Чтение онлайн

Как по-вашему, почему у Audi ТТ такие сумасшедшие продажи? За куда меньшие деньги можно купить Skoda Octavia, которая, в сущности, та же самая машина, только с ней еще и не надо бояться всякий раз, дергая руль на скоростной трассе, что тебя швырнет на отбойник. Но вам нравятся эти воздухозаборники, так? И правильно.

Есть, правда, и другая причина этой дикой популярности. Конкурентов, по сути дела, не было. Nissan забросил 200SX, VW забил на Corrado, Opel выкинул Calibra, Fiat задвинул свое купе, стоило парню, который его конструировал, смотать удочки и податься в BMW, Ford Cougar окончательно добил, купив его себе, Уильям Хейг, как Гарет Чизман — Ford Probe [111] , а Honda больше не продает ланкаширским старушкам свой Prelude.

Чума расползлась повсеместно. Вот Puma появилась и исчезла. Досадно, тем более что девчачий Ка никуда не делся — под «одеждой» это одна и та же машина, только Puma было на удивление весело и занятно водить и необременительно содержать. BMW свернула шестую серию и сделала в третьей купе, которое только с вертолета отличишь от седана, а все двухсотые Rover-купе (игривые инженеры из Бирмингема зовут их «котами») не пропускают ни одного дерева.

Но сегодня купе возвращается, чтобы отомстить. За кулисами готовится к выходу новый BMW 6-й серии, и лично мне хотелось бы верить, что там он и останется. Если бы это был дом, то дом на середине М62. Даже в «Суррей-патио» больше изящества.

Потом — Mercedes SLK в противоперегрузочном костюме и Chrysler Crossfire, похожий на какающего пса. Ну, знаете, как они выгибаются дугой, когда тужатся.

И не забудем про Mazda RX-8. Да, это одна из самых ловких в управлении машин, которую мне только приходилось водить, и мне нравится рассказывать маминым подружкам, что на ней стоит роторный двигатель Ванкеля. Но дизайн у нее — пошлятина хуже занавесок в съемной квартире. Можно подумать, что на заводе поставили урну для предложений по оформлению новой машины и в итоге решили учесть все идеи. В итоге имеем двухдверную четырехдверку с багажником от седана, передком от Humber, жабрами и какими-то треугольниками. И это сотворили те же люди, которые подарили нам одно из самых совершенных творений в человеческой истории — последнюю RX-7.

Наконец, Nissan 350Z. Это уже другой разговор. Во многих отношениях он напоминает мне старый De Tomaso Mangusto — мускулистый, крепкий, плотный. Не привыкший избегать стычек. Такого лучше не толкать под локоть в баре, уж это точно.

По дизайну 350Z — очевидный выбор, но, как правило, чем привлекательнее облик, тем неудобнее машина в использовании. Эта, например, одна из самых выматывающих для водителя. Если бы мне случилось выскочить на такой в город, то пришлось бы селиться в отель, чтобы прикорнуть. В начале года я проехался на 350Z от Шеффилда до Лондона, и заработал в итоге такую мигрень, что подумывал уже отделаться от головы. Я проглотил тогда столько парацетамола, что отрастил второй пенис.

А что бы я выбрал, если бы сейчас отправился на рынок за купешником? Ну, вот есть Toyota Celika T-Sport — занятная зверюга с хитрованским высокооборотистым мотором в тысячу клапанов, но даже она кажется где-то девчачьей. Потом есть старый добрый Alfa GTV, который был убийственно прекрасен, но после недавней коллагеновой инъекции стал похож на Лесли Эш [112] .

Не забудем еще Peugeot 406, особенно если он матовый зеленый металлик. Но знаете что?

Думаю, я бы взял Hyundai Coupe.

Иные упрекают его за чрезмерное сходство с Ferrari 456, но ведь это все равно как упрекать художника за то, что он пишет похоже на Тёрнера. Даже в извращенном воображении самого отъявленного циника водить машину, которая стоит lb18 000, а выглядит в десять раз дороже, — умный ход без всяких вопросов.

Декабрь 2003 года

1. Do They Know It’s Christmas — Band Aid 20

2. I Don’t Want You Back — Eamon

3. Cha Cha Slide — DJ Casper

4. Call On Me — Eric Prydz

5. Yeah — Usher featuring Lil’ Jon and Ludacris

1. «Шрек-2»

2. «Человек-паук — 2»

3. «Страсти Христовы»

4. «Знакомство с Факерами»

5. «Суперсемейка»

В 7:51 утра по местному времени капитан Майк Баннистер выжал дроссели, пустил турбины, и я стал одним из последней сотни живущих, кто побывает по ту сторону звукового барьера без шелковой страховки за спиной.

Три часа спустя, приближаясь к берегам Уэльса, мы снизили скорость до скромных 800 км в час. И это был конец. Сверхзвуковой транспорт для коммерческих пассажиров перестал существовать.

К настоящей минуте вы уже во всех газетах прочтете немало закапанной слезами прозы о безвременной кончине Concorde. Боюсь, я и сам исписал немало бумаги, высказываясь, что решение законсервировать Concorde — гигантский прыжок назад для человечества.

И похоже, эту позицию разделяют все, даже Guardian и Independent. Общее мнение прекрасно выразила балерина Дарси Басселл. «Почему, — спрашивает она, — Concorde не мог работать в убыток? Работает же Национальный балет».

В нью-йоркском аэропорту Кеннеди в то утро даже эпсилоны [113] грузившие багаж на рейс Delta в Айову, остановились поглазеть в последний раз. Все спецмашины на аэродроме включили маячки, и с гулким рокотом последнее великое свидетельство того, что Британия когда-то была державой, с которой считались, растаяло в небесах.

В Хитроу увидеть прибытие нью-йоркского рейса и еще двух Concorde, приземлившихся следом один за другим, собрались тысячи. В прямой эфир передавали все телеканалы. И никто из них не обмолвился словом о том, что накануне четыре пассажира с билетами на последний исходящий рейс Concorde, перезаложившие дома и продавшие мебель ради этого полета, забыли дома паспорта.

Даже эту душераздирающую (но дичайшее смешную) историю о людях, влачащихся обратно к своим голым стенам, затмила гибель легенды.

Однако, минутку! Чего именно нам всем было так жаль? В смысле, мне нисколько не жаль бизнесменов, для которых сверхзвуковой лайнер был вроде автобуса. Именно их скаредность, обострившаяся в последние годы, его и убила. Мне не жаль людей, обслуживавших Concorde или пилотировавших его. У них есть другая работа. И British Airways мне не жаль тоже.

Нет, кого мне было жаль, так это сам самолет. Двадцать семь лет он курсировал через Атлантику, ни разу не допустив ни малейшей оплошности. И вот наступает день, когда никто не приходит к нему в ангар пропылесосить ковровую дорожку и наполнить топливные баки. В этот день хозяева без всякой причины, которую он мог бы понять, решили, что он им больше не нужен.