Без меня меня женили
Шрифт:
Так! Сегодня ещё барствую, а завтра надо искать работу! А-ах, зеваю уже целый час, посплю, пожалуй…
Закутываюсь в плед такой мягкий, как мамины руки и закрываю глаза.
– Да твою ж мать, что это нахер такое, – от мужского баса подскакиваю на кровати, в комнате уже темно, поэтому шарю по стене рукой, пытаясь нащупать выключатель. – Блядь, да кто там изнутри закрылся, а ну-ка быстро открывай, а то дверь выломаю!
Тихо подкрадываюсь к двери, схватив по дороге графин, живой не дамся!
Дверь приоткрывают и дёргают, но она на цепочке.
– Чё надо? Я щас милицию вызову! – за дверью воцарилась тишина.
– Пончик, ты что ли там? Я же сказал, чтоб к вечеру тебя здесь не было, открывай!
– Нет! Иди ищи себе другой номер, – раз он сын хозяина, ему это не составит большого труда.
– Я сейчас дверь сломаю, а ущерб запишу на тебя, открывай!
– Паш, да пошли в другое место, – слышу женский голос.
– Вот ещё, это мой персональный номер и я не собираюсь искать себе другой!
Фух, ну если он там с другой бабой, то мне-то что переживать? Открываю щеколду и быстро отхожу вглубь комнаты.
Вваливается мой однофамилец с молодой девой, изрядно подшофе, практически в состоянии нестояния.
– Ик, булочка, подожди нас в коридоре, мы сейчас б-быстро, ик, – такого хамства к своей персоне я не испытывала никогда в жизни, обычно меня побаивались, но этот золотой детина ещё этого не знал.
Стоял, прислонившись к двери и шатался, он был в стельку пьян. А девушка, которую он явно где-то в баре подобрал, была ненамного трезвее.
– Милый, нам здесь не рады…
– А может она тоже хочет с нами…а, пышечка, идём я тебе шары твои разомну…ик…а пися у тебя тоже такая же мягенькая…ик…
Ох зря он это сказал…хватаю его за грудки, оттягиваю от двери, открываю её и выталкиваю этого горе-сынка, а следом и его шамотру.
– Ещё раз придёте, отлуплю! – мужчина отлетает у другой стене, дева приземляется рядом.
– Больная какая-то, пошли зая, поедем ко мне на хату, – еле передвигаясь и поддерживая друг друга, плетуться в сторону лифта. – Я тебе ещё это припомню, злючка!
– Буду ждать с нетерпением! – захлопываю дверь, и злая падаю на кровать.
Вот же пристал. Что теперь делать? Так и будет сюда ходить, как к себе домой…да ещё баб своих водить…Но выбора другого нет, другой номер мне снять пока не на что…блин…вечно у меня всё через заднее место.
Алкоголик чёртов. Вот что этим богатеньким сынкам спокойно не живётся? Живут на всём готовом, проблем не знают. Я думаю, он даже не задумывается о таких вещах, как оплата света, или продукты купить, всё принесут, поднесут и в ротик положат…не перевариваю этих мажоров. Прожигатели жизни! И этот такой же: холёный весь, фирма налицо…хозяин жизни. А мои родители горбатятся всю жизнь и что они хорошего видели?
Я их судьбу повторять не хочу. Вывернусь, но устроюсь хорошо, и пошли они эти принципы куда подальше, я больше по ним не живу, надоело!
Стук в дверь, неохотно встаю с кровати и плетусь открывать.
– Ужин от заведения…, – вышколенный официант закатывает столик и быстро уходит…так…что там у нас сегодня…
Прошла неделя, а с работой что-то не получается. Я была лучшего мнения о югах, думала тут кругом работа, хорошие заработки: через полгода машина, через год квартира…ага…хоть бы без штанов не остаться.
Исколесив весь город в поисках работы, вернулась несолоно хлебавши в номер. Твою дивизию…время идёт, деньги тают, работы нет…замкнутый круг…Как бы ещё не пришлось домой возвращаться.
Этот ещё, с золотой ложкой во рту, который, ещё два раза приходил. Один раз пьяненький уснул прямо на кровати, второй раз я не пустила. Опять с девкой приходил, только уже с другой. Постоянством, видимо, не блещет. Уже два дня не появляется…странно…
Только подумала, стук в дверь. Я в глазок, нет не он, у двери стоял представительный мужчина лет шестидесяти.
– Откройте, пожалуйста, мне нужно с вами поговорить, – открываю и жду продолжения. – Можно войти?
– Я вас даже не знаю, как я могу пропустить вас в номер?
– Я, Хмельницкий Егор Андреевич, отец вашего мужа Павла Хмельницкого!
– Каво? – вот это заявление…– Какого ещё мужа?
– Богдана, кажется? Да вы не переживайте так, я рад, что мой сын наконец-то женился, может мозгов теперь прибавится… – мужчина всё-таки прошёл в номер и присел на диван. – Тут такое дело…Паша попал в аварию…
– О, господи, спаси и сохрани…как попал в аварию?
– Два дня назад летел на мотоцикле, не справился с управлением и слетел с трассы прямо в дерево…
– О-он ж-жив?
– жалко было бы, если разбился насмерть…такой красивый мужчина…
– Жив, несколько синяков, пару сломанных рёбер, сломана рука. В целом внешне средняя степень тяжести…дело в том, что он потерял память и совсем ничего не помнит.
– Мне очень жаль вашего сына…правда, – мужчина был очень расстроен. – Вы меня, конечно, извините…э-э Егор…
– Андреевич, – подсказал он.
– Егор Андреевич, вы меня извините, но авария – это следствие разгульной жизни вашего сына, этого и следовало ожидать.
– Что вы имеете в виду?
– А то вы не знаете…, – неприятно это ему говорить, но кому-то нужно. – Во-первых, я действительно не его жена…видимо, ваши девочки перепутали и поселили меня в его номер, мы однофамильцы. Я Хмельницкая Богдана Сергеевна.
–Не может быть такого совпадения…нонсенс какой-то…, – расстроился, нервно потирает переносицу большим и указательным пальцем.
– Во-вторых, – решила продолжить я. – Я живу здесь уже неделю, ваш сын приходил сюда три раза и каждый раз пьяный в стельку и с разными девками.
– Да…уже тридцать лет, а всё никак за ум не возьмётся…клубы, девочки, алкоголь, гонки, мотоциклы…я так обрадовался, когда узнал, что в номере в отеле проживает жена Павла…как жаль, что это неправда…
– Мне жаль, но я ничем не могу вам помочь… – встала, давая понять, что разговор закончен…я сегодня так устала, столько собеседований прошла, ноги не держат.