Бездушная карикатура человека
Шрифт:
– Что ты так смотришь? – Улыбаясь, спросила она, и нажала на пульт. На белой стене заиграло движение, обеспечиваемое прожектором.
– Прожектор? – Удивился Адам.
– Да, – хвастливо ответила Лиана, – тут можно смотреть много всего, – сказала Лиана, вкладывая особый смысл в слово «много».
– Ты что, включаешь здесь порнушку и онанируешь прямо на этом диване? – Смущенно спросил Адам.
Лиана проигнорировала его вопрос, шагая на кухню.
– Омерзительная восьмерка или криминальное чтиво? – Спросила Лиана.
– Бесславные ублюдки, – ответил Адам.
– Отлично, кино на ночь определили.
Адам начал искать фильм в интернете, пока Лиана была чем-то активно занята на кухне. С трудом найдя фильм на каком-то пиратском сайте, Адам ждал, пока пройдет вся реклама, чтобы проверить фильм на качество и озвучку. Дождавшись окончания рекламы, он увидел непонятное видео с ужасным качеством. Лиана выглянула из кухни, с недоумением смотря на него.
– Ты что делаешь? Там подписка есть на киносервисы, зайди в приложение и найди фильм по-человечески, – сказала Лиана и вернулась к своим делам на кухне.
Спустя несколько минут, она принесла полный поднос еды и поставила его на стол. На небольшом столике аккуратно разложилось весовое мороженное, разные шоколадки, чипсы, пиво в железных банках, круассаны, вафли, кондитерские трубочки со сгущенкой внутри. Адам тяжело сглотнул слюну, смотря на все это разнообразие еды. Он взглянул на Лиану, пока она искала фильм. В губах она уже держала раскуренную сигарету, жадно затягивая его дым в свои легкие и выпуская изо рта туманное облако. В воздухе сразу же повис запах, не похожий на запах тлеющего табака. Несмотря на Адама, она вынула сигарету из губ и протянула ему. Красно-тлеющий конец темно-зеленой палочки сигареты стал ярче, когда он глубоко затянулся им. В одно мгновение приятная теплота разнеслась по всему телу, не оставляя месту негативным чувствам. Глаза заблестели, наливаясь кровью и Адама расслабило. Он и понять не успел, как Лиана оказалась рядом с ним. На стене уже шел фильм, размыто проплывающий перед ним.
– Это не похоже на обычную сигарету, – хрипло выдавил Адам
– А разве кто-то сказал, что это обычная сигарета? – Игриво спросила Лиана.
– О-о, – смекнул Адам, – кислотная сигаретка? Прямо как в фильме «Однажды в Голливуде»?
– Этот фильм еще не вышел, – поспешила исправить его Лиана, – болван! – Добавила она.
– Ну-у, так все такие это не обычная сигаретка? – С интригующей улыбкой на лице спросил Адам.
– Черт возьми, ты слышал что-нибудь о цензуре? – Теряя терпение, ответила ему Лиана.
Адам умолк и уставился на отражение прожектора. Под хруст бельгийских вафель с мороженым, события киноленты проносились перед ними, словно в один миг. Они переглянулись друг с другом, не зная, что делать дальше. Адам ощущал дикую смесь сладостей в своем желудке, от которой создавалось ощущение тяжести. Он поднялся с дивана, взглянув на часы. Было половина двенадцатого ночи, он еще мог успеть в общагу, если поспешит.
– Ты чего встал? – Сонно спросила Лиана.
– Да мне в общагу нужно, поздно уже.
– Общага? – Лиана странно посмотрела на него. – Здесь две спальни, останься у меня.
– У тебя? – Растерялся Адам.
– А что такого-то? Если захочешь изнасиловать меня – я буду не против, – ухмыляясь, сказала Лиана.
Адам покрылся гримасой неловкости и стыда, чего-то стесняясь.
– Почему ты такая… такая открытая?
– А какой надо быть? – Недоумевала Лиана. – Скованной, застенчивой? Если ты сюда пришел за нормальными отношениями, то ты точно не по адресу.
– Это я уже понял, но… просто ты такая похотливая.
