Чтение онлайн

Точкой отсчета нашего путешествия вдоль труб отопления должен был послужить не люк, как планировалось раньше, а подвал соседнего дома.

– Вот колодец теплосети. Вот еще один. И еще, – возил карандашом по схеме теплосети Серега Сварадзе. – Все расположены в таких дурацких местах, что не засветиться, залезая в них, невозможно. А представьте себе картину: под покровом ночи двое людей опускаются в люк. Подозрительно? Да. И бдительные обыватели, если заметят нас, тут же позвонят по «02». Возможен другой вариант: напялить спецовки и забраться в колодец под видом рабочих. Внаглую, днем. А потом сидеть там до ночи. Тебе это надо, Денис?

Я отрицательно покачал головой.

– Мне тоже не надо. Поэтому в короб пройдем из подвала вот этого дома. – Серега ткнул остро заточенным грифелем в совершенно бессмысленное для меня нагромождение линий. – К тому же отсюда и ближе – всего шестьдесят метров. Меньше ползти. Сегодня утром я туда съездил, зашел в тот подъезд. Дверь в подвал, естественно, заперта. Но замок – ерунда. Сковырнем его ломиком.

– Что, ту дверь открывать будем только, когда уже отправимся в банк? – озабоченно спросил я. – Той же ночью? А если окажется, что из подвала проход в короб заделан?

– Конечно, заделан. Так же как и в подвале под банком. Обычно это закладывается кирпичом. Но кладку легко разбить обычным кайлом. Так что с этим проблем не возникнет.

– А с чем возникнет?

– Не знаю. Они такие гадины, эти проблемы, – усмехнулся Сварадзе, – что вылезают обычно там, где их вовсе не ждешь. Как ни старайся учесть все, Денис, один черт – что-нибудь да упустишь. И к этому приходится быть готовым.

– Всегда готов, – произнес я свою любимую присказку. И подумал, что уже более пяти лет живу в состоянии этой повышенной боевой готовности, позволяя себе отвлечься лишь иногда. И ненадолго. Скажем, всего на одну безумную ночку. Например, как сегодня.

Я раздвинул губы в блаженной улыбке и заговорщицки пересекся взглядами с Конфеткой.

Итак, с тем, как проникнем в подвал под «Северо-Западом», похоже, все было ясно. И оставалось лишь два нерешенных вопроса. Притом первый из них должен был отпасть вообще без осложнений – надо было всего лишь зайти в большой строительный магазин и купить там два двадцатитонных гидродомкрата, арматурные ножницы и еще кое-что по мелочам из того, что могло пригодиться во время акции. Шахтерскими фонарями и касками обещал нас снабдить Челентано.

В которого, кстати, и упирался второй нерешенный вопрос. Что-то там у него не заладилось с отключением системы охраны. Уж не знаю, что именно. В моем понимании, проблема сигнализации не стоила и выеденного яйца. Перерубить телефонные кабели в люке, и вся недолга! Чего тут мудрить? Но Глеб, по-моему, именно чего-то и мудрил. И сегодня сдвинул сроки своей готовности еще на неделю.

– Ты обещал к октябрю, – напомнил я.

– Меня подвели. – При этом он был сама невозмутимость. Само хладнокровие. – Теперь приходится действовать по-иному.

– Чего там действовать? – В отличие от олицетворявшего спокойствие Глеба я был готов взорваться. – К тому, чтобы просто перерубить сраные кабели, надо готовиться месяц?

– Денис, ты не понимаешь…

– Все понимаю!

– Тогда пойди и отключи сигнализацию сам, если ты такой умный! – Челентано тоже умел выходить из себя. – Вот тебе будут рады лягавые!

Если бы вовремя ни вмешалась Конфетка, мы, возможно, разругались бы окончательно, и в результате «Северо-Запад» не понес бы никакого ущерба. Но амазонка, когда это требовалось, умела быть чертовски гибкой. И мудрой. Она не попыталась, как рефери в ринге, разводить нас по углам. Она просто подняла нас на смех.

– Алло, господа! Отложите грызню до лучших времен! Например, до того, как начнете дербанить мандру. Тогда хоть будет повод полаяться. Я и сама с удовольствием… А сейчас-то чего? Раньше времени!

– Да не грыземся мы, – смущенно пролепетал я. – Просто еще неделя…

– А чего тебе эта неделя? – насмешливо уставилась на меня Света. – Семью днями раньше, семью днями позже. Ни один ли хрен тебе, милый, когда в этом банке тебя заметут мусора? Или когда, при хорошем раскладе, ты смахнешь из хранилища фишки? Ни те, ни другие от тебя никуда не уйдут!

– В том-то и дело, что могут уйти, – сокрушенно покачал головой я. – В любой момент хозяева того рюкзака могут забрать его, и тогда…

– Тогда, значит, кысмет, как выражаются террористы Бен-Ладена, – развела руками Конфетка. – Судьба, и ничего не попишешь. Будем ждать, пока она не изменит к нам отношение. Пока в этот депозитарий для нас не положат еще один рюкзачок.

– Вся проблема-то в том, что я ждать не могу, – вздохнул я, но с тем, что придется терпеть еще неделю, смирился. Хотя последнее слово все же оставил за собой. – Ладно, Глеб. Продолжай работать. И при этом имей в виду, что восьмое число – дата отчета. Никаких форс-мажоров, никаких объяснений я тогда уже не приму. По рукам?

– Хорошо, – протянул мне тонкую руку Челентано и, мудро решив больше не мозолить мне сегодня глаза, отправился продолжать свою сложную подготовку к тому, чтобы элементарно перерубить телефонные кабели. Следом за ним отправился в магазин за домкратами и арматурными ножницами Серега.

– Ты как, сегодня у меня или в Вырице? – Не успела за Сварадзе захлопнуться входная дверь, как Конфетка уже тесно прижалась ко мне. Ее холодная ладошка рыбкой нырнула мне под футболку. – Чего-то твоя курица не звонит. – Она имела в виду, конечно, Наташу. Просто никаких других куриц на данный момент вблизи меня не наблюдалось.

– Я еще вчера отключил телефон.

– Чтобы не мешал?

Холодная ладошка скользнула чуть вниз, тонкие пальчики ловко справились с пуговицей на джинсах.

– Чтобы не мешал. Э-эй, прекрати меня раздевать.

– Он и теперь отключен?

– Что?

– Телефон.

– Угу.

– Чтобы не мешал… – пробормотала Светка и присела на корточки. – Вот видишь, милый, придется тебе… – Резким сильным движением она спустила джинсы мне до колен. – Раз не успел сбежать в свою Вырицу, считай, что попал. Придется доказывать мне, что ты настоящий самец. Погоди, – резво вскочила Конфетка. – Сейчас разложу диван.

А я так и остался потерянно стоять посреди тесной комнатенки. Со спущенными до колен штанами. С сумбуром мыслей в голове.

Из которых отчетливо выделялась одна:

«Допрыгался, грешник? Добился того, что под твоим чутким руководством сорвалась с цепи несчастная девка после пяти с лишним лет воздержания. Как алкоголик, развязав после длительного перерыва, обязательно уходит в глубочайший запой. Вот теперь и ублажай ненасытную. Впрочем, не к этому ли ты когда-то так настойчиво стремился?!»