Чтение онлайн

– Так я же старая… Разве я столько проживу, чтобы помогать ему? – спросила женщина.

– Вы будете жить до тех пор, пока ваш внук крепко не встанет на ноги, вот увидите, – ответил Виктор.

– Спасибо, доктор, вы не забыли ещё, как это – быть человеком, я очень вам благодарна, – ответила пожилая женщина, после чего встала и вошла в палату.

Там лежал Егор, мальчик, разбившийся на мотоцикле, я раньше бабушку его не видела, родителей знала, они часто приходили к сыну, но после того, как купили ему крутую инвалидную коляску, стали появляться всё реже и реже. Травмы были очень серьезными, многие врачи считали, что он не выйдет из больницы, делали разные предположения, сколько же ему ещё осталось на этом свете времени. Однако я всегда видела в нем надежду, не знала, как помочь, но знала, что у него есть шанс вернуться к прежнему образу жизни. Неужели Виктор именно тот, кто сможет ему помочь?

– Марина Анатольевна, а почему Егор не занимается ничем? Просто лежит, это никак не способствует его реабилитации, надо разрабатывать тело, заставлять мышечный каркас работать по-новому, иначе парень так и останется в этой палате, – спросил меня Виктор, как только увидел, что я наблюдаю за его работой.

– Наши специалисты поставили на нем крест, хотели даже отправить домой на дожитие, но я не позволила, продлила его пребывание у нас до конца месяца. Никто тут не знает, как ему помочь, вижу, что вы сможете, – ответила я Виктору.

– Мы попробуем это сделать, мне показалось, или вы тоже чувствуете, как я? Чувствуете в нем надежду? – спросил Виктор, смотря мне прямо в глаза.

У меня от его взгляда перехватило дыхание, я даже отступила на шаг и не сразу осознала сказанное им, а осознав, почувствовала, что он прав.

– Марина Анатольевна, думаю, вы не только с работой мне поможете, вы – моя будущая жена, правда ведь? – сказал Виктор.

– Так я не одна такая? Да, наверное, так и будет, – ответила я ошарашенно.

– Я уверен, – сказал Виктор, взял меня за руку и нежно поцеловал в запястье.

Мы смотрели друг на друга и не могли наглядеться, будто мир вокруг нас отключился и не имел больше никакого значения. Были он и я.

Мысли о возможном браке меня периодически посещали, я даже знала, что выйду замуж и рожу детей, но ни один из мужчин в моем окружении не подходил на роль моего мужа, а тут сто процентное попадание. Неужели так бывает? Это сон или реальность? Мой мозг генерировал вопросы, пытаясь понять и разобраться, что происходит.

***

У меня зазвонил телефон, я вдруг очнулась от своих воспоминаний, нехотя потянулась к трубке. Звонили с работы, надо ответить.

– Алло, – выдавила я из себя.

– Марина Анатольевна, извините, что беспокою вас дома, тут поступил мужчина, требует, чтобы только заведующая его лечила, орет и буянит, медсестру толкнул, на врачей кидается. Можно полицию вызвать и выставить этого дебошира вон из больницы? – задал вопрос Валерий Игоревич, мой заместитель.

– А с чем он поступил? – спросила я, всё ещё находясь во власти своих воспоминаний, мое сознание возвращалось медленнее, чем того хотелось бы мне и требовала ситуация.

Я очень сильно любила мужа и безумно по нему скучала, прошло уже почти пять лет, как я вдова, а мне всё кажется, что он скоро придет со смены. Не могу выбросить его одежду, даже его зубная щётка всё ещё стоит в ванной рядом с моей. Дети смирились с этим, поначалу пытались как-то повлиять на меня, потом сдались, поняли, что я не сделаю то, чего они просят, пока сама не пойму, что готова. А я только сейчас понимать стала, что надо сделать уборку и отпустить человека из своей жизни, может, тогда моя бездна немного отпустит свою хватку, в последнее время уж больно плотно она за меня взялась.

