Чтение онлайн

«Гарри» не только успешно руководил деятельностью нелегальной резидентуры, но и сам активно занимался вербовочной работой. С 1937 по 1940 год им было завербовано восемь ценных агентов во Франции, Бельгии и Швейцарии.

В октябре 1940 года Центр приказал «Гарри» сосредоточить усилия в основном на сборе сведений о фашистской Германии, ее вооруженных силах и военно-политических планах германского руководства.

29 октября 1940 года начальник Разведуправления Красной Армии генерал-лейтенант Ф. Голиков писал «Гарри»: «…Установите, в какой мере Германия использует Францию, ее промышленность, сырьевые и людские ресурсы в своих интересах. Это ваша первоочередная задача. Параллельно со сбором информации по всем вашим каналам вы должны приступить к разработке и вербовке новых источников. Установление радиосвязи с Центром — это ваша центральная задача, к осуществлению которой вы должны приступить немедленно».

«Гарри», проживавший на территории Франции, оккупированной немцами, хорошо понимал важность и значение новых задач, которые поставил перед ним начальник военной разведки. Используя свои широкие связи, резидент достаточно быстро организовал сбор сведений о германских частях, дислоцированных на территории Франции, и об их перебросках.

С каждой почтой «Гарри» направлял в Центр материалы об использовании немцами объектов военной промышленности для нужд германской армии. В Москве такие материалы позволяли учитывать дополнительные возможности, которые активно стало использовать германское политическое руководство и военное командование для наращивания сил и резервов оружия и боеприпасов для вермахта. Резервы были более чем достаточные.

За несколько месяцев до нападения фашистской Германии на СССР «Гарри» начал сообщать в Центр ценную информацию о перебросках немецких войск и военной техники из Франции в Румынию. На основе этой информации, регулярно поступавшей в Москву от «Гарри», можно было судить о подготовке немцев к нападению на СССР. Сведения «Гарри» подтверждались данными, поступавшими от Ильзе Штёбе, Рихарда Зорге, Курта Велкиша, резидентов Разведуправления штаба Красной Армии генерал-майора В. Тупикова («Арнольд»), полковника А. Яковлева («Савва») и многих других военных разведчиков.

К июню 1941 года «Гарри» завершил работу по созданию автономной линии радиосвязи с Центром. Он лично завербовал радиста и хозяина радиоквартиры. Центр передал ему специальную радиоаппаратуру. «Гарри» провел пробные сеансы радиосвязи. Однако произошло то, что в Центре предвидеть никто не мог. «Гарри» отчетливо слышал Центр, а Центр не слышал «Гарри». Односторонняя радиосвязь Центра с источником тоже представляет определенную ценность. Но в 1941 году Центру нужна была информация от «Гарри», а его позывные Центр не слышал. Оказалось, что радиопередатчик, который попал к «Гарри», при транспортировке был поврежден. Исправить его «Гарри», гуманитарий по образованию, сам не мог.

Центр, пытаясь наладить связь с А. Шнее, приказывает 30 июня 1941 года Л. Трепперу вступить в контакт с «нашим человеком «Гарри», называет его адрес в Париже, имя, фамилию и все особые приметы. Это была роковая ошибка Центра, которая впоследствии привела к аресту «Гарри».

«Гарри» действительно стал передавать Л. Трепперу сведения, добытые его источниками, о воинских формированиях немцев во Франции. Однако многие из них задерживались или вовсе не передавались в Центр, так как у Треппера было достаточно своих материалов, интересовавших Центр.

За весь 1942 год Треппер передал в Москву только 16 информационных донесений резидента «Гарри». При самостоятельной работе и при наличии прямой радиосвязи с Центром «Гарри», несомненно, мог бы передать в Москву в десятки раз больше сведений. Главное — он бы работал безопасно и более эффективно. Лишь теперь можно сказать, что в 1941–1942 годах «Гарри» имел более ценных источников, чем «Отто».

