Чтение онлайн

Сенсей, очевидно, не знает значение термина, но смутить ее подобными мелочами невозможно. И насчет гор она права. Не уверен в том, как она воспринимала окружающую реальность, пребывая в форме камня, но двести лет на горном склоне оттолкнут любого от заснеженных вершин. Как бы и вовсе не захотела куда-нибудь на Окинаву перебраться, где совсем иная климатическая зона.

— Коноха-сан, позвольте пригласить вас быть нашей гостьей на эту ночь или сколько вы пожелаете. У нас есть свободная комната и вы нас ничуть не стесните, — предложил я, внутренне сетуя на то, что сказать по-простому «сенсей, мой дом — твой дом» было бы нарушением этикета и вызвало бы вопросы у Цуцуи. И у сестренки тоже, пожалуй.

— Ниида-сан, не проводишь меня до дома? Там где-то бродит жуткое чудовище с пастью, полной острейших зубов, а я слабая девушка, — попросила Ёрико. — Мияби, спасибо за ужин. Просто супер, вкуснее ела только у моей мамы, но не потому, что у тебя невкусно, а по причине, что мамина еда — самая вкусная для каждого.

— Чудовище — это Пироженка? — спросила Тика. — Тогда я с вами не пойду. Иди ты, братик, только осторожней и оглядывайся. Этот демон в обличии собаки когда-то был владыкой ада, пока не переродился.

«Ты что, по-настоящему испугана, деточка?» — вопрошал удивленный взгляд наставницы.

«Ты не знаешь, о каком кошмаре речь!» — без слов отвечала ей рыжеволосая.

Это не та безмолвная беседа, которую кицунэ ведут в лисьем облике, а скорее пантомима, видимая только тем, кто обладает нужными навыками. Любой способен ей научиться, но владеют редкие единицы. Меня, при посредничестве другого Макото, научила лично Амацу-сенсей. Ёрико, видимо, училась у Акиры.

— Милая, разместишь нашу гостью и покажешь ей, где у нас телевизор? — попросил я у Цуцуи, которая, казалось бы, тоже обучилась искусству разговора взглядом. Она смотрела с выражением «Макото, ты мне все расскажешь». Может быть, Алая Загадка ее наставляла весь прошедший месяц?

— Телевизор? Да, я хочу его увидеть, — согласилась девятихвостая, не зная, на что. Надо будет показать ей позже аниме Наруто, чтобы досмотрела историю, которая смогла ее разбудить.

— Ниида-сан, что вообще творится? Кто ЭТА бабушка? Ты хоть представляешь, СКОЛЬКО ей лет и КАКАЯ она могучая? — начала шепотом Ёрико по пути к ее апартаментам. В голосе девушки смешались возмущение, испуг и искреннее восхищение.

— Разве прилично мне было спрашивать у женщины ее точный возраст? Нет, он мне неизвестен, но Амацу-сама совершенно точно застала в Японии императора Тоба.

— Ты что, хочешь сказать, что это САМА… — похоже, Акирахиме увидела в моих словах намек на Тамамо-но-Маэ, ведь именно в отравлении этого императора кицунэ и обвиняли. Ох… только сейчас я сообразил, что девять хвостов имели место еще девятьсот лет назад. А это тысячелетний возраст к тому моменту. Томо-сан, вполне возможно, ровесница гайдзинского Иисуса. Шокирующее открытие.

— Нет, совершенно точно уверен, что это не та, о ком ты подумала. Чуть менее известная персона. Успокою сразу, Амацу-сан не твоя бабушка…

— Какое облегчение! — выдохнула Ёрико.

— Она бабушка Акиры, а тебе, соответственно, прабабушка.

— Ниида-сан! — возмущенно прошипела девушка. Ее острый кулачок воткнулся мне в плечо.

— Ай! — терпеть боль безмолвно я не стал. Без обмана болезненно же.

— Так тебе и надо! Не будешь надо мной издеваться. Что, настоящая мамина бабушка? Мама про нее рассказывала, но так… как о ком-то, кого нет давным-давно. Как они вместе с ней кур воровали. Ты же не шутишь, нет? Я тогда и правда схожу к управдому насчет апато.

— Не шучу, — коротко подтвердил я.

— А ты ее не боишься? Ты же ощутил всю эту мощь?

Ох, не видела рыжая девятихвостую в облике лисы. Вот где шел разговор как раз о мощи. И ее, такую могучую, какие-то всадники с собаками сумели одолеть? Видать, есть у обитателей храмов свои секреты. Может быть, сама богиня Инари на их стороне выступила, сделав людей лишь проводниками своей воли.

— Ни капли не боюсь, это лишено смысла.

— Потому что если она замыслит что плохое, то бойся или не бойся, итог один? — выдала неожиданно дельную мысль девушка. — Тогда и я бояться не буду. Мы же с ней родня. Может, даже в ученицы меня по-родственному возьмет. Точно! — Ёрико пафосно вскинула вверх сжатый кулачок, подобно героине аниме. — А мама в курсе?

— Не смог ей дозвониться.

— От меня трубку возьмет, — кицунэ достала свой телефон из сумочки и еще два десятка метров мы слушали долгие гудки, закончившиеся сообщением о том, что абонент не абонент.

— Гуляет, похоже, потом дозвонюсь.

— Ёрико-сан, а о чем ты хотела поговорить, когда звонила? — спросил я, доведя боящуюся собак девушку до самой двери ее апато.

— А, точно, вылетело из головы от стресса. Твою сестру собираются отдать в рабство в храм Инари.

— Чего-чего? — я редко когда бываю по-настоящему зол, но тут буквально в ярость пришел. Лицемерная сучка Инари собирается наложить лапу на мою сестренку? В рабство?

— Нуу… фигурально в рабство. Им нужны жрицы, — чуть поправилась Ёрико. — Мама меня всю жизнь храмами пугает. Я в них даже не была ни разу. Ладно-ладно, не смотри так, не буду тянуть — мне позвонила Канами-сан и попросила передать Цукино Тенкаю, что от нее требуют проверить Тику-тян на наследие Инари. Она не хочет и просит помочь с этим. Но теперь-то эта проблема — ерунда! Амацу-сама наверняка решит ее одним взмахом хвостов.

Скорее всего наставница скажет что-то в духе «и когда эта Маэ успела стать нянькой для младших?». И еще спросит «чему я только тебя учила, Малыш». И не важно, что уроки она давала не совсем мне.

— Амацу-сенсей не будет решать наших проблем и ей тоже лучше не появляться в храмах. Но вот Цукино-сенсей, я уверен, найдет решение. Спасибо, что предупредила. Хотя могла бы и написать…

— Такое не доверяют переписке! Времени есть много, как я поняла. Вашу матушку не подгоняют, просто выставили требование.

— Принял. Еще раз спасибо.

По пути до дома я мог бы полностью успокоиться и привести мысли в порядок. Мог бы, однако воплощение зла все-таки нанесло свой удар. Белый кучерявый комок концентрированной ярости как-то сбежал от хозяйки и бросился на меня, намереваясь подпрыгнуть до самого горла и загрызть. Я восстановил в памяти то ощущение, когда совсем уж юный Макото отпугнул куда более крупную и страшную гончую и открылся ему. Показал Пироженке, кто тут настоящий хищник. Маленькое зло испуганно взвизгнуло и, развернувшись на месте с грацией, какую оценили бы на собачьей выставке, убежало в сторону своего дома. А если бы сестренка на него нарвалась? Или если бы белый демон пригорода вдруг повстречал белую девятихвостую?