– Похотливая? Может, еще устроишь мне причастие? У меня есть природный инстинкт – размножаться. Этот инстинкт я пытаюсь удовлетворить, только без размножения. Что тут странного? Ты мне понравился, я тебе тоже. Можем, конечно, ломать комедию или драму, как захочешь. Мол, там, цветы, подарочки, айфоны, но мне на это все глубоко насрать, понимаешь? Я хочу секса. Если у тебя есть вопросы, обращайся к производителям, там наверху, – Лиана указала пальцем в небо, – либо воскреси Дарвина и спроси у него. Мне только не устраивай эту демагогию.
– Ясно, – озадаченно ответил Адам, пытаясь переварить сказанное ею.
– Ты остаешься? – С нетерпением спросила она.
– Да, – твердо произнес Адам.
Она расстелила ему постель в соседней спальне. Упав на мягкую, как облака, широкую кровать, он тут же погрузился в сон, пока из гостиной доносились тихие стоны, испускаемые Лианой во время онанирования, послужившие ему колыбельной перед сном.
IV
Период сессии закончился. Наступали небольшие двухнедельные каникулы, между окончанием экзаменов и началом нового семестра. Адам колебался между выбором: поехать домой или остаться с Лианой. За небольшой период их общения он сильно привязался к ней, начиная испытывать зависимость от её присутствия. Он все чаще оставался у неё дома, но не решался на рост в их отношениях, словно чего-то боялся. Изредка Адам брал её за руку, наслаждаясь её холодной нежной ладонью. Она часто провоцировала его, выходя из душа обмотанная полотенцем или представая перед ним в нижнем белье. Но он словно монах, давший обет, старался не преступать его, и всякий раз стыдливо отводил глаза, видя её обнаженной.
И вот, все таки склонившись к поездке домой, он лежит в кровати в своем общежитии и смотрит в тусклый потолок. Адам не понимал, зачем ехать домой. Там, где его не особо кто-то и ждет. Разве что мать, которая забудет о его присутствии через день после его приезда. Друзей в родном городе не осталось, прежние знакомые вести знакомство с Адамом не желали. В этом городе остались только его воспоминания, цену которым он давно позабыл. Взглянув на время, он отсчитал, сколько времени у него оставалось до отбытия поезда. Чуть больше часа, чтобы покинуть общежитие и уехать на вокзал, а затем сесть на поезд и ехать почти сутки. Он поднялся, и сразу же принялся лениво натягивать на себя вещи. Собрав сумку и не заправляя кровать, он покинул комнату, спускаясь к ожидающему его таксисту.
Водитель спокойно держал баранку автомобиля, чему-то улыбаясь и радуясь. Добрались на удивление быстро, хотя по этим дорогам чаще всего были пробки. Пройдя проверку на входе в вокзал, Адам лениво побрел на платформу. Сверившись перед электрическим таблом со своим билетом, он взобрался на платформу, нашел свой вагон, прошел проверку проводницы и сел на свою койку. Было около получаса до отбытия поезда. Чувствуя внутреннюю опустошенность, Адам не знал, куда себя деть. Он представлял своих будущих соседей пассажиров, и острое отвращение возникало у него в груди. Пытаясь разгадать причину своего негодования, мысли привели его только к одному – не хватало Лианы. Не хватало просто видеть её и сидеть рядом с ней, чувствуя дыханием её присутствие. Сидя, облокотившись на раскладной столик, Адам мысленно рисовал её образ на противоположной койке. Рисовал её белоснежное лицо, обрамленное густыми черными волосами. Ровные и красивые плечи, остро выделяющиеся из под футболки. Грудь, поднимающаяся при каждом вздохе. Резкое возбудившееся в нем желание возобладало над ним, и он поднялся, надев сумку на спину, и направился к выходу.
Тяжело дыша, Адам стоял перед дверью квартиры Лианы, он никак не решался нажать на кнопку звонка. Обдавшее его волнение будоражило в нем кровь. Нижняя и верхняя челюсти стучали друг о друга, предзнаменуя волнительное событие. С трудом подняв руку и приложившись пальцами к звонку, Адам стал дожидаться Лианы. Раздался звук открываемого дверного замка. Из-за распахнувшейся двери показалась Лиана. Она удивилась, увидев Адама на пороге своей квартиры, ведь знала, что он уезжает домой. Адам спокойно зашел в квартиру и закрыл дверь на замок, затем скинув сумку с плеч, встал перед Лианой, разглядывая её глубокие карие глаза, в которых ему сейчас хотелось потеряться.