Среди друзей «Гарри» были антифашисты, которые являлись специалистами в области радиотехники. Они могли бы оказать «Гарри» (с ведома Центр) помощь и восстановить работоспособность его радиостанции. Но этого не произошло. Случилось другое.

В сентябре 1941 года состоялся первый контакт Л. Треппера с «Гарри». Через три месяца, то есть в дека-бре того же года, в одном из звеньев резидентуры Треп-пера произошел первый провал.

К концу ноября 1942 года резидентура Треппера была полностью уничтожена. В руки гестаповцев попали коды резидентуры. Это несомненно дало немцам возможность прочитать запеленгованную службой радиоперехвата радиограмму Центра от 30 июня 1941 года, в которой указывалось настоящее имя и фамилия «Гарри», его домашний адрес и подтверждалось, что он является человеком военной разведки.

Используя эти данные, полученные в результате дешифрования, гестаповцы 21 декабря 1942 года арестовали «Гарри» и семью итальянцев Гриотти, хозяев его конспиративной квартиры. Так что все рассуждения о том, кто выдал «Гарри» — Л. Треппер или Г. Кац, не имели и не имеют смысла.

В декабре 1942 года с «Гарри» произошло то, что несколько раньше случилось с Ильзе Штёбе в Берлине. Радиограммы Центра, зафиксированные в 1941 году подразделениями германской службы радиоперехвата, которой руководил генерал Тиле, были расшифрованы во второй половине 1942 года. После были произведены аресты советских разведчиков «Гарри» и «Альты», которые были в полной безопасности до тех пор, пока их адреса по линии радиосвязи не были переданы Л. Трепперу и А. Гуревичу.

После ареста «Гарри» около шести месяцев содержался в тюрьме во Франции. Допросы, которые проводил подполковник Панвиц и его подчиненные, результатов не принесли. «Гарри» перевели в Берлин в каторжную тюрьму Плётцензее. В ад, в котором, как писал великий Данте:

В сопроводительном письме гестапо от 19 января 1943 года говорилось, что советский агент «Гарри» отправлен в Берлин, так как с 1930 года находится в имперском розыске и является исключительно важной персоной…

Гестапо располагало многими доказательствами, что «Гарри» занимался разведкой в интересах Советского Союза. В руках следователей были расшифрованные радиограммы, показания арестованных агентов, которые кое-что знали о работе «Гарри», а также документы, захваченные на конспиративной квартире во время ареста разведчика.

Несмотря ни на что, «Гарри» не выдал немцам ни своего шифра, ни каких-либо других важных сведений о своей работе на советскую военную разведку, не предал ни одного из своих источников. Это утверждали в декабре 1949 года представители английской разведки, захватившие в конце войны архив германской тайной полиции. На основе данных гестапо британцы составили специальный доклад «Дело «Красной капеллы». Этот доклад, имея всего 60 машинописных страниц, состоял из шести разделов. Они имели следующие названия: «Группа Треппера», «Группа Ефремова», «Группа Гарри Робинсона», «Группа Шульце-Бойзена», «Группа Арвида Хар-нака», «Группа Радо».

Свой секретный доклад англичане передали членам созданного в те годы Информационного комитета, который представлял не что иное, как объединенный контрразведывательный орган западноевропейских стран, вошедших в военный блок НАТО.

Когда члены Информационного комитета изучили доклад британской разведки, они были поражены тем, что им удалось узнать о деятельности резидентур советской военной разведки в странах Западной Европы. Их поразило все — и количество резидентур, действовавших накануне войны в Германии, Франции, Бельгии, Голландии и Швейцарии, и то, что советские военные разведчики смогли проникнуть в высшие органы политического управления третьего рейха, имели бесперебойную связь с московским Центром, что позволяло им немедленно передавать в Москву добытые важные сведения о замыслах германского политического руководства.