Чтение онлайн

Западная граница его района проходила по улице, протянувшейся с севера на юг. Одна сторона улицы относилась к его участку, противоположная — к участку другого полицейского патруля. Монроу начал было поворачивать на эту улицу, как его внимание привлек уличный бродяга. По какой-то причине он показался ему знакомым, хотя и не был одним из тех, кого Монроу останавливал и обыскивал несколькими неделями раньше. Полицейскому надоело сидеть в машине, он устал смотреть по сторонам на пустынные тротуары — всего один штраф за нарушение правил уличного движения за весь вечер! — и потому Монроу подъехал к обочине.

— Эй, приятель, погоди-ка! — окликнул бродягу полицейский. Тот продолжал идти вперед неровным спотыкающимся шагом. Может быть, стоит арестовать его за появление в общественном месте в нетрезвом виде? Впрочем, скорее всего это бродячий алкоголик, мозг которого уже давно не действует из-за бесконечных бутылок дешевого вина. Монроу сунул дубинку в кольцо на поясе и ускорил шаг, догоняя бродягу. Расстояние между ними было всего футов пятьдесят, но старый алкаш ничего, наверно, не слышал, даже не замечал шлепанья собственных кожаных каблуков по тротуару. Рука полицейского опустилась на плечо бродяги. — Я ведь сказал тебе — погоди!

Прикосновение мгновенно изменило ситуацию. Плечо бродяги было широким и мускулистым — и твердым от напряжения. Монроу просто не ожидал этого, он чувствовал себя слишком усталым, его реакция оказалась слишком медленной, он слишком полагался на свое зрение, и хотя в голове тут же пронеслась мысль — это Невидимка! — тело полицейского не было готово к немедленным действиям. А вот у бродяги все оказалось другим. Едва ли не в тот момент, как рука Монроу опустилась ему на плечо, мир перевернулся вверх ногами, полицейский увидел промелькнувшее, перед ним небо, затем асфальт тротуара и снова небо, но теперь зрелище звезд закрылось рукой с пистолетом.

— Почему ты не остался, черт побери, в своем гребанном автомобиле? — раздался сердитый мужской голос.

— Кто…

— — Молчать! — Дуло пистолета прижалось к его лбу и почти заставило Монроу замолчать, но он увидел руки в тонких хирургических перчатках и не смог сдержаться.

— Боже мой! — с уважением прошептал полицейский. — Так это ты.

— Да. Что же мне делать теперь С тобой? — произнес Келли.

— Умолять не стану. — Келли прочитал табличку на груди полицейского — Монроу. Действительно, молить о пощаде он, похоже, не будет.

— Тебе и не придется. Перевернись — быстро! — Почувствовав помощь, полицейский послушно повернулся на живот. Келли снял наручники с его пояса и защелкнул их на кистях полицейского за его спиной. — Успокойся, Монроу.

— Что вы хотите этим сказать? — голос полицейского звучал спокойно, и Келли почувствовал восхищение перед его мужеством.

— Хочу сказать, что я не собираюсь убивать полицейских. — Келли встал, поднял Монроу и повел его обратно к машине.

— Это ничего не изменит, приятель, — заметил полицейский, стараясь говорить как можно тише.

— Неужели. Где у тебя ключи?

— В правом кармане.

— Спасибо. — Келли достал ключи и усадил полицейского на заднее сиденье автомобиля. От переднего сиденья его отделяла сетка, не позволявшая арестованным приставать к водителю. Келли сел за руль, включил двигатель и быстро загнал патрульную машину в узкий переулок. — Рукам не больно? Наручники не слишком туго их стягивают?

— Нет, мне здесь прямо-таки прекрасно. — Келли заметил, что полицейский прямо-таки дрожит, главным образом от ярости. Ну что ж, это вполне понятно.

— Успокойся. Я не причиню тебе вреда. Запру машину и брошу ключи в канализацию.

— По-твоему я должен тебя поблагодарить? — спросил Монроу.

— Разве я просил тебя об этом? — Келли едва удержался от того, чтобы извиниться перед полицейским за то, что поставил его в такое неловкое положение. — Ты оказался слишком неосторожным, полицейский Монроу. В следующий раз будь начеку.

