Чтение онлайн

Он игнорирует меня. С легкостью запрыгивает на бортик и выходит из воды. Направившись к скамье, берет полотенце с номерком, и торопливо идет к выходу. Как можно быстрее вылезаю из воды, запрыгнуть на бортик не удалось, поэтому использую лестницу. Надеваю шлепанцы, хватаю свое полотенце и номерок и бегу за ним. Настигаю его в холле, он только что обменял номерок на рюкзак, и захлопнув дверь, перед самым моим носом, скрылся в мужской раздевалке. Забираю свою сумку из гардероба и следую за ним. Неважно, что это мужская раздевалка и двое парней с голыми задницами, кричат мне что-то. Бросив сумку и полотенце возле входа, я ищу глазами друга, но его здесь нет. Забегаю в душевые и подхожу к единственной кабинке, из которой слышен шум воды. Схватившись за ручку, дергаю дверь, но она закрыта.

— Даня, открой! — стараюсь перекричать поток воды в кабинке.

— Ты ошиблась раздевалкой, это мужская! — доносится его обиженный голос.

— Мне плевать, открой! — пинаю ногой дверь.

Шиплю от боли и морщусь, потому как сильно ушибла большой палец на ноге. Мне нужно увидеть его сейчас же и извиниться. Он действительно переживал за меня и сильно обижен. Как и в прошлые разы, он был против, чтобы я ныряла, но тогда наши перепалки не переходили в столь серьезную ссору. Ругаю себя последними словами, а в голове подбираю слова извинения, которые даются мне сложно. Я не люблю извиняться и не умею этого делать. Но если я сейчас не поговорю с ним и не попрошу прощения, он замкнется и наша ссора затянется на пару дней.

— Оставь меня в покое, — стоит на своем друг.

— Если ты не откроешь дверь, я начну кричать и сюда сбежится куча голозадых парней! — хихикаю, представляя эту картину, это не правильно переводить все в шутку, но я не могу иначе, — хочешь устроим просмотр, чья задница лучше?

— Иди к черту, я не хочу тебя видеть и слышать! — меняет он тему, не реагируя на мое предложение.

— Ты сам напросился! — предупреждаю его, и как только открываю рот, чтобы закричать, дверь душевой со щелчком распахивается.

Мысленно потираю ладони, ухмыльнувшись. Он сдался, отлично. Потому что знает, что мне ничего не стоит закричать, раз уж вошла в мужскую раздевалку.

— Ты невыносима, — пытаясь сдержать улыбку и натянув маску «сама серьезность» он стоит, сложив руки на груди.

Распахиваю дверь шире и зайдя в кабинку закрываю ее. Изображаю раскаяние, нет, я действительно раскаиваюсь, и мне уже не смешно. Подхожу ближе и обнимаю его за талию:

— Прости, прости, прости! — умоляюще бормочу, в перерывах между поцелуями, которыми осыпаю его щеки. Его тело напряжено, он до сих пор злится.

— Ты больная на всю голову! — чувствую, как расслабляются мышцы его спины, под моими ладонями, уже лучше, — я испугался, черт возьми, что ты уже никогда не выплывешь на поверхность! — Данька сжимает меня крепче в объятиях.

В его голосе столько заботы и тревоги, что я готова расплакаться. Тогда в бассейне я и не задумывалась, насколько он был серьезен, когда запрещал нырять. Мне было смешно, да и хотелось доказать не только себе, но и ему — я смогу достать до дна. А обернулось все тем, что мой любимый друг обижен на меня. Мы так и остались стоять в тишине, тесной душевой кабинки, под теплыми струями воды. Рядом с Данькой тепло и комфортно, проблемы уходят на второй план.

— Я задела твое самолюбие, нырнув так глубоко. Ведь до этого только тебе это удавалось! — пытаюсь шутить, чтобы разбавить наше молчание.

— Пф, — выдыхает он, — просто помолчи, и не порти момент, мы ведь только помирились, — делает замечание Данька и шлепает меня по заднице.

— Ау, — отрываюсь от него, потирая пятую точку, шлепок оказался болезненным. — Значит мир? — протягиваю ладонь вперед.

— С тобой невозможно говорить, — устало машет головой и протянув руку, скрепляет наше примирение, рукопожатием, — проваливай из душа, я хочу помыться один.

— Хорошо, — соглашаюсь с ним, — я подожду тебя внизу, — и выбегаю из кабинки.

