Чтение онлайн

— Так кто он такой?

— Подробности мне неизвестны, но у меня были неприятности в заливе, когда я вышел туда на своей яхте, и он выручил меня. А затем мы остались у него на уик-энд. — Сэм больше не продолжал. Он и сам знал не так много, но о многом догадывался и потому был изрядно напуган. Но он выполнил свой долг. Правда, это не он спас жизнь Келли — скорее всего, тут была удача и своевременное участие фельдшеров-пожарных, — но он провел исключительно тонкую операцию, хотя и вызвал недовольство нейрохирурга-резидента доктора Энн Претлоу, потому что не дал ей оперировать и в результате она только исполняла роль зрительницы. — Мне нужно немного поспать. На сегодня у меня ничего не запланировано. Вы не могли бы закончить то, что мы начали с миссис.

— Конечно.

— Пусть меня разбудят через три часа, — сказал Розен, направляясь в свой кабинет, где его ждал очень удобный диван.

— Хороший загар, — с ухмылкой заметил Билли. — Интересно, где она так здорово загорела? — Парни заулыбались. — Так что же нам с ней теперь делать?

Он уже подумал об этом. Совсем недавно Генри открыл превосходный способ избавляться от трупов, гораздо более аккуратный — по-своему — и намного безопаснее того, которым они пользовались раньше. Но для этого требовалась продолжительная поездка на катере, а сейчас у него просто не было на это времени. К тому же ему не хотелось, чтобы кто-то кроме него пользовался этим методом, — он был слишком хорош, чтобы делиться им с кем-то. Билли знал, что кто-нибудь обязательно проболтается. В этом заключалась одна из проблем.

— Отыщите для нее место, — сказал он после недолгого раздумья. — Если ее найдут, это не будет иметь особого значения. — Затем он окинул взглядом присутствующих, оценивая выражения их лиц. Да, урок оказался достаточно убедительным. Больше никто не попытается убежать, по крайней мере в ближайшее время. Ему даже не понадобилось никого предупреждать.

— Сегодня вечером? Лучше, когда стемнеет.

— Хорошо. Спешить некуда. — Урок будет тем более убедительным, если все будут смотреть на нее до конца дня, распростертую посреди пола. Нельзя сказать, что он получил от этого какое-то особое удовольствие, но людям требуется урок, и даже когда для одной из них это слишком поздно, остальные научатся на ее ошибках. Особенно когда урок был таким ясным и жестоким. Даже наркотики не смогут смягчить его воздействие.

— А как с парнем? — спросил он Билли. Билли снова ухмыльнулся.

— Разнес его в клочья. — Это было его любимое выражение. — Из обоих стволов, с десяти футов. Больше мы его не увидим.

— О'кей. — Он вышел. У него было еще много дел, и нужно было получить деньги. Теперь эта маленькая проблема осталась позади. Жаль, подумал он, направляясь к своему автомобилю, что все его трудности не могут быть улажены так же легко.

Тело осталось лежать посреди комнаты. Дорис и все остальные девушки сидели там же, не в силах отвернуться от того, что было когда-то их подругой, постигая урок, как этого хотел Генри.

Келли смутно почувствовал, что его куда-то перевозят. Пол двигался под ним. Он следил за тем, как перемещались задиры между плитками, словно имена актеров второго плана на экране кинотеатра после окончания фильма. Наконец он оказался в другой комнате, поменьше размером. На этот раз он попытался поднять голову, и ему удалось увидеть женские ноги. Зеленые хирургические брюки заканчивались в нескольких дюймах над лодыжками, определенно принадлежащими женщине. Послышался жужжащий звук, и поле его зрения опустилось. Через мгновение он понял, что находится в кровати, управляемой мотором и подвешенной на двух кольцах из нержавеющей стали. Его тело было каким-то образом закреплено на ней, и, когда кровать поворачивалась, Келли чувствовал давление удерживающих его ремней. Нельзя сказать, что давление было сильным и причиняло ему боль, но он чувствовал его. Наконец он увидел и женщину. Она была на год или два моложе его, каштановые волосы виднелись из-под зеленой шапочки, а светлые глаза дружески улыбались ему.

— Привет, — послышался ее голос из-за зеленой маски. — Я — ваша медсестра.

