Чтение онлайн

Мне действительно приятно было ему помочь, что-то внутри меня успокаивалось. Я не стал потрошить запрятанный конверт и достал свои деньги из своего «другого «портмоне». То, которым я пользовался «до».

Долговязый парень был больше, чем счастлив, он впервые был столь разговорчив. Мы выпили ещё по бутылке шампанского, и я засыпал под его рассказы то ли о детстве, то ли о планах на будущее. В общем, всё как я не люблю.

Если бы у меня были планы на будущее в его возрасте, может, не было бы всех этих перипетий, под эту мысли, ещё прокрутив пару событий, я и погружался в негу.

— Фурштук, бистеллн. — Стук и громкий крик. Продирая глаза, сознание, уже не испытывая страха, начало выстраивать логическую цепочку, кто — почему — зачем. Готов был убить этого курьера.

После хмельного «вчера», «сегодня» отдавало головной болью. Абсолютно идиотский смех за дверью, больше напоминающий совиное уханье, Сергей веселился. Оказалось это он и попросил курьера орать ещё более истошно, до соответствующего сигнала.

— Либо ты его заткнёшь, либо я закажу на завтра доставку на шесть утра, и он будет орать, пока ты ему не откроешь! — Злобно ткнув пальцев в весёлую физиономию с пунцовыми пятнами хронического алкаша. Демонстративно накрыл голову подушкой, прижимая как можно крепче, а поляк так и продолжал вопить. И жаль, что здесь никто не живёт, и поэтому никто не скинет ему цветочный горшок на голову! Только ради этого нужно прикупить пару цветов в глиняных горшках.

Встать сразу не удалось. Голова шла кругом, хотелось спать, но вчера под утро, мы все же купили билеты на Ryanair за семнадцать евро. По квадратному лицу оператора было ясно, что ему не лучше, а у него впереди несколько часов в аэропорту, и примерно такой же по времени перелёт.

Умываясь, меня аж подбросило от мысли:

— Никита, а на сколько дней у тебя виза? — В одном из моих загран паспортов был срок на год, но количество дней было всего тридцать. — Никита? Иногда срок дают на пребывание. И даты… даты посмотри.

Парень трясущимися пальцами пролистал паспорт, протянув оттиск визы. На год и количество дней 365, вот это фарт, но не только. Там притаилась тонкая надпись Student.

Молча пили кофе, из тончайшей фаянсовой пары выпускающая тонкую струйку ароматной дымки в чуть промозглый и сырой после дождя воздух, что не миновало объектива камеры. Снимал, мне кажется, он всё, но каждый кадр был достойным.

— Какие планы на сегодня? — Администратор немного ревновал нашу молчаливость, к тому же его задевали все более единящие темы нас с оператором. Да, где трое, там один точно будет одинок. О планах ему никто не поведал, но он не жаждал откровений.

Спустя два часа мы усадили парня в такси с рюкзаком и остались досиживать последние спокойные дни на террасе.

День оказался действительно спокойным, но ещё долгим и молчаливым. Это уже был четвёртый или пятый день, когда мы почти не выходили за ворота здания, не считая такси и доставку еды, а ещё вылазку в центр с камерой одним из вечеров.

Сергей напился рано и сильнее обычного, так в восемь его уже срубило, я смотрел «Кожа, в которой я живу» 13 , видев фильм уже раз эдак в пятнадцатый, даже не смотрел на экран, а больше думал о своих планах, которые больше напоминали истерично разбросанные элементы пазла, причём по ковру с длинным и густым ворсом. Спать лёг ещё до темноты, но уснул далеко за полночь, несмотря на это будильник звонил ровно в тот момент, когда я был в душе. Не тратя время на завтрак, оставил записку «буду вечером» и поймав машину, поехал на вокзал.

В приложении купил билет на Фликстреин до Линц, толкусь с немцами на станции. Интересно, а австрийцы раздражаются, когда их обобщённо называют немцами, так же как украинцы, когда их называют русскими? Уснул, словно меня отключили от питания, быстро, резко, глубоко. Проснулся, любуюсь пейзажами, мимо мелькают какие-то деревеньки, поля, видны горы. Вид на горы — зрелище завораживающее, будто лысый могучий старик с остатками седых волос на темечке.

Городок оказался чистеньким и миленьким, туристов немного, жизнь заметна лишь на площади и возле вокзала, чем-то напоминает итальянский город Падуя. Изгиб реки, старинные улочки в центре, в таких городках чувствуется, что их создали когда-то давно, и они бурлили страстью человеческих жизней тогда, когда-то. Но сегодня уставшее и притихшие города как, и их обитатели доживают время, радуя редких туристов, ну и захватчиков-иммигрантов. В такие города приезжаешь, чтобы выспаться, побыть наедине с собой и привести мысли в тот порядок, при котором жизнь благоухает красками, голова наполнена приятными философствованиями, а аромат города, убаюкивает спокойствием, призывает жить и радоваться.

И как же мне в таком городе раздобыть бомжа? Только если повезёт. Нужно туристическое место.

Повезло под вечер, этого, когда ещё не стемнело, а уличные столики стали абсолютно пустыми после обеда. Сижу с кофе, курю за уличным столом с зонтом. Кофе крепкий и терпкий, сигарета тонкая и с ароматизатором. Подходит грязный мужик, что-то бормочет по-немецки.

— Don’t understand 14 . — Отвечаю, а сам рассматриваю его сквозь солнечные очки, затянувшие собой половину моего лица.

— Позвольте провести вам экскурсию по нашему городу. — Вторит мужик на хорошем английском, словно говорит на нём с детства, и мой взгляд скользит по драным джинсам с сальными пятнами, непонятного цвета футболке, то ли она всегда была светло-серой и приобрела чуть желтоватый оттенок, то ли она всё же была белой и с ней произошли такие метаморфозы, придав серо-жёлтый оттенок. Волосы скатались в объёмные и торчащие в сторону клоки и в целом его овевает ореол немытых волос и недавно нестираной одежды.

— Проведи. — Хамовато бросаю ответ, стряхивая пепел. Экскурсовод впадает в стопор.

Судя по реакции, его схема рухнула, скорее всего, после «нет, спасибо», хотело попросить денег на поддержание культурных объектов Линц, но «что-то пошло не так».

— Денег хочешь? — Спрашиваю, одёрнув солнечные очкиМолчит.

— Что хотел? — Может, из английского он знает лишь, дежурные фразы: «проведу экскурсию» и «дайте денег»?

Подёргивает плечами, уходит.

— Подожди. — Тушу сигарету в недопитом кофе. Иду за ним. — Мужик, постой.

Останавливается.

— Хочешь заработать? — Он смотрит на меня обиженным взглядом, словно я только что обругал его последними словами, плюнул в спину.

— Я не готов на это ради денег. — Отвечает он на хорошем английском. Всё же понимает международный. Вот, так и бомж.

— Я не понимаю вас? — Вздёргиваю брови не произвольно.

Он опять молчит.

— Не готовы на что? — Повторяю я.

— За секс со мной. — Говорит он.

— Я тоже не готов на секс с тобой[1]. — Усмехаюсь. Не могу подобрать слова взамен «схема», пусть будет, — мне нужно решить вопрос с машиной. Вы в этом мне поможете, у меня будет машина, у вас тысяча евро.