Забираю свою сумку и направляюсь в женскую раздевалку. Пока принимаю душ, от воспоминаний, что неожиданно наполнили мою голову, мне стало смешно. Ведь именно в этой душевой кабинке, мы первый раз и встретились с Данькой. Встреча наша не была настолько веселой, но сейчас меня это забавляло. Я была благодарна Богу, что шесть лет назад, я обнаружила этого мальчишку запертым в женской душевой.

В тот день, я очень сильно повздорила с братом, и мама в который раз была на его стороне, оправдывая его плохие оценки — занятием музыкой. Я спорила долго и упорно с ними, доказывая, что учеба превыше всего, а на хобби нужно тратить, не так много времени, как брат. Но они доказывали, что я не права, тем самым, доведя меня до слез. Был зимний вечер и на улице уже стемнело. Я убежала в бассейн и плавала до измождения, только бы выплеснуть всю злость и обиду. Теперь я рада, что поссорилась с семьей в тот вечер. Ведь если бы не эта перепалка, то я не пошла в бассейн и не встретила, там Даньку. В тот вечер, перед закрытием меня выпроводили в раздевалку. Как только я вошла в душевые, заметила, что одна из кабинок, была заперта шваброй. Мне показалось это странным и любопытства ради, я решила заглянуть в нее — а что же там спрятали? И какого же было мое изумление, когда распахнув двери, я увидела своего Даньку. Поджав колени он сидел голый на полу, опустив голову и не двигался. С виду казалось, что его не заботит то, что происходит вокруг. А когда он поднял голову, я была в шоке. Его лицо было в ссадинах, губа разбита, под глазом красовался огромный иссиня-черный синяк. Присмотревшись, я заметила, что и все тело его было покрыто ушибами: руки, ребра, спина. Я дала ему свое полотенце, чтобы он прикрылся, и попыталась выяснить — что стряслось и нужна ли моя помощь. Он не был разговорчивым, и ситуация в которой он оказался — его смущала. Он попросил меня принести его вещи, что были выброшены из окна мужской раздевалки, а когда я это сделала, он торопясь оделся и покинул меня.

Через два месяца он нашел меня сам и предложил дружбу, которая длится до сих пор. Тогда я и узнала, что Даньку в тот вечер побили, выкинули вещи из окна, и заперли в женской раздевалке, парни, которых раздражала его нетрадиционная ориентация.

***

— Куда мы едем? — спрашиваю Даню, как только он сворачивает с дороги, которая ведет к моему дому.

Мы только что покинули бассейн, и он должен отвезти меня домой. Но видимо передумал.

— Заедем на набережную, — не отрывая взгляда от дороги, отвечает он.

— А зачем?

Вообще — то он в курсе, что у меня сессия и мне нужно вернуться домой, чтобы готовиться к экзаменам. Сегодня я все время, что мы были вместе, жаловалась на свою учебу, в последнее время, которая стала хромать.

— Я хочу прогуляться с тобой, — поворачивается ко мне и добавляет, задержав взгляд на моем лице, — и поговорить.

— Ммм, а о чем?

— У меня такое предчувствие, — останавливает машину под мостом и глушит мотор, — что ты что-то скрываешь от меня, — разворачивается ко мне.

Опа. А чего это у него за предчувствия, странные такие? Подозревает о чем-то? Только с чего вдруг? Я хотела ему все рассказать про Марка, но не сегодня, не после нашей маленькой ссоры. А чуть позже, когда у друга будет отличное настроение, и я наберусь хоть немного храбрости. И буду не так близко сидеть рядом с ним, а на расстоянии пару метров, чтобы после сказанного убежать как можно дальше и не получить от него затрещин.

— Странное у тебя предчувствие. Но это не так, — оглядываюсь по сторонам, ища любой повод, чтобы отвлечь его и перевести тему.

— Лер, кто такой Власов Марк Антонович? — как только имя этого мужчины слетело с губ моего друга, мое сердце сначала вздрогнуло, а потом бешено заколотилось. Как он узнал? А еще в салоне резко стало жарковато, отчего захотелось оттянуть ворот водолазки, что обтянула мое тело, как вторая кожа.

Друг все еще не отрывает от меня глаз и ждет ответа, а я как рыба открыла рот, но не могу произнести и звука. А потом до меня доходит:

— Ты узнал обо всем от своей мамы? — не думала, что буду так нервничать, когда речь зайдет о Марке, но у меня вспотели ладони и кажется, трясутся руки от страха. Я не знаю с чего начать и как ему все объяснить!