наши с ней отношения, никаким образом не должны Вас касаться. Даже наличие давнего знакомства меж вами не является основанием на патронаж с Вашей стороны над ней, — Риккардо откинулся в кресле, и вся его поза говорила о непринужденности их беседы. Поза, но не его голос, не его слова. — А учитывая возмутительное предложение стать Вашей содержанкой, Вы полностью утратили право именоваться её другом… Вы видите во мне угрозу её репутации? Мои желания не ограничиваются, как в Вашем случае, желанием сделать её своей любовницей. Я предложил стать моей женой. Жена или любовница? Для приличной женщины, такой как она, выбор очевиден. — Риккардо посмотрел противнику в глаза. — Я рад, что имею возможность сказать Вам это, глядя в глаза. Но если мои доводы не убедительны, предлагаю встретиться завтра на рассвете где-нибудь в безлюдном месте и, может, хотя бы дуло пистолета в моей руке убедит Вас в степени моего гнева по отношению к Вашим притязаниям на неё.