Чтение онлайн

— Пойдем, покажу.

Полковники встали и отправились в лабораторию. Когда перед Ильичем открыли вместительный пластиковый бак, доверху наполненный белым порошком, он вытаращил глаза и плюхнулся на стул рядом с ним.

— Да здесь на несколько миллионов долларов! Вы качество проверяли?

— Чистой воды гарик, — хихикнул Петрович.

— Считали, за какую сумму его можно будет продать?

— Продать? — не понял Семенов.

— На какую здесь сумму, считали? — поправился Лаврентьев.

— Да, при перекупках и четырехкратном разбавлении он будет стоить на рынке десять, а может, и больше миллионов. Примерно конечно. Может, меньше, но может, и больше.

— Десять миллионов, — глаза Лаврентьева засверкали недобрым алчным огнем, будто бы этот героин принадлежал ему и он собирался им торговать. — Да это крупнейшая поставка за последнее время, крупнейшая, — потянул он. — Надо забрать его в наше управление и потом… — Ильич вынул сотовый и хотел куда-то позвонить, но Семенов его остановил.

— Произошло групповое убийство, дело находится на расследовании в убойном отделе МУРа, и поэтому переводить вещественное доказательство, как мотив убийства, мы никуда не будем. Пока, во всяком случае.

Лаврентьев вскинул на полковника удивленный взгляд и спрятал телефон.

— Так зачем ты меня вызвал?

— Мне нужна от тебя информация на Фархада и Рустама.

Александр Ильич серьезно посмотрел на Семенова и спросил после паузы:

— Откуда ты про них знаешь?

— Погибший перед смертью упомянул их имена, — нашелся шеф. — У тебя есть что-то на них?

— Ты знаешь, тут сразу и не вспомнишь, мне нужно поискать в наших архивах, может, что-то и найду.

— Ну, это в общем-то и все, о чем я хотел тебя просить. Вот официальный запрос на получение информации на Фархада и Рустама. — Семенов вынул из папки документ и передал Лаврентьеву. Тот мельком взглянул на стандартный по форме запрос и снова положил в папку.

— Два года назад Рустам был убит в бандитской разборке, — ответил Ильич.

Семенов не стал говорить, что знает об этом, и решил послушать сотрудника антинаркотического ведомства. Но Лаврентьев замолчал и вопросительно смотрел на Петровича.

— Кто его убил? — наконец спросил Петрович.

— По непроверенным данным, его расстреляли в Подмосковье, недалеко от Наро-Фоминска. Кто — установить не удалось. Была встреча между наркодельцами, они чего-то не поделили, ну, и перестрелялись. Рустам погиб, и его люди тоже. Всего тогда убили девять человек.

— Расследование было?

— Да, оно и сейчас идет. Дело не закрыто. Висяк. Даже трупов не нашли.

Присутствующий на встрече Терещенко сидел в своем кресле, поглядывал то на Семенова, то на гостя и помалкивал. Больше в кабинете никого не было.

— Ты мне поможешь? — спросил Петрович Ильича, и тот утвердительно кивнул.

— А как же, мы милиционеры, опера одного министерства, будем сотрудничать. — Александр встал и взял папку со стола, — я поручу кому-то из своих заняться этими Фархадом и Рустамом. Сейчас я уезжаю к себе в управление, позвони мне через час, я думаю, информация будет.

— Хорошо, — Петрович поднялся, — тебя проводить?

— Нет, сам доберусь, не девочка. А сотрудница у тебя классная, — Лаврентьев растопырил пальцы, будто сжал женскую грудь, и лукаво улыбнулся. — Может, переведешь ее ко мне в отдел, на повышение так сказать?

— Нет, она на своем месте и еще принесет пользу здесь, в МУРе.

— Ладно, бывай здоров, — Лаврентьев пожал руку Семенову, потом Терещенко и вышел.

Петрович вынул сотовый, набрал номер Ларисы Бобковой, и та незамедлительно ответила:

— Да.

— Лара, — прошипел шеф, — мчись к проходной и проследи, на какой тачке уехал гость. Номер запомни.

— Поняла, — хихикнула сообразительная капитанша.

— Да не светись там. — Семенов выключил мобильник, подмигнул Терещенко и добавил:

— Оформляй груз на склад вещдоков и неси рапорт боссу.

— Берестову?

— Ему родимому, — Петрович потер руки, уселся в кресле и стал ждать. Через минуту раздался тревожный звонок от Бобковой.

— Я его засветила, — выпалила она.

— А он тебя? — парировал шеф.

— Нет.

— Точно?

— Точно.

— Ладненько, через десять минут у меня. — Семенов отключил связь и встал. — Оформляй донесение и отдавай героин. Не надо, чтобы он у тебя хранился. Пусть на складе томится. Слышал, что наш друг сказал?

— Да, считали, за какую сумму его можно продать, — Терещенко повторил слова Лаврентьева.

— Именно. Другой, продиктованный временем подход.

— А диск? — негромко произнес Григорий.

— Какой диск, никакого диска нет, — полковник подмигнул полковнику. — Пока нет.

Семенов вернулся к себе в кабинет через десять минут, а Лариса уже ждала его в приемной, и ей не терпелось рассказать, что она разузнала.

— Входи, — кивнул полковник, и капитан бойко шагнула в галантно распахнутую дверь. Прошла к столу и уселась на стул напротив рабочего кресла Петровича. Закинула ногу на ногу так, что ее средней длины юбка задралась и оголила стройные соблазнительные бедра. Петр Петрович мельком взглянул на них, и его взгляд перехватила девушка. Она немного смутилась и отвернулась, но менять позу не стала, а, наоборот, повернулась вполоборота и выпятила вперед пышную грудь. Сделала вид, что высматривает что-то на столе, а на самом деле просто раззадоривала шефа. Нет, она не соблазняла его, а просто заигрывала, легко флиртовала, не намекая на свою доступность. Семенов ей нравился как человек, как мужчина, как руководитель, и она не хотела иных отношений с ним. У Ларисы был любимый муж, ребенок, и любовник ее не интересовал. Это понимал и Петрович и не поддавался на мимолетный соблазн хлопнуть свою подчиненную ладошкой по попке. Эта фамильярность с его стороны могла бы разрушить их доверительные, порой теплые, но сугубо служебные отношения.

Поэтому полковник снисходительно отвел взгляд от неоспоримых женских прелестей Ларисы и погрузился в свое мягкое, родное, хранящее тепло его тела кресло. В него в МУРе не разрешалось садиться никому, кроме Петровича. Это был закон для его подчиненных и к тому же плохая примета. Это знали все, сам генерал Берестов себе не позволял этого, даже в отсутствие полковника.

— Ну, — Семенов вскинул на Ларису вопрошающий взгляд.

— Он ни с кем не разговаривал, вышел из проходной, подошел к спортивному двухдверному «Мерседесу CLK-500» и умчался прочь. Номер машины М 006 РУ99.

— Так, франт да и только, богатый франт, а я таким не доверяю. У него небось зарплата такая, как и у меня, но я «ролексов» не имею и на «меринах» не катаюсь, — Семенов осекся и вспомнил, что у него не новый, не самой последней модели, но «Мерседес», купленный им в таможенной конфискационной комиссионке за восемь тысяч долларов. Перед этим пришлось продать его старый сто девяностый, а до этого подаренную ему за боевые заслуги руководством МУРа черную «Волгу». И понадобились такие превращения, чтобы наскрести деньги на «Мерседес-210», называемый в народе «глазастым».