Чтение онлайн

— Некоторые клиенты ведут себя неподобающим образом. Они хамят нашим сотрудникам и оскорбляют их.

— А вы хамите им в ответ? — усмехнулся я. — Если вы забыли, отказать клиенту можно корректным образом. А хамя и оскорбляя его в ответ, вы показываете, в первую очередь, свою невоспитанность.

— Таких клиентов нужно сразу ставить на место! — процедила Анна. Я посмотрел на нее леденящим взглядом, заставляя ее съежиться и пожалеть о сказанном.

— Слишком правильные, Анна Сергеевна, в жизни ничего не добиваются. Вам не нравится ваша работа. Я вас уволю, и ваше место займет более сговорчивая и понимающая леди.

— Эти люди приходят не создавать музыку. Они просто развлекаются на деньги своих богатых родителей.

— Я еще раз повторяю, — я отвел глаза в сторону. Меня трясло от злости и ярости. Раньше я спокойнее вел себя на подобных собраниях, но из-за случившегося с Мо все во мне сломалось.

— Клиенту можно отказать корректно. А если он не собирается заниматься музыкой, как вы выразились, то лучше предоставить ему на выбор другие кампании. Вы поняли меня, Анна Сергеевна? — она молча кивнул. — Вы свободны!

Все как один они закрыли свои папки с чистыми листами, на которых только делали вид, что записывали важную им информацию, и встали со своих мест. А листы так и оставались чистыми и нетронутыми до конца всего собрания. Одной длинной вереницей, состоящих из черных юбок и черных брюк, облаченных в лаковые туфли и ботинки, начищенных до блеска, они вышли из зала. Меня окутала мгновенная тишина, и только за закрытыми стеклянными дверьми я слушал стук каблуков и частый шепот.

— Ты что не стой ноги встал сегодня?

Только один человек мог не выполнить моего приказа и остаться в кабинете. Он выделялся из толпы.

— Я и не ложился.

Сейчас голос мой звучал устало, и не было уже тех грозных и властных ноток. Только ноющая усталость, давящая на глаза и разрывающая сердце.

— Что произошло?

— А ты догадайся? Подумай секунд пять. И произнести свою коронную фразу: «я же говорил».

— Она ушла, — в голосе Димы я не слышал ничего, кроме жалости.

— Ушла. Ушла и правильно сделала. Зачем встречаться с человеком, который не может разобраться ни с собой и ни со своими прошлыми отношениями?

— Ты сравнивал ее с Элей.

Я молча кивнул. Говорить не было сил. Столько уже сказано. Столько ненужного и лишнего сказано. Что порой думаешь, лучше бы я молчал.

— Но откуда ты знаешь?

Не помнится мне, чтобы я говорил об этом брату. Я часто делился с ним своими переживаниями и просил совета, но об это никогда не упоминал.

— В каждой твоей девушке всегда было что-то от Эли: цвет волос, цвет глаз, манера смеяться, повадки, голос. А с Мо ты преуспел. В ней абсолютно все от Эли.

— Ничего, кроме понимания и чистой, искренней любви ко мне. Никто и никогда не любил так, как любила Мо. Эля на каждом углу кричала о своих чувствах. А Мо боится сказать об этом громче шепота.

Я вспомнил о первой ночи с Мо, и мое тело погрузилось в омут прекрасных ощущений. Всем телом я чувствовал тепло, как после знойного дня, когда наконец-то удалось укрыться под теплым и мягким одеялом. Реальные ощущения того, что Мо прикасалась ко мне, целовала меня, как тонкий электрический провод пускал импульс во все голые участки тела. Я как один оголенный нерв. Одно воспоминание о прикосновениях Мо, и я дрожу, словно в лихорадке. Ласковые слова, шептавшие мне на ухо своими нежными губками, и я теряю себя. Мне хочется услышать их вновь. Хочется ощутить ее тяжелое дыхание и своей шее и тихо шепнуть ей: «расслабься». Она подчинится. Ее дыхание станет равным. Тело обмякнет в моих объятьях, потому что она доверяет мне. Она доверяет мне себя.

— И что ты намерен делать?

— Я обязан вернуть ее.

— В этом ты мастер. Просить у девушки прощения у тебя получается лучше, чем просить стать ее твоей девушкой.

— Думаешь, простит?

— Зависит от того, насколько хорошо ты попросишь, — Дима загадочно посмотрел на меня. О, я хорошо знал этот взгляд!

Заглушил мотор своего черного новенького BMW около роскошного дома из красного кирпича. Тяжело было поразить роскошью и заставить восхищаться тем, чего у меня было в избытке. Но этот дом произвел колоссальное впечатление. Не только роскошью. Но и сдержанным стилем, не броскостью.

Я подошёл к двери и постучал. Ни каких признаков для звонка не было. Пришлось выкручиваться банальным стуком в дверь. И буквально через минуту дверь открыли. На пороге стояла девушка. Высокая брюнетка с томным взглядом.

— Привет.

— Ну привет, — девушка уперлась рукой в дверь.

— Мне нужна Мо.

— А вы кто? — насторожилась брюнетка.

— А вы? — мои густые брови вздернулись кверху.

— Здесь вопросы задаю я?

— Задавать научились, а отвечать нет? — ехидно улыбнулся.

— Смотри, как бы твоя миловидная рожа не треснула пополам от ухмылки, — отпарировала девушка.

— Вы очень саркастичны.

— А вы очень наблюдательны.

— Хорошо, я сдаюсь, — я поднял руки вверх. Хоть никогда и не проигрывал спор девушкам. А здесь так просто сдался. Почему?

— Мне очень нужна Мо. Мне нужно поговорить с ней.

— Кто вы? — настаивала незнакомка.

— Я брат…

— А-а-а, вы брат того козла, что обидел мою подругу. Тогда передайте ему, если он появится, в лучшем случае я его засужу за моральный вред моей подруге. В худшем — задушу собственными руками, — этак хамка захлопнула дверь у меня перед носом, не дав даже слова вставить.

— Послушай, ты, — я ногой раскрыл дверь и зашел в дом, — несостоявшийся юрист.

— Ты мне не тыкай! — рявкнула девчонка.

— А ты не ори и выслушай меня!

— Что здесь происходит?

Мо стояла на лестнице и просто смотрела на нас.

— Мо, здравствуй, я…

— Я помню вас, — ответила девушка.

— Это хорошо. Потому что твоя чокнутая подруга не желала пускать меня.

— Если ты сейчас не заткнешься, то я убью тебя раньше, чем твоего брата-козла.

— Я дрожу от страха. Пощади меня, — последние слова я сказал шепотом, специально для этой мерзавки. Она заметно примолкла и смотрела на меня во все глаза.

— Зачем вы здесь?

Молчаливую идиллию прервала Мо. Она зашла на кухню и села за стол, приглашая меня и свою чокнутую подругу тоже сесть.

— Мо, мне жаль, что мой брат так поступил.

— Тебе жаль! — эта неугомонная девчонка никак не успокоится. — Да ты знаешь, что он сделал?

— Я в подробности не вдавался. И вообще, не лезь! Не с тобой говорят!

Мо удивленно и ошарашено таращилась на меня. Очевидно, ещё никому не удавалось заткнуть её бешеную подругу. Никому!

— Мо, я не оправдываю своего брата. И сюда пришел не вымаливать твоего прощения для него.