— Где я? — прохрипел Келли.

— В больнице Джонса Хопкинса.

— Что со мной…

— Кто-то выстрелил в вас. — Женщина коснулась его руки своей ладонью.

Ее мягкая и прохладная рука пробудила что-то в его сознании, все еще не оправившемся от наркоза. Несколько минут Келли не мог понять, что с ним. Словно облачко дыма двигалось и вращалось перед его глазами, образуя неясный рисунок. Недостающие части рисунка начали сливаться в единое целое, и, хотя он знал, что конечным результатом будет ужас, его сознание торопило образующуюся картину. В итоге проблему решила сама медсестра.

Сэнди О'Тул оставила маску на лице неслучайно. Будучи женщиной привлекательной, она, подобно большинству медсестер, чувствовала, как пациенты-мужчины реагируют на проявление к ним особого внимания с ее стороны. Теперь, когда пациент Джон Келли более или менее пришел в себя, она подняла руки и сняла маску, продемонстрировав ему сияющую женскую улыбку — первое приятное впечатление для него за весь день. Сандра О'Тул нравилась мужчинам. Им нравилась ее высокая крепкая фигура и все остальное в ней, вплоть до щели между верхними передними зубами. Она не имела представления, почему они считали это таким привлекательным — в конце концов, между зубами застревала пища, — но, пока эта щель действовала привлекающе на мужчин, это было еще одним инструментом в ее работе, направленной на то, чтобы помогать больным выздоравливать. Вот почему она улыбнулась Келли, исключительно из соображений поддержать его, чтобы он почувствовал себя лучше. Однако с таким результатом ей еще не приходилось сталкиваться.

Лицо ее пациента вдруг сделалось смертельно бледным, не просто белым, как снег или свежевыстиранная простыня, а каким-то пятнистым и болезненным, словно серый пластик. Ее первой мыслью было, что произошло нечто очень серьезное, внутреннее кровоизлияние, может быть, или тромб закупорил кровеносный сосуд. Он хотел закричать, но у него перехватило дыхание, и руки безвольно опустились на кровать. Его глаза не отрывались от нее, и через несколько мгновений она поняла, что каким-то образом вызвала у него картину происшедшего. Сэнди О'Тул инстинктивно хотела взять его за руку и сказать, что все в порядке, но тут же поняла, что это не правда.

— О, Боже мой… Боже мой… Пэм. — На лице Келли, словно вырубленном из гранита, застыло выражение беспредельного отчаяния.

— Она была со мной, — сказал Келли Розену несколько минут спустя. — Вам что-нибудь известно о ней, док?

— Через несколько минут сюда приедет полиция, Джон, но о ней я ничего не знаю. Может быть, ее отвезли в другую больницу. — Он хотел надеяться, но знал, что это ложь, и ненавидел себя за это. Розен с деловым видом измерил у Келли пульс и давление — Сэнди могла бы сделать все это не хуже его, — затем посмотрел на спину своего пациента. — С тобой все будет в порядке. Как плечо?

— Не так уж здорово, Сэм, — ответил Келли все еще слабым голосом. — А что, рана действительно тяжелая?

— В тебя стреляли из охотничьего ружья — повреждения были серьезными, но… скажи, стекло в машине было поднято?

— Да, — ответил Келли, вспомнив про дождь.

— Это была одна из причин, которая спасла тебя. Мышцы на плече изрядно порваны, и ты едва не умер от потери крови, но все пройдет — за исключением шрамов. Я сам занимался тобой.

Келли посмотрел на него:

— Спасибо, Сэм. Боль не такая уж сильная… в прошлый раз, когда я… было куда хуже…

— Успокойся, Джон, — мягко проговорил Розен, внимательно глядя на его шею. Пожалуй, нужно сказать, чтобы сделали еще один полный комплект рентгеновских снимков, подумал он. Надо убедиться, что он ничего не упустил, особенно вблизи позвоночника. — Сейчас ты почувствуешь, как сработает обезболивающее, так что давай без героики. Мы не даем здесь за это медали. О'кей?

— Да-да. Пожалуйста, проверь другие больницы. Может быть, Пэм там? — попросил Келли все еще с надеждой в голосе, хотя уже знал, что все потеряно.