Чтение онлайн

Язычок замка щелкнул, дверь приоткрылась.

Володя убрал маленькое лезвие и открыл большое. Нож убрал в рукав, только рукоять лежала в ладони – со стороны и не видно.

– Юджин, ты со мной?

– Нет, Алехандро, я не герой. И тебе не советую, погибнешь зря.

– Тогда прошу, сиди тихо.

Механик кивнул.

Володя выглянул из-за двери. Коридор был пуст. Со стороны центрального поста доносился разговор, а из открытого рубочного люка послышалась пулеметная очередь.

Идти в сторону рубки было опасно и бесполезно. Даже если он успеет ударить ножом одного-двух подводников, через рубку, ее ходовой мостик, ему не прорваться. Там немцы, и причем с оружием. Что он им ножом может сделать? А он еще хотел жить и принести пользу стране – у него к немцам свой счет.

Оставалась корма. Путь тупиковый – для тех, кто не знаком с подлодками. В кормовом отсеке всегда есть люк для загрузки торпед для кормовых торпедных аппаратов или прочего громоздкого оборудования. Кроме того, в этом отсеке расположены электромоторы, приводящие в действие гребные винты, на лодках VII серии – компрессоры воздуха высокого давления, пост энергетики, а главное, по крайней мере для Владимира, ручного управления вертикальным и кормовыми горизонтальными рулями.

Когда Владимир еще метался по продуктовому складу, в голове у него созревал сумасшедший план – вывести из строя электрику на кормовом посту, вручную перевести рули в крайнее положение и попытаться их заклинить. А дальше – уж как получится.

Владимир надеялся выбраться через верхний люк для загрузки торпед. Для реализации этого плана было только одно, но существенное препятствие: механики-двигателисты в дизельном, пятом по счету, отсеке. Его не минуешь, ход в кормовой, шестой, отсек только через него.

Их узилище располагалось в четвертом отсеке. Это был отсек для камбуза, там же проживали унтер-офицеры и был гальюн. Сюда выводили пленных в туалет, так что Владимир был уже знаком с отсеком.

Он тихо, стараясь не стучать каблуками ботинок по настилу, прошел к гальюну. Если бы в отсеке кто-то был, это не должно было бы его насторожить. Но отсек был пуст, подводники находились на боевых постах и наверху, на палубе и ходовом мостике.

На переборке в дизельный отсек люк был открыт для вентиляции. Через него же поступал воздух для дизелей.

Володя глубоко вздохнул. До этого момента все еще можно было повернуть вспять, вернуться к Юджину. Но стоит ему перелезть в дизельный отсек и напасть на механиков – все, обратной дороги уже не будет. И у него в этом случае остается два варианта: или он сбежит с лодки, или будет убит немцами. Правда, если дело дойдет до стрельбы или попытки его захватить в отсеке, он предпочтет взорвать торпеду и погибнуть сам, потопив подлодку. По крайней мере, внутренне он был к этому готов. Он воин и должен быть готов отдать жизнь, но только не впустую, а нанеся максимальный урон врагу.

Володя усмехнулся. На весах одна его жизнь против жизней членов экипажа и жизнедеятельности самой подлодки. Так рисковать он согласен, это равноценный обмен.

Все, дальше тянуть нельзя.

Володя привычным движением просунул в люк ногу и, согнувшись пополам, нырнул в него сам. С беглого взгляда ему показалось, что отсек пуст, однако с дальнего конца раздавалось позвякивание инструментов – кто-то из механиков возился с оборудованием. И этого механика скрывал один из двух здоровенных шестицилиндровых дизелей высотой не меньше Володиного роста.

Володя взял в левую руку большой гаечный ключ, в правой зажал нож и, стараясь не топать, побежал к кормовой части отсека.

Механик сидел на корточках, спиной к Володе, и регулировал какой-то агрегат.

Володя ударил его в спину ножом, загнав лезвие по рукоять.

Подводник упал лицом вниз. Конечно, за ревом дизелей механик просто не мог расслышать шагов подкрадывающегося Владимира.

Володя выдернул нож и обтер лезвие о куртку убитого механика. Держа нож в руке, он заглянул через люк переборки, ведущий в кормовой отсек. Отсек был тускло освещен лампочками, сужался к корме и был пуст. Удача!

Володя пролез через люк и закрыл его, повернув рукоять. Теперь люк надо было зафиксировать, чтобы его не могли открыть со стороны дизельной.

Он окинул взглядом помещение. К пускателям и рубильникам шли провода. Лодка не движется, провода должны быть обесточены. Да и рукоять ножа деревянная, должна защитить его от напряжения.

Володя перерезал провод в двух местах, получившимся куском связал рукоять люка с трубопроводами. Одно дело сделано, люк со стороны дизельной не открыть; по крайней мере, быстро сюда, в кормовой отсек, подводникам не проникнуть.

Он резал провода, причем не просто перерезал, а вырезал куски, чтобы тяжелее было восстанавливать повреждения. Силовые кабели к электромоторам не трогал. Чего зря терять время? Кабели в руку толщиной, их ножом не перережешь, к тому же у него была подспудная мысль: возможно, немцы попробуют отойти от берега и погрузиться. Тогда их будет ждать неприятный сюрприз в виде неработающих и заклиненных рулей.

Володя принялся вращать железный штурвал вертикального руля. Выставил его в положение прямо, что потребовало усилий – все-таки перо руля весило немало, гаечным ключом он стал колотить по шестерням редуктора, оставляя забоины. Потом то же самое проделал с кормовыми горизонтальными рулями. Он полагал, что за ревом дизелей стука гаечного ключа не будет слышно, но ошибся. Железный корпус лодки хорошо проводил звуки, и необычный стук привлек внимание.

В люк переборки затарабанили кулаком, стали что-то спрашивать на немецком, подергали ручку открывания люка. Но все усилия немцев проникнуть в кормовой отсек были тщетны.

Со стороны дизельного отсека стали бить в люк чем-то тяжелым, похоже – кувалдой.

Володя поднял голову. Люк для загрузки торпед крепился на четырех клипсах с гайками и не был предназначен для быстрого открытия.

Надо было начинать откручивать гайки. Если лодка погрузится хотя бы в позиционное положение, вода хлынет в люк, и выбраться через мощный водяной поток ему будет не под силу. И в то же время открывать люк преждевременно тоже опасно – вдруг немцы уже стоят у люка с оружием? Стоит приоткрыть люк, как он получит пулю в голову.

Была еще одна возможность покинуть лодку – через трубу торпедного аппарата при условии, что там нет торпеды.

Володя потянул ручку, повернул ее в сторону, против часовой стрелки, открыл крышку торпедного аппарата.

Да, как же, раскатал губу! Торпеда – вот она, калибром 533 миллиметра. Володя снова закрыл крышку торпедного аппарата. А ведь торпеду можно выпустить! Не поразив несуществующую цель, она никому не принесет вреда и просто затонет. Вопрос только в том, носом или кормой к берегу стоит лодка? А может, и вовсе бортом?