Выйдя из машины, Келли почувствовал такое облегчение, что едва не рассмеялся. Слава Богу, подумал он, снова направляясь на запад. Значит, они все еще останавливают и проверяют уличных бродяг. Вообще-то он надеялся, что полицейским за истекший месяц это уже надоело. Еще одно осложнение. Теперь Келли старался скрываться в тени и идти переулками.

Это была лицевая часть магазина, точно как сообщил ему Билли и подтвердил Берт, закрытого магазина с пустыми витринами и заброшенными домами слева и справа. Какие это были разговорчивые парни, стоит только заговорить с ними должным образом, вспомнил Келли. Он посмотрел на пустующий магазин с другой стороны улицы. Несмотря на то что на первом этаже все было запущено, на верхнем горел свет. Дверь, ведущая внутрь, увидел Келли, закрыта на большой латунный замок. Черный вход, тоже, наверно, заперт. Ну что ж, можно прибегнуть и к другим средствам. Он чувствовал, как уходит время. Полицейские регулярно докладывают дежурному в участке, но даже если бы и не докладывали, рано или поздно дежурный вызовет Монроу с приказом снять с дерева чьего-нибудь котенка, а если он не ответит, сержант тут же вышлет патрульную машину для проверки, и затем полицейские запрудят весь район в поисках исчезнувшего коллеги. Поиски будут тщательными, и Монроу обнаружат. Келли даже не хотелось думать о такой возможности, да и размышления на эту тему не принесут никакой пользы.

Быстрым шагом он пересек улицу, впервые вынырнув из тени домов. Кругом было пусто. Оценив возможную опасность, он заключил, что в данном случае разумный риск и безумие примерно равны. С другой стороны, разве вся операция не являлась безумной с самого начала? Он снова оглянулся по сторонам — никого, тогда достал нож и стал отковыривать замазку по краям стекла в старой деревянной двери. Возможно, взломщики были менее терпеливыми, подумал Келли, или просто глупыми, а может быть, действовали более умело, отковыривая замазку обеими руками. Ему потребовалось на это шесть бесконечных минут, причем работать пришлось под ярким светом уличного фонаря, который находился меньше чем в десяти футах. Наконец Келли вынул стекло из рамы и осторожно опустил его на землю, сумев дважды порезаться. Он безмолвно выругался, глядя на глубокий порез на левой руке, затем протиснулся боком через образовавшееся отверстие и направился к задней части здания. Наверно, это был семейный магазин, разорившийся или просто покинутый, потому что вся округа умирала. Ничего не поделаешь, могло быть и хуже. Покрытый пылью пол был почти чист от мусора. Рядом с черным ходом он увидел лестницу, ведущую наверх, и начал подниматься по ней, держа в руке крупнокалиберный «кольт».

— Верно, детка, мы неплохо повеселились, но вечеринка закончилась, — послышался мужской голос. Келли различил в нем грубую насмешку. Затем донесся умоляющий женский лепет:

— Ну пожалуйста… ведь ты не хочешь сказать, что…

— Извини, детка, но такова жизнь, — произнес другой мужской голос. — Ты займись ею, а я пройду в переднюю комнату.

Келли осторожно шагнул в коридор. И здесь на грязном полу не было мусора. Деревянные доски старые, но их недавно…

Доска скрипнула.

— Кто там?

Келли замер и тут же понял, что у него нет ни времени, чтобы спрятаться, ни места куда. Он проскочил оставшиеся пятнадцать футов до двери и бросился на пол, одновременно подняв пистолет.

В комнате было двое мужчин — оба молодые, чуть за двадцать. Он не различал их лица, увидел только очертания фигур, и его мозг молниеносно оценил обстановку, отбросив все лишнее и сосредоточившись на самом главном: размеры, расстояние, движения. Один из мужчин успел протянуть руку за револьвером и даже достал его из-за пояса, но в это мгновение две пули попали ему в грудь, а третья — в голову. Келли направил пистолет на второго, еще до того как мертвое тело рухнуло на пол.