Чтение онлайн

Илайджа вскакивает на ноги, на ходу застегивая брюки.

Я бросаю мимолетный взгляд на его мокрые серые боксеры.

– Некоторые девушки встречаются с несколькими парнями одновременно.

Он что с катушек слетел?

– Что ты, черт тебя возьми, себе напридумал? Что я намереваюсь лишиться девственности с двумя парнями в одно и то же время?

Он тянется к молнии на своих брюках.

– Проклятье, женщина. Только не это.
– Его взгляд опускается вниз. Он смотрит на мокрое пятно на своих боксерах.

– К черту тебя.
– Я делаю разворот на своих каблуках, покидая комнату отдыха.

Уже на выходе, я могу поклясться, что слышу, как он бормочет:

– Господи, эта девчонка заставила меня кончить как гребаного слона.

Идиот. Как он мог испортить такой момент? Он же смог довести меня до абсолютного блаженства.

Глупый, неотразимый, восхитительный и жутко бесячий хмырь.

Илайджа нагоняет меня уже в моем кабинете. Я едва успеваю накинуть на себя пиджак.

– Оставь меня.
– Я застегиваю пиджак и тянусь за своим портфелем.

– Прекрати. Выслушай меня.

– Дай пройти.

Он поднимает руки к верху, не пуская меня дальше.

– Послушай меня.

– И не подумаю.

– Прости меня.

От того, каким тоном и с каким выражением лица он это говорит, я замираю.

Илайджа делает шаг мне навстречу и нежно берет меня за руки.

– Мне так жаль, что я обидел тебя.

Я опускаю голову, потому что не хочу смотреть ему в глаза. Я еще не готова распрощаться со своей обидой.

– Эй. Так не пойдет. Посмотри на меня.

Когда он прикасается к моей щеке и заставляет меня поднять голову, я уже не сопротивляюсь.

Дернув головой, я освобождаюсь от его рук.

– Илайджа, я тебе сейчас врежу.

– Пожалуйста, можешь ты просто послушать меня? Я сожалею, что мог подумать о том, что между тобой и Заком может что-то быть, но в любом случае нам нужно было это обсудить.

– Наглости тебе не занимать, знаешь ли. Ты пытаешься навязать мне эти свои условия, хотя сам ведешь себя как самый отчаянный бабник, которого я когда-либо знала.

Он запрокидывает голову назад, его глаза мечут молнии.

Ой, ой, малышу не нравится, когда его называют бабником. Вот невезение! Может быть, ему для начала не стоит вести себя как шлюшка с членом, трахая всех баб подряд?

– Может быть, в моей постели побывало и немало женщин, - произносит он, растягивая слова, - но я никогда не спал с двумя в одно и то же время. Если мы вместе, Пейдж, значит вместе, только я и ты. Понимаешь?

В голове у меня все перепуталось, и все, что я делаю несколько секунд, так это пялюсь на него. Наконец, я решаюсь спросить:

– Но почему?

– Что почему?

– Почему ты можешь менять женщин как перчатки, но не спишь с двумя одновременно?

– Венерические болезни, - сквозь зубы произносит он.

Я моргаю и прошу его повторить.

– Венерические болезни, Пейдж, ЗППП. Они куда более распространены, чем люди обычно думают. И даже хотя некоторые из них излечимы, есть и такие, которые не лечатся.

– И ты… ты боишься подцепить такую болезнь?

Стиснув челюсть, он резко кивает.

– Но… с теми женщинами, с которыми, как я слышала, ты спал, как ты мог быть уверен, что не заразишься чем-нибудь от них?

– Презервативы. А еще я отказывал себе в удовольствии проделывать с ними многие штучки и не давал им творить многого с собой.

Получается… он сдерживал себя со своими сексуальными партнершами? Я не могу представить, что человек может быть сексуальным, если ему приходится контролировать себя таким образом.

– Но ты сказал, что со мной ты хочешь…

– Чтобы между нами не было никаких преград?

Краснея, я киваю. Мы и правда сейчас это обсуждаем?

– Я и правда хочу этого, а еще хочу проделать с тобой и множество других штучек. Он облизывается и проводит тыльной стороной ладони по своим губам.

Ему не нужно ничего объяснять. Мой мозг в очередной раз и сам отлично потрудится дофантазировать все то, что он не договорил.

– Да. Поэтому нам нужно было это обсудить.

Хорошо, что его заботит подобное. Все же…

– Ты мог бы и поменьше грузиться насчет всего этого.

Он смеется над моими словами, широкая улыбка полностью меняет его лицо, оно теперь кажется полностью мальчишеским.

По какой-то причине у меня перехватывает дыхание.

– Виноват. Я сделал слишком поспешные заключения.

«И очень сильно облажался со своими смехотворными заключениями». Подумала я, но не сказала вслух.

– Отлично, в другой раз просто спроси напрямую. Не веди себя как «задница».

– Договорились.

Не знаю почему, но мне внезапно становится неловко стоять вот так перед ним.

– Мне нужно идти.

– Мне тоже. Нужно пойти переодеться. Одна маленькая горячая детка довела меня до того, что все мое нижнее белье теперь в сперме.

Мое лицо тут же вспыхивает. Значит, мне не показалось, что он сказал это, когда я выходила из комнаты отдыха.

– Это и в самом деле из-за меня?

– О, да. Хочешь потрогать? Он сдвигает брови и смотрит на меня.

Кусая губы, я отвечаю ему улыбкой и трясу головой.

– Нет уж спасибо. Потрогав тебя там, я могу захотеть повторения.

– Ты и правда впервые сделала это… за долгое время?

– Сейчас, когда я думаю о том, что произошло, я понимаю, что возможно это вообще был мой первый раз. Я не могу по-настоящему вспомнить, чтобы когда-либо кончал от того, что кто-то терся об меня.

Я не горжусь этим. Тут нечем гордиться.

– Ты правда сегодня в первый раз кончила?
– Он смотрит на меня с такой нежностью.

Смущаясь, я снова киваю.

– Иди сюда.

Не в силах противиться его приказу, произнесенному низким голосом, я подхожу к нему.

Он заключает меня в объятия и целует в губы.

– Жду не дождусь, когда мы повторим это, - он выдыхает и снова целует меня.

– О’кей, когда?

Господи, опять эта его улыбка.

Почему мое сердце так сжимается в груди?