– По скорой сказали, жалобы на боль в груди, но он даже ЭКГ не даёт сделать, может, аферист и прикидывается вообще, – эмоционально ответил мне Валерий Игоревич, чувствовалось, что пациент его изрядно достал.

– Ладно, не паникуй, скажи этому дебоширу, что заведующая сейчас приедет, но он должен сделать ЭКГ, чтобы хоть понимать, от чего его лечить-то, – ответила я.

Почему-то я поняла, что мне надо самой встретиться с этим пациентом, поэтому быстренько собралась и поехала в больницу.

– Добрый день! Меня зовут Марина Анатольевна, я заведующая отделением, мне рассказали о вашем поведении, ну-ка как на духу признавайтесь, почему такое безобразие устроили, из дома меня выдернули, надеюсь, у вас есть стоящее объяснение, – обратилась я к мужчине, который странно улыбался мне.

Что-то ёкнуло у меня внутри: да нет, не может быть, неужели это мой одноклассник, тот самый, который спрашивал, чем я планирую по жизни заниматься. Вот это совпадение!

– Не узнаешь меня, я Гриша, твой бывший одноклассник, – ответил знакомый голос.

– Да, время нас не щадит, Гриша, что это ты решил приболеть? И что ты тут расхулиганился? – спросила я Гришу.

– Тебя, Марина, хотел увидеть. Ты, может, не помнишь уже, как тогда в школе сказала нам, что жаль, не у всех из нас есть будущее, некоторые последний год живут. Тогда мы посмеялись и решили, что ты совсем чокнулась. Нас тогда четверо стояло в коридоре. А Светка и Игорь через два месяца умерли. Оказались в одной маршрутке, погибли в ДТП. Вот мы с Кирюхой труханули тогда, боялись лишний раз рядом с твоим домом оказаться. Потом время прошло, всё забылось. А тут я как увидел твое фото на доске почета, так и решил, что пока не увижу тебя, не уйду отсюда, – Гришка говорил и говорил, а я уже понимала, что он на грани инсульта, подсела к нему и померила давление, стала проверять его реакцию и нажала на тревожную кнопку.

Грише повезло, он получил помощь вовремя и полностью восстановился, всё это время я его навещала и держала руку на контроле его самочувствия.

Часть отпуска я потратила на Гришу, оказалось, у него никого нет: родители давно умерли, жена ушла от него, детей у них так и не появилось. Близких родственников у него не было, элементарно принести что-то повкуснее больничной еды ему было некому.

Я решила помочь Грише, и таскала ему домашние котлеты и борщи, разговаривала с ним, чтобы он не впал в депрессию и осознал, что всё наладится, нужно просто время. Когда ему стало лучше и было понятно, что он уже оправился, я решила вернуться к своему отпуску, все-таки взяла его впервые за все годы работы в больнице, если не считать два декретных отпуска.

Я долго не могла ответить сама себе на вопрос, зачем же я на самом деле помогала Грише. Скорее всего, ответ был прост: я хотела отвлечься от своей бездны, а каждый раз, помогая другим, я чувствовала себя лучше, чувствовала себя нужной, и бездна отступала.

Получается, я, помогая Грише, помогала и себе.

Надо было начинать запланированную разборку вещей. Я подготовила коробки, открыла шкаф и стала по очереди перекладывать одежду Виктора из полок в коробки. Воспоминания накрыли меня волной, с каждой опустошенной полкой мне становилось всё хуже и хуже, я понимала, что на пределе. Меня уже колотила мелкая дрожь, руки не слушались, я стала ронять вещи. Опустившись на колени, чтобы поднять ремень Виктора с пола, я и не заметила, как бездна распахнулась прямо под ногами. Я смотрела в нее как зачарованная, ремень провалился практически полностью, я потянулась за ним – надо спасти его, нельзя отдавать его бездне, думала я – и продолжала тянуть ремень на себя. Силы были явно не равны, образовывалась воронка, я ее уже видела и понимала, что ещё немного и меня просто туда засосет. Надо отпустить ремень, но я не могла этого сделать, не могла предать Виктора.